Тур выходного дня по Гродненщине: недорого, познавательно и очень красиво. Насладились живописными местами региона

Миллион оттенков прекрасного

От Гродно до Мстиславля, от Столина до Россон… Лето — прекрасное время для путешествий. А 2021 год, когда пересечение большинства границ сопряжено с массой сложностей, — для внутреннего туризма. Санатории, агроусадьбы, сплав по рекам, отдых на озерах и просто поездки по родной стране зарубежным вояжам нынешним летом предпочли многие жители нашей страны. «Р» продолжает изучать возможности внутреннего туризма. В короткое путешествие по Гродненской области в выходной отправился наш корреспондент.

Музей-усадьба Михаила Клеофаса Огинского.

Поехали!

В этом году в отпуске, кроме Гомеля, моего родного города (куда можно ехать уже за тем, чтобы побродить по городскому парку, восхититься дворцом Румянцевых и Паскевичей, заглянуть в Петропавловский собор и часовню-усыпальницу), побывать нигде не удалось. Во время поиска направления оказалось: требуется столько документов, что в процессе их сбора возникает вопрос о целесообразности путешествия. Ну а лететь за тридевять земель, чтобы только поваляться на пляже, — разве это отдых?! Усугубляла положение погода. Отпуск выпал на самый пик жары: когда на термометре ртутный столбик останавливается на цифре 38, посещать экскурсии даже в пределах региона не хватит никакой выносливости.

В общем, желание путешествовать, как это всегда бывает, оставил до лучших времен. И они внезапно настали с легкой руки коллеги, подсказавшей туроператора, который возит небольшие группы на экскурсии по Беларуси. Что удобно — большинство поездок организуют по выходным, то есть отправиться в тур возможно даже занятому на работе человеку.

Выбрав интересующее меня направление и пройдя нехитрую форму регистрации и оплаты (все можно сделать онлайн, так что эти действия заняли меньше получаса), я в предвкушении начал ждать дня икс. И он наступил.

В гости к Огинскому

Приятное удивление номер один: белорусы весьма пунктуальны. Придя, как меня попросили, за 15 минут до отправления автобуса, я увидел, что в салоне были заполнены почти все места. Прихватив по дороге нескольких зарубежных туристов из отеля, мы выехали на Старовиленский шлях, который в средние века тянулся в столицу ВКЛ. Путешествие начинается!

Два часа — и мы в Залесье. Именно здесь 20 лет сво­ей бур­ной жиз­ни провел Ми­хаил Клео­фас Огинский — го­су­дар­ствен­ный и об­ще­ствен­ный де­я­тель, ди­пло­мат, ком­по­зи­тор, ме­му­а­рист. Его реставри­ро­ван­ный дво­рец в окружении жи­во­пис­но­го пей­заж­но­го пар­ка на наших глазах превратился в театральную сце­ну для анимацион­но­го представления об «усадь­бе муз», как ее име­но­ва­ли со­вре­мен­ни­ки.

На входе в образе старшей дочки Михаила Клеофаса Амелии нас встретила местный экскурсовод. В первом зале, посвященном музыке, она рассказала о творческой составляющей жизни этого знаменитого человека. Огинский был композитором, музыкантом, но считал себя лишь любителем. Тем не менее оставил около 70 произведений: вальсы, мазурки, галопы, менуэты, кадрили… Сегодня мы знаем Михаила Клеофаса благодаря его знаменитому полонезу «Прощание с Родиной», первоначальное название которого — «Ля минор № 13».

Когда в 1802 году Огинский приехал в Залесье, его музыкальные произведения и бальные танцы уже имели известность не только в бывшей Речи Посполитой, но и по всей Европе. Часто в усадьбе проходили музыкальные вечера, в которых участвовали члены семьи и гости. Имелась здесь и коллекция музыкальных инструментов. Сейчас ее восстанавливают. Нам продемонстрировали немецкую скрипку, цитру и арфу XIX века, а также сделанные уже в наше время виолу и лютню. Инструменты удостоились постаментов в виде французских стульев, произведенных тоже в XIX веке. А на пюпитре расположился подлинный сборник музыкальных произведений композитора.

