Полоцк вместо гетманской булавы

О великом интригане, полоцком воеводе - Станиславе Денгоф

То, что в Полоцке появилось столько знаковых для Беларуси персон, не случайно. Свободолюбие полочан зафиксировано хотя бы историей княжны Рогнеды, оскорбившей отказом мстительного киевского князя. Вече, бунты горожан, постоянные конфликты с властями. В эпоху Речи Посполитой полоцкие воеводы периодически жаловались королю, что подопечные «выламываются из–под власти и подчинения». А в 1725 г. магистрат и мещане Полоцка уже сами писали своему воеводе и войту, он же — польный гетман Великого Княжества Литовского граф Станислав Денгоф, что поставленный им лентвойт забирает товары у купцов, присваивает себе власть и городские доходы.

Станислав Эрнест Денгоф.

Впрочем, сочувствие у графа это послание вряд ли вызвало. Полоцк для магната был всего лишь выгодной кормушкой. Король Август Сильный пообещал ему это воеводство в обмен на то, что Денгоф перестанет возглавлять антикоролевскую оппозицию. Но обещанное удалось осуществить не сразу — свободолюбивые полочане добились от короля, чтобы воеводу не назначали, а выбирали. Хотя выборы в XVIII веке превращались в пиры и войны, и тот, кто не жалел вина и золота, становился любимцем фортуны. Денгоф был избран полоцким воеводой 25 августа 1721 года.

Покойник без головы

Отец Станислава Денгофа, Владислав, командующий королевской гвардии, прославился участием во многих битвах. И смерть у него была легендарной. В сражении с турками под Парканами заартачился его конь. На Владислава Денгофа накинулись турки. Дело в том, что они приняли его за короля Яна Собеского — у того была такая же комплекция и рост, судя по портретам — оба невероятно тучные. Владислава зарубили. Его голову отсекли и с триумфом принесли в лагерь, в полной уверенности, что это голова короля. Турецкий военачальник Кара Махмед–Паша даже отправил в Буду новость о победе. Но на следующий день турки были разбиты. Тело Владислава Денгофа было похоронено в родовой усыпальнице в Ясной Гуре. Как понимаете, похоронено не полностью.

Ян Собеский.

Денгоф плюс Денгоф

На портретах Станислав Эрнест Денгоф герба «Вепрь» — черноусый бравый рыцарь. Он успел поучиться у пиаров, попутешествовать. Выбрал себе сюзерена — это был амбициозный монарх Август II Саксонец по прозвищу Сильный, которого на трон пригласила шляхта Речи Посполитой. Соперником Августа стал Станислав Лещинский, импонировавший шляхте тем, что был своим, паном–братом. Август же являлся монархом другой державы и, даже побыв на польском троне, не научился говорить на языке новых подданных. Зато обладал такой физической мощью, что сгибал подковы и монеты. 

Женился Станислав в 1709 году на Иоанне Денгоф. Жениху было тридцать шесть, можно предположить, что невеста была моложе (даты рождения я не нашла).

Август II Сильный.

Теперь — внимание, квест. Иоанна — дочь от первого брака виленского каштеляна Эрнеста Денгофа, старшего сына каштеляна и воеводы перновского Эрнеста Магнуса Денгофа. У того Эрнеста Магнуса был брат Герард, то бишь двоюродный дед Иоанны. Этот Герард приходится отцом Владиславу Денгофу и родным дедом Станиславу Денгофу... Эрнест Денгоф (сын Эрнеста Магнуса) женится вторым браком на матери Станислава, Констанции Служка, после гибели Владислава Денгофа под турецкими саблями. Получается, Иоанна приходилась своему жениху Станиславу сводной сестрой, не так ли? Не говоря о других запутанных степенях родства. Ничего себе лабиринты родословных!..

У Иоанны и Станислава Денгоф в 1716 году родилась дочь Констанция Коломба. Я нашла сведения, что, возможно, она появилась на свет в Полоцке.  Констанция стала писательницей и меценаткой, переводила Вольтера и лотарингских поэтов.

Отдай мою булаву!

А теперь мы узнаем, как же так получилось, что король Август Сильный должен был откупаться от своего самого верного сторонника.

1709 год. Северная война. Под Полтавой разгромлена шведская армия. 

В октябре 1709 года в Торуни встретились два монарха, Август II и Петр I. Власть одного шатается, другого — укрепляется. Здесь же — великий гетман Ян Сапега, староста бобруйский.

Русский царь подошел к гетману, вытащил у него из–за пояса саблю (по другим источникам — булаву) и спросил, секла ли она русских. Ян Сапега ответил утвердительно. Петр стал махать саблей перед носом гетмана... А затем потребовал передать гетманскую булаву Людвику Потею, стороннику российского двора. Августу нужно сохранить хорошие отношения с русским монархом, в то время — его союзником. И хотя булава была им обещана Станиславу Денгофу, согласился. Денгофу же досталась булава гетмана польного, то есть малая, рангом ниже.

