В поисках косяка, который поможет накормить страну

Экспедиция управления по использованию рыбных ресурсов в естественных водоемах Департамента по мелиорации и водному хозяйству Минсельхозпрода и редакции «БН»

Маршрут первый:

У Оресы у реки ловят сома рыбаки

ЕДЕМ на реки, воспетые Янкой Купалой и Якубом Коласом, и на знаменитое Князь-озеро. Не знаю, о чем думает Тадеуш Прокопович, начальник управления Департамента, а в мыслях моих Меконг.  Нет, я не был на этой вьетнамской реке. Но точно знаю, что там и на притоках ее хозяйничают необычайно трудолюбивые рыбоводы. И это не преувеличение. За короткое время они добились таких успехов, которые коллегам из других стран и не снятся. Страна получила столько пресноводной рыбы, что ее сполна хватает и для своих нужд, и для обширного экспорта. Вьетнамский пангасиус заполонил рынки от Азии до Америки. Его и в Беларуси хватает. Но если раньше он продавался по очень низкой цене, то сейчас заморский сомик на Комаровском рынке стоит под 40 тысяч. Поэтому пангасиус не всем по карману. Как не по карману и другая привозная рыба. Посмотрел на ценник семги — 95 тысяч за килограмм. Тут и высокооплачиваемый человек голову почешет. А про пенсионеров и говорить не приходится.

Словом, сегодня практически вся морская и пресноводная привозная рыба перешла в разряд той продукции, на которую смотрят и проходят мимо. «А дальше что?» — возникает резонный вопрос. Пустая ниша должна быть заполнена. Кто это может сделать? Специалисты считают, что решить проблему способны наши рыбоводы и рыбаки. Есть у нас свои Меконги, свой трудолюбивый народ, который способен на многое. Только надо показать дорогу ему, помочь на первых этапах. И результаты будут.

Вот и едем к полесским рыбакам на совет, на знакомство с ними. Первая остановка — рыбхоз «Любань». У предприятия есть свои пруды, предоставлено ему в аренду и Любанское водохранилище. О тех, кто трудится на прудах, уже сказано и пересказано. А вот люди, которые ловят озерно-речную рыбу, почему-то забыты. Хотя они могут сказать веское слово в насыщении белорусского рынка столь необходимой продукцией. Подтверждением тому — работа коллектива Ивана Абчинца, где рыбаков всего три человека. И один из них — женщина. Так вот, эта бригада за июнь поймала четыре тонны рыбы! Задумайтесь над цифрой и над тем, что может сделать даже небольшой коллектив. А если б такие бригады были на 11 тысячах белорусских озер, на реках и водохранилищах? Конечно, это мечта. Но она реальна. Так считает и Иван Абчинец. Главное, по его мнению, хорошо зарыбить водохранилища. Той рыбой, которая здесь хорошо растет, нагуливается и которую любят люди. Сам Иван Иванович предпочтение отдает толстолобику.

— Его мы взяли за июнь почти три тонны, — говорит мастер промыслового лова. — Лично сам контрольный облов делал, закинул сети на километр. И вытащил толстолобиков по 10—12 килограммов! Азарт появился, душа радуется. Рыбу в сетях не хочется оставлять. Вот и загрузил лодку так, что могла утонуть. Два пальца было до воды. И волна приличная хлестала. Но я выбрал безопасный путь, все обошлось.

ПРОМЫСЛОВЫЙ лов рыбы — это тяжелый труд. У нас водохранилище протяженностью 16 километров. Если волна, не проплыть. Но плывем, ловим. Лодка качается, а сети надо тянуть, надо обязательно проверить их. Ведь рыба может пропасть, особенно в жаркую погоду. Короче, плывем, ловим, несмотря ни на что. В прошлом году 600 килограммов рыбы поймал за один раз. Вот такая удача.

Но самая большая удача Ивана Абчинца демонстрировалась в этом году на выставке «Белагро» в Минске. Это сом длиной свыше двух метров.

