Заместитель Председателя Верховного Суда Юрий Кобец — о новом налоговом законодательстве

Мы научились друг друга уважать

Пленум Верховного Суда, который состоится завтра, 19 декабря, выделяется уже тем, что подготовка к нему велась практически год. Постановление, которое будет принято, прямо или косвенно коснется каждого из нас. Мы обычно неохотно расстаемся с деньгами, но хотим, чтобы все остальные платили исправно. Во всяком случае, налоги, от которых, по большому счету, зависит качество нашей жизни. Как мы их платим, чем отличается новое налоговое законодательство, в чем особенность предстоящего пленума? На эти и другие вопросы корреспондента «СБ. Беларусь сегодня» отвечает заместитель Председателя Верховного Суда, председатель судебной коллегии по экономическим делам Юрий КОБЕЦ.


— Юрий Викторович, как в стране обстоят дела с уплатой налогов? Не в цифрах, а в принципе?

— Готовясь к пленуму, мы запросили официальную информацию из Министерства по налогам и сборам. Цифры даже нас впечатлили. Оказывается, среди юридических лиц 99,15 процента плательщиков добровольно выполняют свои обязательства. Среди физических лиц еще больше — 99,33.

— Тогда кто и с кем спорит в судах по поводу налогов, кто инициирует разбирательства?

— Инициирует, как правило, налоговый или контролирующий, надзорный орган: налоговая инспекция, Комитет государственного госконтроля, ДФР. Обычно речь идет о корректировке налогооблагаемой базы. Плательщик может оспаривать ненормативный правовой акт, обжаловать действия должностных лиц. Заявления подают руководители и даже бывшие участники акционерных обществ. Когда речь идет о доначислении налогов, для них могут наступать очень серьезные последствия. Последствия для предприятия — это признание экономической несостоятельности, банкротство. Более двух третей дел этой категории инициируют налоговые инспекции. Предприятия банкротятся в связи с тем, что их задолженность по налогам не покрывается имуществом и финансовыми средствами.

— В чем же актуальность предстоящего пленума и постановления, которое он примет?

— Налоговые платежи — основной источник доходной части бюджета. Их поступление в полном объеме — важнейшая гарантия защиты нацио­нальных интересов во всех сферах. Иначе государство не сможет полноценно исполнять свои функции. Год назад в новой редакции был принят Налоговый кодекс. Изменения были направлены на дальнейшее снижение налоговой нагрузки на экономику, стимулирование деловой инициативы и улучшение инвестиционного климата. Одновременно был отменен документ, к которому у предпринимательского сообщества имелось немало претензий, — Указ № 488 «О некоторых мерах по предупреждению незаконной минимизации сумм налоговых обязательств».

Правильное применение налогового законодательства является одним из важнейших направлений в сфере правосудия. Через год работы в новых условиях пришло время оценить судебную практику, выработать рекомендации для судов. Постановление, которое предстоит принять, — документ серьезный, во многом новаторский.

— Как проходила подготовка к пленуму?

— Она началась почти год назад, фактически с принятием нового Налогового кодекса. В феврале 2019 года была создана рабочая группа, в состав которой вошли представители науки, Министерства по налогам и сборам, экономических судов областей. На ее заседаниях изучались вопросы, возникающие у судов при применении кодекса. В мае 2019 года под эгидой Союза юристов была проведена практическая конференция. В июне судебная коллегия Верховного Суда провела учебу с экономическими судами. Мы дважды встречались с широкими кругами предпринимательского сообщества за круглым столом в режиме видеоконференции и на заседании Совета по развитию предпринимательства при Президенте.
99,15 процента юридических лиц добровольно выполняют свои налоговые обязательства. Среди физических лиц таких — 99,33 процента.
— Какова позиция предпринимательского сообщества?

— От нас просят неких правил. Дескать, установите нам красные линии: так делать можно, а так — нельзя. Просят фактически инструкции на все случаи жизни. Но время изменилось, нельзя мыслить линейно. Обращаясь к представителям бизнеса, мы говорим: в судебном заседании нам важно обоснование вашей экономической позиции, логики ваших действий.

— Поясните, пожалуйста, примером.

— Широкая практика, удобная в налогообложении и маркетинге: предприятие учреждает торговый дом. Он открывает представительства в областях. Сотрудники работают на основании трудового договора как наемные менеджеры. И вот руководство предприятия предлагает им получить статус индивидуального предпринимателя — это существенно экономит налоги предприятия и хорошо стимулирует продавцов. Но государство теряет серьезные суммы.

