Награжденный омоновец — о мирных и боевых буднях

Спасибо за сына!

«Мой папа омоновец, я горжусь своим папой!» — уверенно говорила журналисту на новогоднем утреннике на базе ОМОНа девочка. Как оказалось, дочь моего нынешнего собеседника и человека, который (так совпало) уберег меня от нападения «мирных митингующих» на одном из воскресных протестов. Об этом случайно узнала лишь теперь, беседуя с командиром группы минского отряда милиции особого назначения Андреем Хомичем. Недавно офицеру вручил государственную награду лично Президент. 


Погода порадовала. Деревья вдоль дороги, которой мы добирались на малую родину Андрея Хомича, словно наряженные в белоснежные шубы красавицы. Еще немного — и тяжелые еловые ветки коснутся авто. Лейтенант милиции говорил о работе, надежных товарищах и спецназовском братстве, о детстве, родителях и старших братьях...

А вот и родительский дом. Здесь, когда посыпались угрозы, какое-то время жила супруга сотрудника с детками. Здесь встречали и Новый год, пока папа был на службе. Андрей замолчал. Стал всматриваться в окна. Дверь распахнулась. 

— Андрюша! — на пороге стояла миловидная женщина, мама. Она улыбалась. 

Как вышло, что младший из сыновей стал сотрудником милицейского спецназа? Мог ведь выбрать работу, чтобы домой — в шесть, чтобы праздники — праздниками, а выходные — выходными и никаких тебе преступников, бросающихся с ножами, «коктейлями Молотова»… С профессией определился еще со школы. Сперва была армия. Все три сына служили. Рассказывает отец Анатолий Эдуардович: «Мы — люди старой фармации. Если юноша не служил, какой же из него защитник Родины, семьи? Тогда таких считали, извините, ущербными. У моих парней и разговоров подобных не было. Так, патриотами, нас воспитали, так и мы воспитываем детей, внуков».


На первые годы службы в отряде пришлись события декабря 2010 года. Тогда у Дома Правительства бывшие претенденты на президентский пост собирались взять силой то, что не получили на выборах. Рота Андрея была среди сотрудников, оттеснявших буйных активистов от входа в здание. Что видел? Перекошенные от ярости лица протестующих, орущих оппозиционеров. «А потом в нас полетели камни, удочки с приделанной к ним арматурой, ледорубы, топоры. Против правоохранителей использовались и газовые баллончики, огнетушители», — страха, говорит сотрудник, у него не было. Четко следовал командам и делал свою работу.

Родители видели это потом в кино­хронике: «Прямо сердце замирало. Богу молились, чтобы с мальчишками все хорошо было, чтобы пережить все это. И сейчас, знаем, они выстоят, а мы их поддержим».
…Я редко вижу мужские слезы, хотя в них нет ничего постыдного. Вот и отец Андрея пытался говорить коротко, сухо. Только время от времени голос становился тише, а в уголках глаз появлялся еле заметный блеск: «У меня было только одно желание: чтобы сын, ребята выдержали, чтобы стояли до конца. Сам был готов стать рядом». 
Суть протестных событий 2010-го мало чем отличается от нынешних. Разница лишь в смене фигур, ловко расставленных устроителями «беломайдана», в смене форм и методов ведения войны против Беларуси. Невольно вспоминается и украинский «Беркут». Парни отдали службе годы, а потом их предали. Жгли, стреляли в упор на майдане «незалежнай». Та же судьба была уготована и нашим защитникам. Однако просчитались, неуважаемые. Анатолий Эдуардович не удержался: «Беркут» предал Янукович. Как так?! Они же за него горели, принимали пули. Наш Лукашенко молодец! А когда еще показали, что он с автоматом наперевес вышел из вертолета, я понял: все, ребята, хрен вы угадали!»

***

9 августа 2020-го подразделение Хомича находилось на площади Независимости. Это был последний рубеж, к которому рвалась толпа. Лазерные указки, «боевые» рогатки с подшипниками, камни, газ, петарды, фейерверки, техника для связи — далеко не весь арсенал «мирных». Они четко следовали заранее продуманной тактике, в подготовке которой явно читалась рука имевших боевой опыт инструкторов… 
У площади оставались всего три мобильные группы. Силовики встали живым щитом. Подоспело смежное спецподразделение. Задача была выполнена. 