— Я даже не ожидал, что сом попадет в сетку и сидеть там будет. У меня редь — 24. Так он залез головой в нее. Голова 68 сантиметров. А редь — это капрон, вещь прочная. Она его зацепила и держала. Я метров за сто заметил, что в сеть что-то большое попало. Он поднял муть с глубины, пытаясь вырваться, вода была вся черная. Я стал потихоньку подплывать к нему, чтобы не спугнуть. Он уже намучился изрядно. Раньше мы с собой колотушки березовые возили, чтобы рыбу оглушить. А сейчас только молотки. Короче, с сомом я долго возился, были промахи, по лодке колотил. Но одолел его. Начал затаскивать в лодку. А у меня вес 120 килограммов и у рыбы под семьдесят. Лодка моя стала крениться, воду набирать. Закинул все-таки я его, лежит на всю лодку: более двух метров. Может очнуться и выброситься в воду. Я мотор завел и стрелой к берегу. Потом взвесили его на электронных весах: потянул на 68 килограммов.

Но такие удачи не часты.

— Иван Иванович, а есть проблемы с той рыбой, которую вы ловите?

— Никогда. Рыбу мы отправляем в коптильный цех, продаем. Толстолобик практически не залеживается. Он недорогой, а приготовить можно все что угодно. Годится и для копчения, и для соления, и для жарки. Полезная рыба. Попадается даже с икрой. Два-три килограмма у некоторых особей. Толстолобики в наших краях не нерестятся, но икра уже начала появляться. Может, жаркая погода посодействовала.

— А можно ли увеличить добычу рыбы?

— Водохранилище большое. Надо, чтобы на три километра был один рыбак. Следовательно, еще пять-шесть человек требуется. Раньше я сам арендовал на Любанском водохранилище 500 гектаров. И у меня было 10 рыбаков. Так что люди нужны. Но кого взять? Молодежь сюда не затянуть. Работа тяжелая. С трех часов утра и до позднего вечера. Поработают ребята и уходят на пруды, там рабочий день нормированный, есть выходные.

— Может, зарплата не устраивает?

— Рыбаки мои по 4 миллиона получили за прошлый месяц. От улова нам причитается сорок процентов. Вот и считайте. Но для этого работать надо.

Мастер с болью в голосе говорит, что он и сына своего не приучил к рыбалке, не лежит у него душа к этому делу. А оно для Ивана Ивановича — бальзам на душу, радость бытия. И рыбу ловит, и сети вяжет, потому что таких сетей сегодня никто практически не выпускает. Все делает сам: грузила, поплавки, шнуры. Сам и ремонтирует орудия лова. А еще ведет наблюдения за рыбой.

— У нас в водохранилище корчи, а на корчах живут ракушки, которыми питается плотва. А раз плотвы много, то и хищная рыба водится. Щуки, судаки, окуни есть по килограмму и больше. Сазаны по 6—8 килограммов. Белый амур есть, попадается по 10—12 килограммов. Встречаются и большие сомы. Еще до моего прихода на водохранилище в нем выловили такого сома, что когда погрузили на тракторный прицеп, то хвост по земле тянулся.

Сом презабавная рыба. Вот он стоит у корча и усами шевелит. А рыба думает, что это шевелится червячок. И подходит ближе. А он ее — цап! И все. Когда сом отнерестится, он не уходит, сторожит до тех пор, пока маленькие сомята не пойдут. Он не подпустит никого.

МЫ ЕЩЕ ДОЛГО говорили с начальником участка о делах и заботах, и я удивлялся оптимизму и уверенности этого человека, который носит всегда капитанскую фуражку.

— В прошлом году мы дали 26 тонн рыбы, перевыполнили план. Дополнительно к квоте попросили еще 10 тонн. В этом году план 25 тонн, будем стараться его выполнить и перевыполнить.

Спрашиваю на прощание у Ивана Ивановича: а есть ли косяк, который может накормить Беларусь рыбой? Мастер удивляется:

—А мы вас еще не убедили? Прудовые хозяйства хороши, но продукция у них дорогая. А вы, — обращается он к Тадеушу Станиславовичу, — помогите нам зарыбить на полную катушку водохранилища, озера, увидите — отдача будет. Собственно, она уже есть.

Евгений КАЗЮКИН, «БН»

НА СНИМКЕ: Любань. Иван АБЧИНЕЦ с пойманным сомом.

(Продолжение  следует. )

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?