Все, что в характере Наумовой

К Герою Соцтруда Лидии Андреевой и сегодня идут за советом

За тридцать лет ее руководства колхоз «Перамога» Толочинского района 6 раз становился победителем Всесоюзного соцсоревнования, а труд самого руководителя – Героя Социалистического Труда Лидии Андреевны Наумовой, как и простых колхозников, отмечался  многочисленными наградами.


В Толочинском райисполкоме кратко проинформировали: «Лидия Андреевна давно живет одна. Женщина общительная, приветливая, всегда рада гостям. Вы ее дом быстро на улице Гоголя найдете, он яркий, виден издалека».

НЕ подумала бы, что Герой Соцтруда все годы живет в обычной деревянной хатке, построенной еще перед Великой Отечественной. Глаза по привычке искали добротный коттедж. Небольшой участок, сарайчики, огород… В голове никак не укладывалась такая картина с предполагаемым образом человека, который 30 лет возглавлял хозяйство, 15 лет являлся членом союзного Совета колхозников, дважды избирался членом ЦК КПБ, ЦК ВЦСПС…  Сейчас и за год руководители хозяйств как-то умудряются лучшим жильем обзавестись. Оказалось, что и сама Лидия Андреевна — простая женщина. Хотя старалась, видимо, по привычке, выглядеть и держаться солидно. 

Пока мы рассматривали горы альбомов с фотографиями, сидя за круглым столом, делилась воспоминаниями:

— В большой семье моих родителей Андрея Яковлевича и Марии Болеславовны Дятловых было 6 детей, четверо из них родились до войны. Папа и мама – люди грамотные, у одного за плечами  Горецкая сельхозакадемия и три курса математического факультета БГУ, у второй – медицинское образование, диплом техникума.  Поженились в 1932-м, а 4 апреля 1933 года в гомельской Новобелице я родилась, самая старшая. В Толочин переехали, когда мне исполнился  год и 4 месяца. Папа заканчивал академию, работал по землеустройству в Минской области. Усмотрел, что здесь удобное расположение автомагистрали и железной дороги. Своего угла еще не было, жили то на Советской улице, потом на Зеленой… Приехала как-то папина мама и говорит: «Андрей, до какой поры будешь семью держать на съемных квартирах? Думай, что дальше делать». А тут еще под руку попал наш сосед и директор банка: «Люди боятся брать деньги, не знают, чем отдавать потом. Может, ты возьмешь да решишь вопрос с жильем?» В итоге папа получил кредит на 200 рублей и в 1939-м купил за 2 километра от города 30 кубов леса. На лошадях перевезли его сюда, начали строить дом. Леса не хватало, доски со стройки воровали, поэтому, посмотрите, окон много. Зиму перезимовали в новой хате, а летом война началась. Папа ушел на фронт, в нашем доме расположились немцы. Маме с четырьмя детьми пришлось  переезжать с места на место. Толочин за войну практически полностью сожгли и разрушили. Хата уцелела потому, что тут жили немцы. Папа вернулся с фронта в 1946 году. 

В 1952-м я окончила 10 классов, в 1957-м — Горецкую сельхозакадемию по агрономической специальности. Практику проходила в деревне Плиса под Крупками. Колхоз возглавлял председатель-тридцатитысячник, совсем плохо разбирался в сельском хозяйстве. Агроном днями глушил самогон и до вечера валялся в борозде. Работала за двоих, многому научилась. 

Весенне-полевые работы в колхозе «XVIII партсъезд». Агроном Лидия НАУМОВА (вторая слева), 1958 год

