Новые вводные в сложном сирийском уравнении

В марте исполнится семь лет с начала войны в Сирии. За эти годы погибли сотни тысяч человек, миллионы вынуждены были покинуть свои дома, города лежат в руинах, а сирийская государственность ослабла. И все же положительным итогом этой войны стал разгром группировки «Исламское государство». Но в то же время борьба с терроризмом перестала быть объединяющим фактором для международного сообщества. Это несет с собой новые риски. Именно в эти дни мы наблюдаем крупнейший всплеск насилия в Сирии. В телерепортажах вновь показывают разрушительные последствия авиаударов в пригороде Дамаска — Восточной Гуте.

Восточная Гута — одна из так называемых зон деэскалации, где действует режим прекращения огня. Собственно, именно с создания подобных зон безопасности и начался переговорный процесс между властями САР и отрядами сирийской оппозиции при посредничестве России, Ирана и Турции. Далее были астанинский процесс, Конгресс сирийского народа в Сочи и ожидаемое создание новой сирийской Конституции при участии всех сирийских сил.

Но в последнее время, как говорят в плохих детективах, что–то пошло не так. Обстрел пригорода Дамаска — видимая часть айсберга. Но одновременно произошел ряд других опасных инцидентов с участием региональных и глобальных игроков.

Так, ранее американские ВВС разгромили колонну проасадовских сил, которые совершили марш–бросок на восточный берег Евфрата. В результате этих боев пострадали десятки граждан России и стран СНГ, не являвшихся военнослужащими. Как заявили в российском МИД, они приехали туда «по своей воле и с разными целями». Как бы то ни было, американцы не согласовали этот удар с другими серьезными силами, в первую очередь российскими, что заставило экспертов говорить об опасности военного столкновения глобальных игроков. Не случайно Москва весьма жестко прокомментировала этот инцидент и заявила, что, цитирую, «США не борются с ИГ на территории Сирии, а захватывают экономические активы страны».

Еще одно крупное обострение касается одной из самых активных региональных сил — курдского военного ополчения. Буквально вчера президент Турции Тайип Эрдоган заявил, что турецкие войска в ближайшее время намерены окружить сирийский город Африн. Таким образом, сказал Эрдоган, будет пресечена поддержка извне террористического коридора у южных границ Турции, и тогда никто не сможет вести никакого торга.

Думаю, излишне говорить, кому адресованы эти предупреждения. Тема американской поддержки курдских военных формирований была одной из главных во время визита госсекретаря США Рекса Тиллерсона на Ближний Восток. Многие ожидали от него четкого и ясного ответа, откажутся ли американцы поддерживать курдские военные формирования, как того требовала от Вашингтона Анкара.

Почему американцы сделали ставку на курдов? Именно курды лелеют мечту о создании независимого Курдистана, а потому могут поддержать планы по раздроблению Сирии. Но против этого сценария выступают все другие влиятельные силы — Россия, Турция, Иран, шиитское руководство Ирака, не говоря уже о самом Дамаске.

На этом фоне появилась новая вводная в сложное сирийское уравнение.

Высокопоставленный курдский чиновник заявил агентству Reuters, что курдские вооруженные формирования достигли соглашения с сирийской армией о размещении ее частей в Африне для «сдерживания» турецкой военной операции в этом районе.

Правда, впоследствии это сообщение было слегка подкорректировано. Договоренность между курдскими формированиями и официальным Дамаском о вводе в район Африн проправительственных сил пока не достигнута, однако переговоры об этом ведутся, уточнил представитель курдского «Демократического союза».

Думается, пауза взята не случайно. Ведь глава госдепа Тиллерсон так и не дал окончательного ответа насчет поддержки курдских сил. Он лишь дал комментарий по поводу поставок американского оружия курдским «Сирийским демократическим силам», но весьма расплывчатый. Дескать, такое оружие будет ограниченным, направленным на конкретные миссии и предоставляться постепенно только для достижения военных задач.

При этом с самого начала сирийского конфликта курды поддержали борьбу против президента Асада и сформировали автономное правительство на севере страны.

Что означают все эти стремительно меняющиеся конфигурации? Трудно не согласиться c обозревателем Би–би–си Джонатаном Маркусом, который сказал, что никто не знает, что произойдет в Сирии. По его мнению, то, что мы наблюдаем сейчас, с исчезновением «Исламского государства» как целостного территориального образования, это не конец войны в Сирии, а начало новой ее фазы.

Эта новая фаза войны характеризуется активизацией глобальных игроков, которые имеют собственные интересы и заключают ситуативные альянсы с местными силами.

romanova@sb.by



Полная перепечатка текста и фотографий запрещена без письменного разрешения редакции. Цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
ТЕГИ:
Загрузка...