Удивление номер два: белорусы, подобно китайцам из анекдотов, фотографируют все, что увидят на своем пути. И ладно бы снимки делались на профессиональную технику — так их можно было бы оправдать за сбор архивных материалов для коллекции посещенных мест. Но абсолютное большинство туристов фотографировали на телефоны с камерой плохого качества… Зачем? Кому нужны тысячи плохих кадров, когда в интернете можно найти эти же виды в хорошем разрешении, которые никто не запрещает использовать для домашних нужд? Этот вопрос для меня останется тайной.

В зале, украшенном старинной мебелью, кафельной печью и камином, нас ждала галерея портретов рода Огинских. Удивительная штука: в этом маленьком помещении раньше проходили балы. «Амелия» разрешила недоумение туристов, объяснив, что празднества проводились для двух-трех пар, поэтому места всегда хватало.

В кабинете Огинского рассказ пошел от лица его секретаря Леонарда Ходько. Помощник приоткрыл завесу тайны о государственной деятельности Михаила Клеофаса. Перейдя в вестибюль, мы продолжили знакомиться с историей знаменитого рода. Способствовали этому предоставленные фото, копии документов, писем и рукописей.

В большой гостиной нас принял «сын» Огинского — Иреней. Посетителей снова охватило недоумение: как помещение, едва вмещавшее напольные часы, кофр и несколько сервантов с посудой XVII—XIX веков, может называться большим? Но все познается в сравнении. Мы убедились в этом, зайдя в малую гостиную (больше похожую на каморку), в которой обитал секретарь и где было обустроено его рабочее место. Куда более просторной оказалась бильярдная. В ней гармонично разместилась старинная мебель, гобелены, гравюры, карты и, разу­меется, большой бильярдный стол XIX века.

Театральный музыкальный зал подарил нам знакомство с еще одной «дочерью» композитора — Эммой. Помещение появилось уже после смерти Михаила Клеофаса, в ХХ веке. Сейчас в нем проходят научные конференции, балы, мастер-классы по танцам XIX века, концерты живой классической музыки, спектакли.

— Дресс-код на наши балы нестрогий, — обрадовала «Эмма». — Для дам — длинное платье в пол, для кавалеров — костюм, белая рубашка и галстук-бабочка.

Видели бы в этот момент глаза группы пожилых дам! Они сразу же принялись обсуждать содержимое своих гардеробов и рассказывать друг другу, какие платья есть в наличии и как восхитительно они смотрелись бы на балах. Прерваться заставило перемещение в оранжерею с многообразными экзотическими растениями тропиков и субтропиков, произраставшими в имении Огинских в XIX веке, и изумительная летняя столовая композитора, в которой он часто принимал гостей. А под конец экскурсии нам выделили время для прогулки по живописному парку усадьбы.

Мемориал, костел и медвежья академия

А потом нас ждала Сморгонь. Знакомство с городом началось с мемориального комплекса, посвященного событиям Первой мировой войны. С сентября 1915-го по февраль 1918 года через этот город проходила линия русско-германского фронта. В результате позиционных боев 16-тысячный город превратился в руины. После 810-дневной обороны он практически перестал существовать. Газеты того времени называли его «мертвым городом». Чуть больше века назад здесь шли самые страшные, самые кровопролитные бои. За мужество и отвагу 847 участников военных действий под Сморгонью стали кавалерами Георгиевских крестов.

Почтив память защитников, перемещаемся в кальвинистский сбор XVII столетия, ныне костел святого Михаила. Храм был построен в соответствии со скромными требованиями кальвинистского богослужения, без выделения алтарной части. За время своего существования здание успело послужить и православным, и католикам, и протестантам, даже атеистам: в советское время его использовали как магазин и выставочный зал.

