Малолетняя свора

Сторож Брестского райпо София Карпук совершала обход территории базы. Неожиданно она обнаружила скорчившегося на земле человека. Не мешкая, побежала вызывать «скорую». Через неделю сердобольная женщина узнала, что спасенный ею мужчина скончался в больнице.
Сторож Брестского райпо София Карпук совершала обход территории базы. Неожиданно она обнаружила скорчившегося на земле человека. Не мешкая, побежала вызывать «скорую». Через неделю сердобольная женщина узнала, что спасенный ею мужчина скончался в больнице. Разбойники под мостом. В приемном покое Брестской центральной городской больницы мужчина, обнаруженный сторожем под Кобринским мостом, в связи с отсутствием документов был зарегистрирован как неизвестный. «Пострадавший безнадежен», — пришли к выводу хирурги и сразу же сообщили в милицию. Было возбуждено уголовное дело. Расследование длилось восемь месяцев… Лишь спустя месяц его опознала жена. Погибшим оказался 53-летний Владимир Катко. Потом нашлись и свидетели, видевшие Владимира около 21.30 в тот роковой день: двое знакомых подвезли его на легковой машине на улицу МОПРа возле Кобринского моста. Катко пошел через железнодорожные пути под мост, а они уехали домой. В кармане у него находились около 120 тысяч рублей, модем для компьютера, в руках — сетка с яблоками. Первый удар мужчина получил сзади по голове и сразу же потерял сознание. Оглушенный, он уже не видел и не слышал, как на него, словно свора диких волчат, набросились подростки. Они били его руками, ногами, палкой, словно обезумев от увиденной крови и от своего превосходства над беспомощным взрослым мужчиной. Вожак. Шайку малолеток организовал вокруг себя 17-летний брестчанин Дмитрий Плечко. Именно он был организатором и вдохновителем жестокого преступления. Из показаний классной руководительницы: «Этот ученик склонен к жестокости. Я не могла разнять дерущихся, когда он избивал другого ученика из класса. Плечко склонен прикрывать своих товарищей за совершенные ими проступки, если это не затрагивает его интересов. Любит рассказывать о своих криминальных похождениях. Слышала, что в классе Дима хвастался, как они избили мужчину». Из-под влияния родителей Дмитрий вышел уже давно. Да и сами они не утруждали себя заботами о воспитании сына. Отец с матерью давно разошлись. Матери, старавшейся заработать копейку для содержания семьи, было некогда заниматься ребенком. А тому хотелось иметь много денег, но самостоятельно зарабатывать их Дмитрий не стремился. Гораздо проще, как ему казалось, добывать их другим путем. Под Кобринским мостом жертвой своры стал не один человек. Многие не обращались в милицию, и полная безнаказанность порождала среди малолеток культ стаи и силы. Демонстрируя его, «волчата» и забили до смерти свою последнюю жертву. Самого Плечко по этому поводу ничуть не мучили угрызения совести. Наоборот, он откровенно и публично хвастался своими подвигами, рассказывал о них друзьям и знакомым. Да и маленькие «волчата» по жестокости оказались достойны своего вожака. «Волчата». В тот вечер они, как обычно, собрались под мостом и поджидали подходящую жертву, которая вскоре и появилась. Из материалов уголовного дела: «В 22 часа 05 минут Плечко, вооружившись пустой бутылкой из-под «Советского шампанского», а Никонов отломанной от дерева веткой-палкой, вместе с Совенко Евгением, Совенко Романом, Салошем Никитой, Сазоновым Александром побежали вслед за Катко В.В. Догнав последнего возле здания Брестского районного потребительского общества, с целью убийства из корыстных побуждений совершили на него разбойное нападение, в ходе которого Плечко пустой бутылкой из-под шампанского и Никонов палкой поочередно нанесли потерпевшему несколько ударов по голове, затем остальные участники преступления нанесли ему множественные удары ногами по туловищу, а также верхним и нижним конечностям». Когда были установлены все малолетки, замешанные в разбойном нападении на Катко, и видавшие виды участники расследования ужаснулись такому несоответствию тяжести содеянного и возраста исполнителей, возник вопрос: что заставило их объединиться в организованную, жестокую свору, занимающуюся разбоями? Вроде и жили все они в разных местах и между собой общались только под мостом. Одна из главных причин, на мой взгляд, — среда и жизненные условия, в которых воспитывались будущие участники нападения. Никита Салош (11 лет) воспитывается в неполной семье. Мать с мужем развелась. Чтобы прокормить семью, одеть и обуть себя и сына, вынуждена была ездить на заработки в Россию. Как признает она сама, справляться с сыном у нее нет сил. Васю Никонова мать тоже воспитывает одна. Кроме него, у нее еще трое детей. У всех четверых — разные отцы. Никонов был одним их самых жестоких при расправе с Катко. По данным следствия, помогал избивать потерпевшего не только палкой, но и бутылкой из-под шампанского. Мать братьев Совенко – 12-летнего Романа и 10-летнего Евгения — лишена родительских прав. В настоящее время проживает в одной из восточных областей Беларуси. Она в буквальном смысле слова подбросила мальчиков бывшему мужу. С тех пор с отцом и живут. Но у того есть работа и другая семья, которым он уделяет основное внимание. По сути дела, дети брошены на произвол судьбы. В разбойном нападении на Катко оба принимали активное участие. Мать Саши Сазонова в свое время была лишена родительских прав, и мальчик воспитывался у бабушки. Он единственный, кто врет следствию, чтобы избежать ответственности. Неподсудные? В начале сентября закончился суд над единственным подсудимым по этому делу Дмитрием Плечко. На момент рассмотрения уголовного дела он достиг совершеннолетия, но получил всего 11 лет лишения свободы. Как того и требует закон, суд учел, что при совершении преступления ему не было восемнадцати. Остальных пятерых малолеток преступниками назвать мы не имеем права, поскольку ни один из них не достиг 14 лет – возраста, с которого наступает уголовная ответственность за разбой. Следствием поставлен вопрос о распределении их по различным спецзаведениям. Следственная и судебная практика показывает, что тенденция совершения тяжких преступлений малолетками из неблагополучных семей набирает обороты. Так не пришла ли пора законодателям рассмотреть вопрос об ответственности горе-родителей за особо тяжкие преступления своих чад? Не праздным остается и вопрос о снижении возрастного ценза за особо тяжкие преступления, связанные с лишением жизни человека. Например, с 14 до 12 лет. Ведь взрослеет новое поколение быстро. P.S. Фамилии участников трагедии по понятным причинам изменены.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...