…На руках омоновца замечаю шрамы. Это следы от рваных ран, оставленных «мирными» чем-то вроде гарпуна при задержании в Дроздах. В группе тогда было 5 человек, против них — сотни. Говорит: «Мы искали в толпе координаторов, наиболее агрессивных митингующих. Столкновения? Были. Однако тех, кого следовало, вычислили и задержали». 

Был и такой инцидент. 29 августа, женский «марш». Сотрудников сориентировали на координаторов — мужчину и женщину (как оказалось, брата и сестру). В толпе их действия были хорошо видны. В общем, заметив омоновцев, пара бросилась через дорогу на красный свет, заскочила в троллейбус. ОМОН — следом. «Извините, граждане, — говорят. — Милиция». Координаторам сказали пройти с ними. И вот тут Хомича гражданочка за бедро и укусила. Продажные интернет-ресурсы по своему обыкновению писали тогда свою, далекую от реальности «правду». О предложении кусачей дамы дать взятку тоже промолчали. 
После этого случая данные милиционера и его родных предали огласке. Пошли угрозы, круглосуточные звонки и сообщения — «жену будем убивать», «маму резать», угрозы расправы над полуторагодовалым ребенком… У дома родителей развешивали листовки. Кого-то из угрожавших нашли, кого-то ищут. Есть и те, кто теперь просит прощения: поддались, мол, эмоциям. Хомичей поддержали местные и люди приезжие. Даже предлагали круглосуточно стеречь дом. 

***

Пошли пить чай. Хозяин вдруг остановился между комнатами. 

— Вот тут еще недавно дом и заканчивался, — Анатолий Эдуардович многозначительно посмотрел на сына, тот улыбнулся. — В общем, вернулся я из командировки раньше времени, захожу на кухню, а тут — дыра на всю стену. Это Андрей мне решил сюрприз сделать, обстановку, так сказать, обновить. Да, все сам, своими руками. Сначала я был шокирован, но так действительно лучше. 


Сотрудник рассказал еще про один любопытный эпизод. Когда его супруга была в роддоме, папе выпало ответственное задание — подготовить дочь к серьезным соревнованиям по танцам. «В общем, платье я приготовил, дочку в 5 утра поднял, волосы ей накрутил. Как смог накрасил. Судя по выражению лиц мам других участниц, получилось не очень. Спасибо, выручили. И моя, значит, первое место берет! Представляете, первое! Когда награждали, не удержался, слезы на глаза так и навернулись». 
Анатолию Эдуардовичу тоже есть что вспомнить: «Смотрю, машина у калитки остановилась. Пошел посмотреть. Дверь авто, значит, открывается и выходит… командир ОМОНа. «Здравствуйте, — говорит. — Я Дмитрий Балаба. Хочу познакомиться, за сына вас поблагодарить». 
— Батя прослезился немножко, — «сдала» мужа Лариса Павловна. — Конечно, очень приятно, что сына ценят. Теперь вот государственную награду вручили. А знали бы вы, как дети папой гордятся! Приятно, что человеком вырос.

Молодой сотрудник не считает, что для него жизнь разделилась на до и после 9 августа. Помимо пресечения массовых беспорядков, бойцы отряда, как и прежде, выполняют множество других задач. К примеру, в сентябре был такой случай: в доме на улице Кольцова выпивший мужик взял в заложники жену и ребенка. У него было охотничье ружье. «Переговоры не удались, было решено штурмовать. И пока одни отвлекали агрессора, мы вошли в квартиру». Парни сработали четко, буйный не успел и с дивана подняться. На полу со связанными руками сидели перепуганные ребенок и женщина. Заряженное дробью ружье стояло рядом, оно было готово к применению. 

Ситуации, говорит офицер, бывали разные: «А последние события подтвердили, что в отряде предателей нет. К тому же, произошедшее сплотило все силовые службы. Все мы делаем одно дело, служим Республике Беларусь».

gladkaya@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Людмила ГЛАДКАЯ , Алексей МАТЮШ