Есть два сценария развития событий. Разницу, которую предприятие сэкономило на налогах, должностные лица кладут себе в карман. Мы скажем, что это неправильная, недопустимая, незаконная оптимизация. Я описал конкретное уголовное дело, которое было возбуждено в Бресте. Обвинительный приговор уже вынесен. В другом сценарии эту разницу инвестируют в развитие: закупают оборудование, осваивают новую линейку продукции, выходят на зарубежные рынки.

То есть увеличивают обороты и, соответственно, налоговые отчисления. У суда нет никаких оснований кого-то привлекать к ответственности.

Мы оцениваем результаты: для чего вы это сделали. Учитываем даже коммерческий риск. Вы можете запустить новую линейку продукции, но дело не пошло: рынок просел... Мы все это анализируем. Если выручка не стала больше, то это не значит, что вы виновны. На такой подход мы нацеливаем суды.

Во главу угла поставлен принцип презумпции добросовестности. Это не просто рекомендация или пожелание. Принцип презумпции добросовестности декларирован Декретом Президента № 7 «О развитии предпринимательства» и подтвержден в новой редакции Налогового кодекса.

Презумпция является опровергаемой, бремя доказывания по данной категории дел возлагается на налоговый или иной уполномоченный орган. В проекте постановления мы прямо говорим, что следует доказать, опровергая презумпцию. При этом указываем на широкие возможности плательщиков обосновать свою позицию. Мы призываем: спорьте, доказывайте свою правоту!

— В теории звучит красиво, а что в судебной практике?

— Два свежих примера. Столичное предприятие среднего бизнеса успешно развивается. Потребовалась закупка электронного оборудования. Менеджеры мониторят рынок и выясняют, что в нашей стране такое продает только одна компания. Договариваются по электронной почте, покупают, платят по безналичному расчету, оборудование поставляется и работает. А потом контролирующие органы выясняют, что продавец — лжепредпринимательская структура. Оборудование попало в страну по серой схеме, без уплаты необходимых платежей. Покупателю доначисляются налоги на миллионы рублей. Менеджеры не стали платить, обратились в суд, который признал решение о доначислении налогов незаконным.  

Напомню, что это была одна из главных претензий предпринимателей к отмененному Указу № 488: независимо от своей невиновности должностные лица отвечали за контр­агентов.

Субъект предпринимательства не должен нести ответственность за действия третьих лиц — так ориентирует суды проект постановления пленума.

У нас в этом плане нет никаких противоречий с позицией контролирующих органов.

Еще пример с малым бизнесом. Брестское кафе закупает продукты, готовит из них блюда и реализует. Понятно, что на каждый пучок зелени, купленный на рынке, накладную не выписать. Тем не менее за отсутствие первичных бухгалтерских документов налоговая инспекция наложила штраф на сумму более 9 тысяч рублей. Сумма для скромного бизнеса почти критическая. В детали не вдаюсь — Верховный Суд отменил постановление и прекратил производство по делу. Позиция пленума на этот счет такова: формальные нарушения порядка составления первичных учетных документов не являются основанием для корректировки налоговой базы налогоплательщика. Разумеется, при отсутствии доказательств, что он стремился необоснованно получить налоговые выгоды.

— Возможно ли определить критерии незаконной налоговой оптимизации?

— Налоговый кодекс не ограничивает плательщиков в праве использовать различные системы уплаты налогов и их комбинаций, на разумную налоговую оптимизацию. Но при этом не должен теряться экономический смысл деятельности.

Мы указываем на некоторые признаки незаконной оптимизации: между руководителями и учредителями организаций имеются родственные отношения; участники зарегистрированы по одному адресу; кадры вновь созданных организаций формируются за счет работников основной; у подконтрольных организаций отсутствуют активы для самостоятельного ведения деятельности, товары хранятся на одном складе, имеется общий офис и т.д.

Все особенности документа сейчас не перечислить, выделю лишь одну.

Если в ходе рассмотрения дела будут установлены пробелы в правовом регулировании налоговых отношений, суды должны будут принимать решение в пользу налогоплательщика.

Наконец, не нужно думать, что после пленума в судебной практике что-либо кардинально изменится. При подготовке проекта постановления было изучено 385 экономических дел и 186 гражданских дел. Обобщение показало, что судебная практика формируется в духе принципов Налогового кодекса в новой редакции и Декрета № 7. Доля отмененных судебных постановлений невысока. По делам о принудительном взыскании налоговых платежей судебные постановления экономических судов вышестоящими инстанциями вообще не отменялись. Из рассмотренных районными судами 114 дел обжаловано всего 9 судебных постановлений, из которых 2 отменены, 1 изменено. Судебная практика в целом является стабильной, предпринимательское сообщество приняло и правильно поняло реалии более либерального законодательства. Мы научились друг друга уважать.

ponomarev@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Владимир ШЛАПАК