Поумерь-ка аппетит!

Прививки, спутниковая съемка, феромонные ловушки - Беларусь предлагает ФАО обкатать передовые технологии борьбы с короедом в одном из лесхозов

«Замер, прислушался — легкий гул стоит: вылезли уже, полетели», — так лесники описывают перелет проснувшихся короедов. Начался он в середине апреля, как только на дворе стало теплее 18 градусов. Зимовавшие в кронах деревьев жуки встали на крыло и отправились на поиски новой пищи. Им уже четвертый год по нраву ослабевшие сосны. Аппетит в прошлом году был настолько велик, что санитарные рубки прошли на 130 тысячах гектаров. 25 тысяч гектаров из них вырубили сплошняком. Под пилу раньше времени пошло около 8 млн кубометров древесины. Зона влияния короедов расширяется на север, местами они уже «выше» Минска. Какие прогнозы на нынешний год, узнавала корреспондент «Рэспублікі». 

В мире насчитывается более 6000 видов короеда
Фото Анастасии ДОКУЧАЕВОЙ

Жука не догонишь

Активнее всего боролись и продолжают бороться с короедом на Гомельщине. В прошлом году половина рубок прошла именно там. Неудивительно, что именно в Гомеле состоялся международный семинар «Защита сосновых насаждений от вредителей и болезней леса». Собрать ученых и лесоводов из США, Германии, Италии, Венгрии, России и Украины помогла Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (ФАО). 

Что любопытно, за примерами нашествия короедов далеко ездить не пришлось: всего-то вырулили за городскую черту. У наших ног — сваленное «отработанное» дерево. Здесь остались зимовать некоторые жуки, хотя их основная масса холода пережидала уже в другом месте. Вдоль ствола сосны сняли полоску коры. У самой кроны да и в ветках видны многочисленные ходы короедов. Чуть ниже — рассадник уже других насекомых. Ближе к середине ствол и вовсе синий. Рядом стоят еще здоровые с виду деревья. Но так ли это? 

У наших ног — сваленное «отработанное» дерево

Эксперту по лесному хозяйству ФАО Широме Сатиапале предлагают определить больное дерево, чтобы тотчас же его свалить. В прошлый раз эксперт не угадала, рассказывают, очень переживала по этому поводу. Так что она отказывается. «Жертву» выбирают лесники метрах в тридцати. Эксперты рассматривают ветки. Кто-то достает даже лупу. Вердикт: попытка заселения была, но провалилась. Впрочем, директор государственного специализированного предприятия «Херсонлесозащита» Татьяна Касич делится опытом: короед — товарищ весьма настойчивый. Сейчас жук перемещается в лесостепную зону, не брезгуя даже 20-летними насаждениями. Его так много, что ветки не выдерживают и падают наземь — за полтора месяца деревья «уходят». 

Похожая ситуация и у нас. Гнаться за жуком не получается: минимум первые три недели по дереву ничего не определишь. Вот и выходит, что зимой вырубается очаг, а весной по его контуру могут снова пожелтеть сосны. Несмотря на то, что все ветки с вредителями сожгли. В Италии и США, говорят эксперты, создают вокруг очага своеобразную буферную зону — срубают деревья в радиусе нескольких десятков метров и оставляют как ловушки для жуков на несколько недель, а то и месяцев. Как вариант — их можно окорить. Правда, тут же другие коллеги замечают: этот способ не подойдет, если в лесах существует вероятность пожаров. 

Чем пахнет мониторинг

Еще один способ управлять перемещением жуков — использовать феромоны. В Италии стволы обрабатывали контактным спреем — жуки погибали при внедрении. Работало хорошо. Но позже метод запретили. Не подошел и американский способ — делать смешанные инъекции у корня. Дерево поднимает феромон и химикат вверх. Короед летит на запах и погибает. Что примечательно, одна инъекция действует в течение двух лет. «Немыслимо», — удивились наши лесоводы. «Очень дорого», — ответили итальянские эксперты. Попробовали эту систему в Альпах — влетело в круглую сумму. В итоге от нее отказались. 