Недалеко от костела расположился городской парк с местной достопримечательностью — скульптурой скоморохов и медведя с герба Сморгони. Когда-то в городе была известная медвежья академия, где дрессировали животных. По весне молодняк вытаскивали из берлог, помещали в клетки, ставили их на высокие холмы, снизу делали подкоп и раскладывали огонь. На задние лапы мишек надевали колодки, а вот передние не были никак защищены, поэтому, когда огонь начинал жечь, они вставали на дыбы. В это же время скоморохи ударяли в бубны, и у косолапых вырабатывался рефлекс. В академии животных также учили боям и бегам.

Памятник Франциску Богушевичу в Сморгони.

Устремленные в небо

Продолжаем путешествие. На очереди агрогородок Солы, где в конце Первой мировой войны русские подписали договор о перемирии с немцами. Но славятся Солы не только документом о мире. Здесь в 1926—1934 годах был построен католический храм Девы Марии Розария в стиле модерн. Снаружи он асимметричен и грациозен, а внутри расписан фресками, среди которых «Чудо на Висле» с советским флагом.

Католический храм девы Марии Розария в Солах.
Интерьеры музея усадьбы Огинского и фрески в костеле Богоматери Руженцовой в Солах.

В Островце тоже есть чему удивиться. Католический храм святых Космы и Дамиана в стиле классицизм построен в 1785—1787 годах. После подавления восстания 1863-го часть католических церквей была передана православной конфессии. Это же произошло и с островецким костелом, который с 1866 года перешел к православной церкви. Православная община надстроила классический купол луковичной формы. Но в начале прошлого века храм был возвращен католической конфессии — и купол сняли. К слову, это один из немногих храмов, который функционировал в советское время.

Храм Святых Космы и Дамиана в Островце.

Переезжая из Островца в другой населенный пункт, из окна автобуса нельзя не заметить два монументальных блока БелАЭС. Этот запоминающийся вид туристы в автобусе поприветствовали радостными аплодисментами. Еще бы, собственная атомная станция — это энергонезависимость и ускоренное развитие многих отраслей экономики. И вообще, в таких путешествиях становится понятно: изучать историю и культуру по учебникам и альбомам — это здорово, но куда ценнее и продуктивнее самому исследовать уголки родной страны, видя все собственными глазами, даже если просто из окна автобуса.

Кульминация нашего тура — костел Святой Троицы в агрогородке Гервяты. Уже издали он впечатляет своей утонченностью и красотой. Согласно летописям здание построено в 1899—1903 годах в неоготическом стиле. Каждый день на строительстве работали более 70 человек, а за селом специально построили кирпичный завод, где делали высококачественный кирпич для храма. Черепицу для крыши привозили из Германии. Костел входит в тройку самых высоких религиозных сооружений страны и является одним из лучших образцов неоготического стиля. Трансепт, базилика, нефы, апсиды, аркбутаны, контрфорс… Если до этого мне казалось, что лектор по истории искусства сыплет какими-то ругательными словечками, то сейчас я познакомился со значениями этих терминов не только на чертежах, но и на реальном примере — здании костела Святой Троицы. Отдельного внимания заслуживает парк около храма.

Костел святой Троицы в Гервятах.

Что в итоге? Впечатления от поездки надолго останутся в моей памяти. Увиденные объекты, большинство из которых включены в Государственный список историко-культурных ценностей Беларуси, поразили своей красотой и величием. Организованный тур дал понять: путешествовать по стране можно, даже не затрачивая больших усилий на разработку маршрута и логистику перемещения. Десятки агентств готовы за умеренную плату предоставить вам и транспорт, и экскурсовода — было бы желание постигать неизведанное и наслаждаться прекрасным! Ну и, разумеется, для владельцев собственных автомобилей нет ничего проще, чем собрать всю семью и, выделив свободный день, поехать куда глаза глядят, ведь в каждом городе, деревне или агрогородке Беларуси точно найдется парочка мест, от которых вы придете в восторг.

grudnitskiy@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter