Народная газета

Трагедия щелбовских лесов

Беспрецедентная по жестокости и размаху операция по уничтожению партизан была проведена на Витебщине в 1943 году

“Когда мы подошли к болоту, ужас охватил нас. Все незамерзающие “окна” трясины были забиты трупами женщин и детей”. В нашей стране и сейчас еще живы свидетели грандиознейшей по цинизму и бесчеловечности трагедии времен Великой Отечественной войны — массовой зачистки карателями партизанских лесов на Витебщине.


В  редакцию “НГ” обратилась одна из таких свидетелей — витеблянка Тамара Чекмез, которая в 1943-м была 13-летней девочкой. 

— Это было время, когда немцев уже просто лихорадило от одного слова “партизан”, — говорит Тамара Леонидовна. — На уничтожение партизан было направлено 36 тысяч солдат и офицеров вермахта, полицаев. Цель — окружить и уничтожить партизан, а заодно захватить трудовое население для отправки в Германию. Мы об этом знали, а потому шли в леса. 

Щелбовские леса раскинулись в восточной части Городокского и северной части Витебского и Суражского районов. В годы оккупации там были собраны тысячи партизан. Здесь же базировались и действовали 1-я Белорусская бригада под командованием Героя Советского Союза Миная Филипповича Шмырева, 2-я Белорусская бригада (Дьячкова), бригада им. Кутузова (Воронова), бригада им. ВЛКСМ (Райцева), 1-я Витебская бригада (Бирюлина), бригада Алексея (Дунукалова), диверсионная бригада (Боскакова), бригада Крейсика. Понятно, что иметь под боком такое немцам было очень некстати.

В 1968 году в БССР были опубликованы партизанские воспоминания комиссара 2-й Белорусской партизанской бригады Сафронова и командира 4-го отряда этой же бригады Киреенка. Они писали, что сразу после разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом немецкое командование решило уничтожить партизан зоны Щелбовских лесов. Причем операция была задумана не только силами охранных войск (СС, СД, власовцы и полиция), но и фронтовых частей.

Беспрецедентность карательного размаха почувствовала даже сама природа. Тамара Чекмез вспоминает почти мистическое явление:

— Помню одну из остановок. Мрачный лес. Распрягли лошадей, примостились кто где. Сон почему-то не приходил, хотя было уже за полночь. И вдруг... Завыли вмиг сотни волков, закричали во тьме лисицы и зайцы. Раздались крики птиц. К этому хору присоединились наши кони — ржали, били копытами, рвались из рук. Это был натуральный кошмар. А потом все вдруг стихло — и долго мы еще не могли прийти в себя. Никому и в голову не пришло, что лесной мир нас предупреждал о чем-то страшном...

О надвигавшейся опасности знало и командование партизанских бригад и отрядов, знал и Витебский обком партии, и Белорусский штаб партизанского движения. Народные мстители решили разгромить несколько гарнизонов противника, где были сосредоточены силы врага для карательной экспедиции. 8 февраля 1943 года в ночном бою были уничтожены гарнизоны власовцев в семи деревнях. Потеряв около 800 человек убитыми и ранеными, немецкое командование вынуждено было отложить начало операции на две недели.

Но 22 февраля 1943 года она началась. С трех сторон — на протяжении более чем 60 километров — гремели бои, не прекращаясь ни днем ни ночью. Горели деревни: 

— Когда наш обоз въехал меж двух холмов, поступил сигнал остановки. Разведчики встали на лыжи и отправились вперед проверить дорогу, остальные расположились на отдых. И тут на вершине холма выдвинулись немецкие пулеметы. И посыпались, как саранча, солдаты. Бегут и стреляют. Мама рванула меня за руку, и мы опрометью бросились бежать за холм.

Что было потом, Тамара Леонидовна не может вспоминать без слез: 

— Мы продирались через леса. Нам стали попадаться убитые. Увидели мы и наших разведчиков: 11 парней лежали в ряд в своих белых халатах, а на спинах у них были вырезаны кровавые звезды.