Вообще-то я мечтала стать инженером, поехала подавать документы, но отговорили: больше девушек на факультете нет, незачем учиться с одними мужчинами. Зато там же на факультете механизации на танцах познакомилась с будущим мужем Антоном. На 5-м курсе поженились, вернулись в Толочинский район. Супруг возглавил инженерную службу, меня назначили главным агрономом в колхозе «XVIII партсъезд». Знаете, чем женщина-председатель или специалист отличается от председателя-мужчины, например? Мы ходим в положении, детей рожаем. И нет времени обращать на это внимания. То прыгала с машины, то лезла куда-то вверх. Дородовые не отсиживала, чуть ли не в поле родила в январе 1958-го сына Гену. И почти сразу после родов на свои 840 гектаров пашни, посевная на носу. Дитя покормлю и в поле, родители внуков смотрели. Иногда у меня спрашивали: есть ли муж и как он отпускает жену? Не могу сказать, но мы такое поколение, наверное, когда о себе думали в последнюю очередь. Сколько пришлось самой загрузить на машины льна, не передать словами. Работала, как с пропеллером за спиной, только за это пришлось расплатиться здоровьем. Представьте, сначала по полям пешком ходила, затем долгое время ездила на личном велосипеде. Позже председатель Виктор Федорович купил для меня мопед. А каким он в те времена был? Еду по магистрали, спицы вылетают. Остановлюсь и ремонтирую посреди дороги. Проезжающие мимо водители помощь предлагали, отказывалась. Говорила, если не сама, то кузнец сделает. И лошадь не раз седлала. Зимой ездила на санях, летом на телеге. А если нужно быстро куда-то подскочить, то и верхом. Потом мне мотоцикл «Ковровец» дали. Дождь, снег, ветер…

В «ПЕРАМОГУ» пришла 17 октября 1962 года. Своего клуба в колхозе не было, люди со всех деревень и Толочина собрались в городском. Стояли даже вдоль стен в актовом зале. Представитель райкома сказал: «Она вам и мамкой, и нянькой будет». Представляете? А «мамке»-то на тот момент только 29 лет от роду.  После избрания только и сказала: «Постараюсь оправдать доверие».

Первый председательский год отлично помню. К обязанностям приступала, будучи сильно больной. Накануне в Несвиже в санатории лечилась. После рентгена врач спросил: «Это легкие молодой или старой женщины?» Заработала эмфизему, думала, конец мой пришел, добила себя ездой на мотоцикле. Так простуда во мне засела, дышать не могла. А тут преемника в «Перамоге» сняли, но ждать моего выздоровления не стали. В райком партии забрали прямо из поликлиники. Говорят: «Мы выдвигаем вас председателем колхоза. Езжайте, посоветуйтесь с мужем». Куда ехать? Надо — значит, надо.

Первые председательские шаги — Лидия НАУМОВА (вторая слева) со звеньевыми по возделыванию льна, 1963 год

Год тяжелый, дожди заливали. Сразу бросились спасать урожай, план поставок на Ленинград горел. Прошлого председателя ведь сняли из-за того, что не выполнил госзаказ по картофелю. А как его выкопать, если в поле не зайти? Надела фуфайку, платок — и днями копалась вместе с колхозниками. С горем пополам через неделю урожай собрали, закрыли заказ. А тут мои зубы снова дали о себе знать. Еще во время войны немцы в Толочине открыли стоматологический кабинет. Я отнесла последние три яйца, чтобы мне помогли, в итоге еле живая осталась. Спасая колхозную картошку, добила на холоде себя окончательно, заработала обострение. Везли в витебскую больницу на машине, а у изголовья сидела медсестра. Положили в отделение в коридоре, мест не было. Лечили долго, только потом узнали, что я руководитель колхоза. Вот так началось мое председательство, с болячек. Что касается самой должности, то страха не чувствовала. Работала, как плела лапти, — легко. С детства подготовленная. Братья и сестры рождались с разницей в 2 года, а я с 5 лет сама ходила за хлебом, стояла в очередях.  

Лидия НАУМОВА, 1970-е годы
ЛИДИЯ Андреевна в контору  приходила рано, до этого по всем полям и фермам колесила. В экстренной ситуации свою машину отдавала колхозникам, не брезговала в кабине с трактористом проехать. Бывало, приходилось и характер проявлять, даже перед вышестоящим руководством. Как-то пришло распоряжение убрать зерновые, урожай предвидели хороший. Наумова категорически отказалась: если зачастит дождь, все пропадет в валках. Напор был такой, что даже готова была уволиться. Но свою позицию отстояла, собрали почти 50 центнеров на круг. Смогли за вырученные деньги рассчитаться с долгами. 