У нас феромоны используют по-иному. Что примечательно, все — отечественной разработки. Стоимость одного диспенсера — 6—7 долларов в эквиваленте. На каждый лет жука (считается, что всего их два) в специальные ловушки на расстоянии 10 метров от стены леса вывешивается по одному диспенсеру. Ловушки тоже собственного изобретения — стоит одна всего 3 доллара. Для сравнения, за границей общая стоимость такого средства для мониторинга в несколько раз больше. 

Наши лесоводы заинтересованы, чтобы как можно больше жука не долетело до веток. Поэтому в этом году намерены использовать около 12 тысяч ловушек. Насколько они эффективны? За один раз вылавливали до 8 тысяч особей. Кажется, что много. Но лесоводы подсказывают: в одном дереве может находиться 10—12 тысяч жучков… 

Спутник в помощь

Можно ли предугадывать его появление как-то иначе? Ответ на этот вопрос, кажется, нашелся в презентации эксперта ФАО Елены Финегольд. Эксперт рассказала об опыте использования удаленного зондирования и спектрального и термального анализа:

— Различные поверхности отражают солнце по-разному. Так и деревья — здоровые и пораженные. Данные перехватывает спутник, а мы их анализируем. Если дерево страдает, можем увидеть это через оценку содержания в нем влаги и фотосинтеза и выявить вспышки короеда на стадии зеленой кроны. Для конкретных объектов можно разработать систему мониторинга, которая позволит постоянно обновлять данные. Затем эту модель можно применять ко всему региону. Так при поддержке ФАО было сделано в Гондурасе. Правда, без калибровки на местности не обойтись. Ведь у бесплатных спутниковых данных есть минус — четкость картинки. На помощь могут прийти дроны, оснащенные инфракрасными камерами. Мы можем постараться и построить модель прогнозирования. 

Идеей, конечно, заинтересовались. Начальник управления лесного хозяйства Минлесхоза Николай Юревич дипломатично напомнил о просьбе ФАО выделить техническую помощь: 

— Мы предлагаем на площадке Беларуси выработать комплекс мер по оздоровлению сосновых насаждений и предотвращению высыхания лесов, реализовать пилотный проект по ранней диагностике, мониторингу и лесовосстановлению в одном из лесхозов. Чтобы потом перенести полученный опыт и на другие страны. 

Впрочем, в Минлесхозе впервые за историю борьбы с короедом настроены оптимистично. Слово первому замминистра лесного хозяйства Александру Кулику: — Влажная зима и весна позволили деревьям набраться силы. Надеемся, вспышка усыхания пойдет на уменьшение.

Впрочем, есть и другое мнение. Подслушала, как лесоводы хвалили прогнозы начальника лесопатологической партии РУП «Белгослес» Александра Сазонова. Мол, сначала не верили, а потом только они и сбылись. Сам Сазонов признает, что и тут ошибся:

— Предполагал, что в 2017-м будет вырублено 7 млн кубометров древесины. Вышло больше. Чего жду? Представьте, за прошлый год объем рубок вырос в семь раз. При таких масштабах достаточно 30-процентного прибавления — уже будет чрезвычайная ситуация. Природа меняется очень быстро, за жизнь одного человеческого поколения. А лес — та сфера, которая больше других страдает от последствий климатических изменений и неадаптированности хозяйств. Ведь дереву сотню лет надо расти… 

Посмотрим, чей прогноз в итоге сбудется. 

КОММЕНТАРИЙ В ТЕМУ

Широма Сатиапала, эксперт по лесному хозяйству ФАО:

— Проблема распространения короеда актуальна не только для Европы, она актуальна для всего мира. Мы были в Беларуси в ноябре и очень впечатлены тем, что вы проводите у себя на местах. Сейчас наша работа направлена на то, чтобы предоставить вашей стране наилучшие практики по разработке методов не только предсказания или раннего выявления, но и мониторинга. Это то, чем сейчас занимается ФАО. Ежегодно от различных болезней и вредителей в мире мы теряем около 35 млн гектаров лесов. Причем половину этого объема — из-за короедов. Проблема приобрела глобальный масштаб. Перед нами стоит задача уменьшить популяцию этих насекомых и сделать леса устойчивыми к ним. 

druk@sb.by


Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости