Человек у киноаппарата

Кинокритик Людмила Саенкова о кинооператоре Владимире Спорышкове


Он ушел неожиданно. Его уход застал врасплох не только тех, кто его хорошо знал и любил, но и тех, кто был знаком с ним только по фильмам, которые он снимал. Впрочем, смерть всегда внезапна и всегда некстати. Раньше могли сказать, что 65 — это «уже», сегодня 65 могут быть «еще». Роковой рубеж известного кинооператора Владимира Спорышкова точно был преждевременен. Несмотря на то, что фильмов, снятых им в Беларуси и России, немалое количество, все равно казалось, что еще многое может быть впереди. Его ценили режиссеры, стараясь заполучить в свои картины; уважали операторы, отдавая должное высокому профессионализму спорышковского метода и стиля; замечали зрители, знающие толк в операторском мастерстве. Кадры, снятые Владимиром Спорышковым, помнятся не только деталями сюжета, тонкостями актерской игры, но и особенной атмосферой, которая была предельно осязаема и чувствуема. Так было в кинодебюте «Первой по росе прошла красавица», состоявшемся в конце 70–х. Сюжет как будто отступил перед акварельной светописью эпизодов, где главными были не столько отношения героев, сколько очарование среды, дыхание природы. Так было позже в фильмах «Отцы и дети», «Франка — жена Хама», «Цветы провинции», «Игра воображения». Его кинокамера не только воплощала замыслы режиссеров, но и сама создавала то изображение, которое было равно высочайшим образцам живописного искусства. Это таким операторам, как Владимир Спорышков, было под силу воплотить визуально то, что, казалось бы, никак не поддается визуализации. Ну как камерой передать, например, такое: «Слышно было, как огурцы росли, цепляясь за тын...» или «В комнате пахло чернилами и сухими цветами»? У таких операторов, как Владимир Спорышков, это получалось. Именно ему удалось найти удачный изобразительный эквивалент многостраничной сцене захвата шпионов из знаменитого романа В.Богомолова «Момент истины». Сколько бы мы ни смотрели «В августе 44–го...», но именно эта сцена предельно напряженного поединка «наших» и «не наших» будет заставлять вновь и вновь смотреть и пересматривать, всякий раз испытывая всю гамму переживаний и радости, как в первый раз. Не случайно этот эпизод вошел в хрестоматии мирового кино как один из наиболее удачных примеров настоящего саспенса. Да и весь фильм насыщен атмосферой нарастающей тревоги, что невозможно оторваться от экрана от начала и до конца, несмотря на все наше знание сюжета.

В таком техническом деле, как операторская съемка, техника все же не является чем–то первичным. Владимир Спорышков никогда и не был только технарем. Это был человек редкой породы. Когда–то знаком высокой человеческой пробы были понятия «интеллигентность», «достоинство», «порядочность». Он был именно таким. А еще он был человеком образованным, тонко чувствовавшим искусство, любившим музыку, тихим и не очень заметным. Если к этому добавить талант, то получим чрезвычайно редкий дар. Таковым был он сам и то, что он создал.

lpsm3163@mail.ru

Советская Белоруссия № 80 (24962). Пятница, 29 апреля 2016
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Новости