Станислав оскорблен. Людвик Потей был магнатом пронырливым. Прославился среди прочего тем, что добился права чеканить серебряные монеты. Они были с пониженным весом. Выбитые на них буквы «Л.П.» расшифровывали как «людской плач».

Вот после этой выходки в Торуни бывший гетман Ян Сапега перешел на сторону Станислава Лещинского, а затем и Денгоф. Срывал сеймы, добивался вывода саксонских войск... Впрочем, и великий гетман Потей Августу опорой не стал. В августе 1714 года саксонцы перехватили его письмо к российскому царю с просьбой послать 15–тысячный корпус солдат, чтобы свергнуть Августа II, а взамен Великое Княжество разорвет союз с Королевством Польским.

Воистину — кровавый потоп на белорусских землях. Сторонники разных политических партий нападают на имения друг друга. Страдают, естественно, простые люди. Король презрительно комментирует: «Отлично, пускай собака собаку грызет!» Шляхта ненавидит саксонских вояк. А тут и Петр I поставил свои гарнизоны в белорусских городах, вывозит ремесленников и молодежь в Россию. А магнаты не стесняются брать взятки и продавать свой народ. Вот фрагмент труда российского историка С.Соловьева «История России с древнейших времен»: «В Петербурге беспокоило молчание сильнейших людей в Речи Посполитой, гетманов, после того как литовский польный гетман Денгоф так сильно высказался против короля Долгорукому. В Польшу отправлен был полковник Дмитрий Еропкин с целью выведать расположение гетманов и указать на враждебные замыслы короля. Еропкин прежде всего свиделся тайком с Денгофом в деревне недалеко от Вильны... О гетмане великом коронном Сенявском Денгоф по секрету объявил Еропкину, что жена его склонна к королю; о гетмане великом литовском Потее сказал, что он совершенно при королевской стороне и ездить к нему не надобно или по крайней мере говорить не очень откровенно. «Но пусть царское величество будет благонадежен, — говорил Денгоф, — воевать мы с Россиею не станем...» В заключение Денгоф жаловался, что все письма к ним с почты приходят распечатанные. Еропкин предложил ему 2000 червонных; гетман отказался; тогда Еропкин отдал их духовнику его для передачи гетману, и при другом свидании Денгоф благодарил царское величество за милость и уверял в своей верной службе».

Заметили, как Денгоф отзывается о Потее, в то время как мы знаем, тот сам искал поддержки в России? Кто первый, типа, урвет... Да уж, грязное дело политика.


Вино из водосточных труб

Окончательно, наверное, утешил свое самолюбие Станислав Денгоф, когда женился во второй раз. Его женой стала самая завидная невеста в стране, Мария София Сенявская, дочь гетмана коронного. На ее крещении присутствовали русский царь Петр I, польский король Август Сильный и трансильванский князь Ференц Ракоци. Мать сватала ее за королевича Константина Владислава Собеского. Активно претендовали на девицу Радзивиллы. Она даже была обручена с Николаем Радзивиллом, но жених умер от солнечного удара. Тогда в женихи предложили его брата, Михала Казимира Радзивилла по прозвищу Рыбонька. Но Станислав Денгоф своим сватовством утер нос всем.

Мария София Сенявская.

Свадьба состоялась во Львове 30 июля 1724 года. О чем была издана специальная брошюра Франтишка Пулавского. Описывать было что. Въезд жениха продолжался три часа при постоянных залпах 23 пушек. Резиденцию освещали десять тысяч лампад. Для созерцания фейерверков — «колонн из огня» — был сооружен амфитеатр, обитый сукном и украшенный картинами. Играло три оркестра. И, конечно, самое главное развлечение, оставшееся в памяти людской (цитирую в переводе Адама Мальдиса): «У вадасточныя трубы, зробленыя на кожным рагу з белай бляхi, пачалi праз вокны шчодра лiць венгерскае вiно, за якiм цiснуўся розны люд з вёдрамi, конаўкамi, шапкамi i капелюшамi».

И конечно, никому дела не было, что жениху за пятьдесят, а невеста вдвое моложе.

Брак остался бездетным, спустя четыре года Станислав Денгоф умер.

Анна Констанция, графиня фон Козель.

Разлучница по заказу

И еще один след в истории... Самой известной фавориткой Августа Сильного была Анна фон Козель. В какой–то момент придворные и в Саксонии, и в Польше заволновались, что красавица приобрела слишком большое влияние. Тогда, воспользовавшись тем, что Анна должна была рожать, а король уехал к польскому двору, ему подсунули очаровательную графиню Марию Магдалену фон Денгоф, жену одного из клана Денгоф, подкомория литовского Эрнеста Богуслава Денгофа. Август увлекся... И Анна провела пятьдесят лет в заключении в отдаленном замке. Думается, и эта афера не обошлась без ведома опытного интригана Станислава Денгофа.

rubleuskaja@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
ТЕГИ:
Загрузка...