При ней Звезду Героя Соцтруда получила и главный агроном «Перамогі» Лидия Емельяновна Сироткина. В 1977 году к хозяйству присоединили соседа – колхоз имени Ленина. Всего 21 деревня! Посевные площади увеличились до 3,5 тысячи гектаров. Одного льна сеяли по 350 гектаров, 275 человек занимались его выращиванием. Урожаи приносили хозяйству хорошую прибыль, но не приведи Господь показатели были бы ниже, чем планировали сверху! Сдавали и по 1,5 тысячи тонн свинины в год. Не единожды в колхоз приезжал Петр  Машеров. Через 4 года о «Перамоге» заговорили за пределами БССР. Начиная с 1966 года колхоз 6 раз выходил победителем Всесоюзного соцсоревнования. Но, кроме основной работы, на председателя возложили и другие обязанности.

— В Москву на заседания ездила только за свой счет, ни копейки из кассы не взяла. Освободиться от общественной нагрузки не могла. Раз избрали, значит, не обсуждается. В столице бывала часто, только даже в театр не могла сходить. Если заседание длилось сутки, приезжала в Москву в 5 утра, уезжала в 10 вечера. В 7.15 следующего дня на вокзале в Толочине меня встречал водитель и вез на разнарядку в правление. Две ночи в поезде, с работы на работу. Подчиненные удивлялись: «Вы же в столице должны быть!» А я не могла надолго колхоз оставлять, да и пожилые родители на руках плюс дети. Какие там театры? Да и вообще, мы прожили скромно, даже автомобиля личного не купили. В родительском доме пристройку небольшую сделали, до сих пор так и живу. Не могла я позволить себе чего-то большего. Как простым людям в глаза смотреть?

В апреле 1971 года получила звание Героя Социалистического Труда,  в октябре родила сына Владимира.

В 1988-м оформилась на пенсию, но продолжала еще 5 лет работать. Время очень быстро идет, это отчетливо осознаешь особенно сейчас, когда дома сидишь. Жизнь по-своему интересной была. Знала многих коллег, награжденных Звездой Героя. С Кузьмой Шаплыко, например, познакомились в 1968 году на курсах повышения квалификации. Постоянно избиралась в местные, областные, республиканские и союзные Советы. Сколько раз посещала всевозможные съезды и собрания — и не вспомнить. Открывала в Толочине Аллею Героев, где увековечена память и Героев Советского Союза, и Героев Соцтруда. Кроме меня, уже никого в живых не осталось. Ордена, кроме Звезды Героя, не надеваю. А есть ордена Ленина, Октябрьской Революции, Трудового Красного Знамени… В нашей  «Перамоге» награждались и простые крестьяне-труженики.

МНОГО времени рядом  с председателем провел ее водитель Виктор Палатка: 

— В 1972 году меня приняли в «Перамогу» . Удивлялся, как председателю удалось так четко наладить работу специалистов. При этом никто не стоял над нами с кнутом. Год поездил на грузовой машине, Лидия Андреевна перевела личным водителем. Волновался, смогу ли начальника с утра до вечера возить, да еще женщину? Сработаемся ли? Оказалось, все легко и просто, 19 лет с ней проработал. Таких руководителей еще поискать нужно. Заведовал сразу двумя машинами – ГАЗ-21 и ГАЗ-69. Но на них больше возил простых колхозников, чем председателя. В больницу, например, или еще куда-нибудь. 

Не поверите, но приходила молодежь перед свадьбой, просила служебную «Волгу» в ЗАГС ехать. Наумова ни разу не отказала. А машина старая, подгнившие пороги, какая свадьба? Помню приехал, припарковался 13-й по счету позади кортежа. Невеста подходит и говорит: «Дядя Витя, станьте первым. Все, кто в этой машине сидел на своей свадьбе, хорошо живут. Она счастье приносит». Представляете?

Не нужно было выписывать и грузовик, все затраты брало на себя хозяйство. Кто сейчас бесплатно поможет? Ссылаются: «У вас дети есть, пусть и помогают». А выпишешь машину, так отдашь половину пенсии. Лидия Андреевна никогда не оставляла людей один на один с бедами и проблемами. К ней шли люди отовсюду. Обращалась с ними вежливо, культурно. Случалась внеплановая или срочная работа у полеводов, не приказывала – просила: «Миленькие, родненькие мои, помогите». Кто ей мог отказать? И сама становилась в резиновых сапогах и фуфайке рядом. Старалась каждому хорошему работнику выдать заслуженную награду. Ежегодно кого-то представляла на ВДНХ. Людям вручали премии, ковры… Тракторист получил «Москвич», колхозников награждали орденами и медалями.