К счастью, 13-летний ребенок и его мать не увидели тогда всего результата немецкой карательной операции. Ибо психика не выдержала бы у обеих. На своем пути каратели уничтожали и не успевшее уйти в леса население. В деревне Сечонка в колхозном скотнике живьем были сожжены 59 женщин, детей и стариков. Похожая участь ждала жителей деревень Веречье, Вышедки, Бескатово, Фролово, Карнилы, Селезни, Ремни, Борисовка, Нивы, Стаи... Но то, что происходило в самих Щелбовских лесах, и сегодня вызывает ужас. Из воспоминаний партизан: “Около озера Струново мы были поражены увиденным: под высокими елями была выложена звезда из трупов седоголовых стариков, расстрелянных в упор. Издали заметили сидящих на снегу под елями и соснами людей. Обрадовались и поспешили к ним. Но... увиденное остановило нас. Это были трупы одной из наших диверсионных групп, расстрелянных во время ужина у костра. Все они так и остались сидеть с едой в руках и на коленях... А когда мы подошли к болоту, ужас охватил нас. Все незамерзающие “окна” болота были забиты трупами женщин и детей. Из воды и грязи виднелись разные части тел... На проходящем недалеко Павловическом большаке — более трехсот тел. У большинства убитых в руках были зажаты документы, которыми наши люди, видимо, пытались доказать зверям-фашистам, что они не партизаны. Около этого же большака в овраге были расстреляны более ста подростков лет 10—15”.

Тот факт, что некоторым удалось вырваться из этого ада, воспринимается как чудо. Еще один из выживших, партизан Александр Попов, в своей книге объяснял это так: “Прошло много лет после нашего выхода из вражеского кольца, но и сейчас не найден ответ на вопрос: почему нас пропустили через немецкую оборону и не открыли огонь? Не видеть такую массу партизан и мирного населения немцы не могли, находясь от линии прохода не более чем в 100—150 метрах. Есть два предположения. Первое заключается в том, что после первой попытки партизан выйти за линию фронта в районе деревень Хмельник, Куково, Борки каратели перебросили в этот район свои основные силы. В зоне же нашего прохода немцев оказалось мало и они побоялись открыть огонь по такой массе партизан. Второе предположение: в этом месте находились не немцы, а чехи или австрийцы, которые сами ненавидели фашистов”.

Прорыв из окружения


После зачистки Щелбовских лесов немцы сосредоточили свое внимание на Полоцко-Лепельской партизанской зоне. Это было еще более уникальное явление в партизанском движении Беларуси. Территория этой зоны составляла 3200 квадратных километров. В апреле 1944 года здесь дислоцировалось 16 партизанских бригад, насчитывавших 17 тысяч бойцов. К новой операции каратели подошли еще более масштабно. Герой Советского Союза Владимир Лобанок, бывший в те годы уполномоченным ЦК КП(б)Б и руководителем опергруппы Полоцко-Лепельской партизанской зоны и первым секретарем Лепельского подпольного райкома КП(б)Б, вспоминал:

— Немецко-фашистские войска были сосредоточены вокруг Полоцко-Лепельской зоны на семи участках. Их общая численность составляла более 60 тысяч человек. Воинским частям, охранным и эсэсовским подразделениям было придано 137 танков, 235 орудий, до 70 самолетов, находившихся на аэродромах Полоцка, Уллы, Бешенковичей, Березино, два бронепоезда (один на станции Загатье, второй курсировал между станциями Зябки — Прозороки). Вся эта армада получила задание в течение короткого времени сокрушить партизан. 
11 апреля началась полоцко-лепельская битва. А 5 мая после более чем трехнедельных боев партизаны прорвали кольцо окружения и вывели свои силы и 15 тысяч мирных жителей в безопасные районы.

Версия для печати
Леанід
Карная аперацыя "Шаравая маланка" 1943 года заслугоўвае большага асвятлення ў гісторыі Айчыннай вайны, як і знішчэнне вёсак Гарадоцкага раёна за 42-43 гады.Кіраўнікі партызан сведчылі, што партызаны выйшлі за лінію фронту, а насельніцтва засталося ў кальцы.
Манументам тых падзей стаў стаў 6 мятровы помнік партызана  "Гаспадар лесу" каля былой вёскі Шчалбова. Але ён так і не аднесены да гістарычнай каштоўнасці
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?