Померяемся ценностями?

На одной из популярных российских аналитических программ зарубежный эксперт спросил: а с чем Россия может сегодня прийти к странам Восточной Европы, что она может предложить бывшим сателлитам? Это если исходить из того, что Россия вновь говорит о своей силе, влиянии в мире и претендует на новую роль, как минимум на восточноевропейском пространстве. Скажем, при всей противоречивости политики США элементы предложений легко просчитываются: те же права человека, демократия, доступные кредиты, «Грин–карта», высокий уровень образования и эффективная наука и прочее. Что интересно: никто из российских участников дискуссии такие ценностные установки не назвал. Промолчали. А ведущий ограничился хлесткой репликой про то, что «нет смысла меряться ценностями».


Когда–то не столь давно СССР «приходил» к другим странам прежде всего за счет нового социального идеала: вот то устройство общества, которое в муках рождается на наших глазах. Посмотрите, какой энтузиазм у людей, какая вера в будущее, как люди строят новый мир! А потом великая война и те же люди, те же энтузиасты вынесли на своих плечах груз страшного противостояния с фашизмом. Как их встречали в европейских столицах — кинохроника до сих пор заставляет испытывать чувство гордости за советских людей. Но прошло совсем немного лет, как «второе пришествие», и вновь на танках, было встречено не приветственными возгласами, а бутылками с зажигательной смесью, как в Будапеште и  Праге. Стало очевидным: на одном социальном идеале и энтузиазме идеалистов далеко не уедешь. Все хотели иного: качества реальной жизни, достатка и мало кого увлекали идеологические клише.

И сегодня несложно заметить, что новые империи приходят к людям не только со своими собственными достижениями, они приходят и с понятными, ясными лозунгами для многих граждан. Типичный пример — решения последнего съезда Компартии Китая, который обосновывает китайский путь как общемировой, где говорится о стратегических целях борьбы за мир и процветание во всем мире. Но Китай говорит о своих национальных ценностях в контексте мировых проблем на основе реальных достижений.

И здесь не избежать ответа на вопрос, который задал эксперт телеведущему. Дело ведь и в том, что такая постановка вопроса имеет прямое отношение и к нам самим — и потому, что союз Беларуси и России реальность, и потому, что создаются новые союзные образования, в которых Беларусь играет свою и немалую стабилизирующую роль.

Базовый тезис здесь очевиден: для того чтобы идти к другим странам, чтобы претендовать на некую цивилизационную роль (вспомним, как когда–то англичане шли в Индию), надо первоначально создать в собственной стране предпосылки успеха и процветания. С той поры ничего особенного не изменилось, хотя некоторые подвижки налицо.

России, работающей над многими внутренними проблемами, которые общеизвестны, сегодня сложно предложить общецивилизационные решения и перспективы для стран Восточной Европы (и не только для них), и об этом надо сказать откровенно. Но это вовсе не значит, что обсуждать нечего.

Первое — далеко не каждая страна, каждая империя постоянно выдвигает некие цивилизационные новации. Бывают отступления, кризисы, достаточно взглянуть на логику развития США, например, в последние годы: здесь и кризис традиционных ценностей, и выяснение отношений между гражданами с помощью оружия, и прочие известные негативные процессы. Но на этом фоне появляются и новые тенденции...

Второе — ценности имеют и универсальный характер. Ведь тот же коммунистический идеал, когда–то популярный во всем мире, западного происхождения, начиная от Томаса Мора. Мы в этом аспекте столь же «коммунистичны», как и немцы, «родившие» Маркса и Энгельса. Но точно то же мы можем сказать об идеях демократии, которая рождалась неравномерно, но развивалась и крепла везде. А идея толерантности, о которой мы не только говорим, но и многое реально делаем в этом аспекте? А реализация принципа социальной справедливости, исходя из возможностей, истории и менталитета конкретного народа? Разве нет в ней черт «всечеловечности»?

Третье — любая нация, любое государство несет в своей генетической памяти, практике жизни важные ценностные ориентации. Пусть они сегодня неуниверсальны, но кто знает, что будет завтра. Ну никак наше сознание не хочет примириться, например, с мыслью, что из лексикона будут исключены понятия «мама» и «папа», сложно понять призыв англичан исключить из употребления термин «беременная женщина», поскольку беременеют не женщины, а люди. Но права человека вторичны по отношению к принципам морали, как религиозным, так и атеистическим.

«Меряться ценностями» действительно не стоит. Они не только «общечеловеческие», они и национальные. Но вот против чего стоит возразить, так это против попыток представить ситуацию так, что где–то есть ценности «главные», а где–то — поплоше, а то и вовсе их нет. Не надо никому ничего навязывать, надо просто помнить, чему учили отцы и прадеды.

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...