Дала всем возможность за копейки приватизировать жилье. Бывало, что кто-то в Толочине продавал хату и уезжал. Лидия Андреевна выкупала ее для колхоза и выделяла своим работникам. В деревне  помогала стройматериалами, если просили. Правление «Перамогі» располагалось в городе по улице Володарского. В хозяйстве работало всего 4 бригады, дважды за день можно было побывать в каждой. 

Прежде чем посадить меня за руль, отправляла обедать. Если были в городе, ходили вместе в столовую. Платила за двоих, мне запрещала деньги давать. Привозил ее в райком партии, отпускала домой. Ни разу не ждал часами у здания, говорила: «Свободен. Я сама доберусь или привезет кто-нибудь». 

Не терпела доносчиков. Был случай, когда кто-то из колхозников решил настучать на коллегу. Наумова говорит: «Подожди, сейчас Виктор позовет этого человека и ты скажешь все при нем». Мужчина отказался. Лидия Андреевна ответила: «Тогда молчи и уходи. Сегодня за глаза ты мне сдаешь человека, а завтра вместе с ним сдадите меня». 

В советские времена в храм ходить запрещали. Пришла женщина к Наумовой и говорит: «Ваш водитель возит в церковь людей, а они крестят детей». Знаете, что она ответила? «Если это во благо, если людям хорошо от этого, то пусть возит, я разрешаю».

У местной женщины-врача был сын-инвалид. В детстве травму получил, походка нарушилась. Тем не менее учился в Витебском мединституте. Как-то вечером шел в общежитие, а сзади подъехала милиция. Сотрудникам показалось, что парень пьяный. Никто не разобрался, настрочили письмо ректору, и студента отчислили с последнего курса. Вступилась Лидия Андреевна, поехала в Москву на прием к министру образования,  парня восстановили. 

После Наумовой в хозяйстве сменилось много руководителей. Один проработал год, другой три месяца, потом третий… Не стало того, что было раньше. Я перешел в другую организацию. Супруга моя Елена Алексеевна работала агрономом в «Перамоге». Она может подтвердить мои слова.

ПЕРЕЛИСТЫВАЯ альбомы с фотографиями, почетный гражданин Толочинского района Лидия Андреевна Наумова словно проживала еще раз свою жизнь: «Вот я выступаю на одном мероприятии с Косыгиным, вот это съезд колхозников, это как член ЦК была на открытии Кургана Славы, это приезд Петра Машерова…» И только снимки безвременно ушедших родных перекладывает быстро, старается поменьше бередить свои раны, которые, в принципе, никогда и не заживут. С супругом прожили 53 года, безвременно ушли из жизни сыновья. Ей, на вид слабой и хрупкой женщине, довелось познать боль утраты самых близких.

Но говорит, что жизнь продолжается: «Мне скоро 85 лет, а стареть ни телом, ни душой не хочется. Внучка замуж собралась, просит дождаться ее свадьбы. Постараюсь. Скучно, конечно, одной. Часто навещают невестки и внуки из Витебска. Но случается, что еще кто-то может прийти за советом как к агроному: морковь покрутилась, мошка напала, кочаны у капусты не завязываются… Приятно, что помнят и ценят». 

Пока на улице скользко и холодно, женщина мало выходит из дома. Спрашиваю: «Вдруг плохо станет, а помочь  некому?» Отвечает: «Да все хорошо, справлюсь, ежедневный присмотр взяла на себя соседка».

Проговорили долго, мне нужно было торопиться на электричку, а до нее топать несколько километров. Собралась уходить, Лидия Андреевна остановила: «Подожди, сейчас скажу, чтобы прислали машину». Я растерялась. Короткий телефонный звонок в райисполком: «Здравствуйте, это Наумова. Пришлите, пожалуйста, к моему дому машину, нужно отвезти журналиста на станцию. Спасибо». 

Да, настоящий председательский характер! Навсегда остались те закалка, хватка и… доброта.

сhasovitina@sb.by

Фото из семейного архива Лидии НАУМОВОЙ

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости