Минск
+6 oC
USD: 2.05
EUR: 2.26

Семь месяцев в гетто: витебчанка вспоминает детство, проведенное в фашистских застенках

Нас расстреливали сутки

Их, жертв кровавого холокоста, в живых осталось совсем немного. По разным данным, во время Великой Отечественной войны немецкие оккупанты уничтожили в Беларуси, где было создано более трехсот гетто, от 600 до 800 тысяч евреев. Много наших граждан погибло в гетто, действующих на прилегающих территориях других стран. Витебчанка Лариса Каим вместе с родителями и старшим братом испытала все ужасы плена в селе Ильино, которое тогда относилось к Смоленской области, — это было самое восточное гетто Европы. Страшные воспоминания о том времени, отложившиеся в памяти пятилетней девочки, пронесены через всю жизнь. Сегодня Лариса Каим поделилась ими с корреспондентом «Р».


Ночь  перед  расстрелом

Невысокая и очень обаятельная женщина. Ухоженная квартира и любящий муж, с которым прожили вместе вот уже 53 года. А еще — любимец Тимка, черно-белый котяра тут же начинает проверять мою сумочку, зарывшись в нее с головой. На стенах квартиры — уникальные картины из кожи. Поделками хозяйка увлеклась не просто так — они отвлекают от страшных воспоминаний:

— Я думала, со временем это пройдет. Увы… Чем старше становишься, тем четче в памяти всплывают холодящие сердце картинки военного детства, — признается Лариса Каим. — Это «наследство», от которого уже не избавиться. И с годами весь ужас того времени осознаешь еще острее. Спасибо мужу, он меня понимает и поддерживает. С такой тяжелой ношей, как у меня, жить непросто. Сейчас я возглавляю общественную городскую организацию бывших узников гетто. К сожалению, в ней осталось всего 8 человек. Стараюсь помочь другим, тогда и самой легче…

Изготовление таких миниатюр помогает отвлечься от печальных воспоминаний.

Как острие ножа — врезавшаяся в память сцена. Возвращение в прошлое. Вот опять они все вместе — мать, отец и 15-летний брат Димка. Стоят на льду на 30-градусном морозе. Напротив — шеренга автоматчиков. Расстрел. Сердце разрывается от бешеного стука. Ей всего пять лет, но она прекрасно понимает: это конец. Мама обмороженными руками прижимает ее худенькие плечики к себе. Но выстрелов нет. Ни через час. Ни через два… День отстояли на холоде, но что-то у фашистов не задалось (кто-то впоследствии вспоминал, что они хотели утопить тела расстрелянных людей, но из-за мороза не смогли пробить во льду местного озера лунки). Как бы там ни было, но казнь перенесли на завтра. И всех узников гетто вновь согнали в бараки. Ночью отец послал маму в аптеку — купить яд. Как врач, он боялся того, что семью закопают живьем, не хотел обрекать родных на мучительную смерть. Мама схватила написанную им бумажку и побежала к аптекарю. А тот, будучи полицаем, посмеялся: что, мол, сволочи, хотите умереть легко? Не получится!

В ночь перед расстрелом в бараках было так тихо, что, казалось, от этой тишины взорвутся барабанные перепонки. Обмороженные и обессиленные узники, обреченные на смерть, уже не в состоянии были плакать и молиться. Даже брат Димка, которого за непослушание в очередной раз жестоко избили фашисты (парнишка отказался убрать труп убитого человека), не проронил ни звука.

Обреченные с ужасом ждали рассвета. А утром неожиданно пришло спасение. На улице — шум, крики, выстрелы. Завязался бой. Свои!


Память узникам гетто в селе Ильино.

Предательство  и  спасение

Сейчас Лариса Каим может долго и аргументированно рассуждать о том, как в самых экстремальных ситуациях проявляется истинное лицо человека. Все проверено болью и кровью. Кстати, тот расстрел в смоленском гетто тоже был неслучайным — узников хотели расстрелять из-за ее отца. Григорий Борисович был высокопрофессиональным доктором. Медицине он обучался во Франции. В Витебске возглавлял больницу, ее имущество и пытался сберечь до эвакуации. Вот только и про отца, и про оборудование в спешке все забыли. Попытался отправить последним поездом в тыл свою семью. Знал, что жена откажется уезжать одна, а он, как человек ответственный, не мог бросить госсобственность на разграбление. Потому и решился на обман жены — вернулся якобы за документами. Но супруга, не дождавшись мужа, вместе с детьми вышла из вагона. Эвакуировались потом на барже по Двине, но ее разбомбили. Долго шли пешком. По дороге отец оказывал помощь больным и раненым. В гетто он тоже  лечил всех, кто в этом нуждался. А ночью партизаны через свои каналы договаривались с охраной и увозили Григория Борисовича в лес. Он оперировал, а к утру возвращался обратно. Лариса Каим вспоминает:

— Как-то отцу пришлось делать сложную операцию одному известному тогда московскому артисту. Землянка была не лучшим местом для реабилитации, а потому раненого перевезли в деревню в дом учительницы. Эту учительницу мама встретила в очереди у комендатуры. Так как мои родители знали несколько языков, в том числе и немецкий, посетительница попросила передать коменданту: в гетто находится доктор, который лечит партизан. Как доказательство — ее квартирант... Испуганная родительница, конечно же, никому ничего не передала, в страхе прибежала домой. И тогда все поняли: разоблачение вот-вот наступит. Так и случилось.

Семейная реликвия — отцовский диплом врача.

Боль военных лет

Лишь счастливое стечение обстоятельств помогло остаться в живых и им, и другим узникам гетто. После освобождения из плена отец ушел с партизанами, а жену с детьми переправил на Большую землю. После войны они встретились в разрушенном Витебске. Семье врача выделили жилье на территории больницы, в бывшем морге. Лариса помнит: там было так холодно, что она специально тайком разливала на пол воду и каталась по комнате, как на коньках… Отец продолжал врачевать, потом они переселились в маленькую комнату коммунальной квартиры. Брат Дима впоследствии тоже стал врачом — окулистом. Долгое время работал в областной больнице, а потом уехал в Израиль. Лариса Григорьевна окончила педагогический университет и всю жизнь преподавала там на кафедре ботаники. Ушла на пенсию в звании доцента, с ней до сих пор поддерживают связь десятки благодарных учеников, разъехавшихся по всему миру. У нее есть сын и внук.

Вроде бы в итоге все сложилось удачно. Если бы не боль военных лет, которая тревожит сердце и душу до сих пор.

a_veresk@mail.ru

Фото автора
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3.44
Загрузка...