Литой, с золотой паутинкой

Итоги госпрограммы возрождения технологий и традиций производства слуцких поясов

Как одновременно заработать на знаменитых слуцких поясах и пробудить уважение к нашим традициям
Как одновременно заработать на знаменитых слуцких поясах и пробудить уважение к нашим традициям.


Ткач Анастасия БРАНКЕВИЧ демонстрирует пояс, созданный на современном станке

Вернулись мы к изготовлению тех самых тканых изысков XVIII века не зря. Президент, посещавший в 2014 году РУП «Слуцкие пояса», остался доволен проделанной здесь работой. Тогда на фабрике Александр Григорьевич спросил: правильно ли он сделал, что принял решение выделить немалые средства в непростой экономической ситуации? Главе государства ответили: да, у нас нет нефти, газа, полезных ископаемых, но мы богаты духовно и людьми, которые в состоянии это хранить и приумножать. Действительно, Президент, проинициировавший возрождение слуцкого пояса, поступил мудро. Мало много говорить и писать о духовном потенциале нашего общества, важно показать это на деле. 

Сегодня в РУП «Слуцкие пояса» только и вспоминают о том, как тяжело давались первые копии реликвий, производство которых мода некогда стерла с лица земли. Не сохранилось и описаний технологий о том, как пояса создавались на слуцкой персиарне. Ответственность на ученых, чиновниках, работниках фабрики лежала немалая — не исказить историю, правильно потратить бюджетные деньги, найти сбыт. Госпрограмма возрождения технологий и традиций производства слуцких поясов и развития производства национальной сувенирной продукции «Слуцкие пояса» на 2012—2015 годы закончена. Чего удалось достичь после ее реализации?

Волшебство происходит на необычном станке. Пояса, которые в XVIII веке мастер и подмастерье ткали больше полугода, здесь делаются за 60 часов. Оборудование немецкой фирмы стоило миллион 200 тысяч евро. Прежде чем дать согласие на создание станка, разработчики изучали переплетения слуцкого пояса около полугода. Изготовили за 9 месяцев, а потом еще около трех недель учили опытных ткачих работать на машине. 

Ткач Алена Бранкевич следит за тем, как создается очередное шелковое полотно с добавлением метанитовой нити. Все это управляется двумя встроенными компьютерами. В один внесена программа, отвечающая за рисунок, второй заведует механизмами изготовления. Несмотря на то, что производство автоматизировано, без знаний Алены не обойтись. Нити толщиной в человеческий волос могут порваться, а это отразится на качестве изделия. Ткач должна остановить машину и движением одного челнока вернуться назад, знать, как заправляется станок, и другие тонкости. 


Скульптура «Ткач» у здания РУП «Слуцкие пояса»

Директор предприятия Лариса Тарасова вводит меня в курс дела. Когда приступали к разработке копий, между учеными, искусствоведами возник спор, делать их в такой же расцветке, как и оригиналы, где шелк выцвел, или ярче. Сразу была поставлена задача воссоздать их в том виде, в каком они хранятся сейчас. Один пояс сделали даже с потертостями, чего добиться труднее. Однако такой исторической ценности, как оригиналы, копии все равно не будут иметь. Все понимали, что пояса возьмут музеи за образец, но их первое назначение — сувенир высокого представительского класса, и изделие должно быть красивым. 

Копия пояса по размеру геометрического рисунка, ширине, длине, текстуре ткани должна быть такой же, как и оригинал. Все переплетения, толщина нити для этого подвергались спектральному анализу (определению состава при специальном излучении). Готовое изделие оценивает научно-экспертный совет. Есть отличие, шире какой-то графический элемент — на доработку. Долгое время не могли добиться нужной плотности ткани, пояс получался жестким, не держала линию кромка, сложно было угадать с тем, сколько нужно навивать нитей, чтобы получить определенную ширину. Если обратить внимание, то бахрома пояса смотрится более контрастно, чем сам пояс. Предугадать то, какой цвет получится в переплетении, тоже непросто. За годы существования программы утверждено 13 копий. Всего выпущено 90 поясов, как копий, так и в современном варианте. Такие практически не отличаются от старых по дизайну, но изготовлены из более дешевых материалов.


Художник Елизавета ЕФИМОВА показывает продукцию предприятия

Пояса делаются на фабрике под заказ. Дарят их иностранным делегациям, закупают музеи и даже частные фирмы. Сколько же стоит сувенир премиум-класса? От 20 до 90 миллионов рублей, в зависимости от стоимости исходных материалов, которые, кстати, нужно покупать за рубежом.

Самый дешевый пояс на РУП «Слуцкие пояса» — шелковый с метанитовой нитью. Подороже — с посеребренной и позолоченной, именно такие когда-то и делали слуцкие ткачи. Содержит такая нить настоящий драгоценный металл. Но это не просто проволока, которая вплетается в пояс. Директор Музея древней белорусской культуры Центра исследований белорусской культуры, языка и литературы НАН Беларуси, кандидат искусствоведения, доцент, дважды лауреат премии Президента «За духовное возрождение» Борис Лазуко устроил для меня небольшой ликбез. Оказывается, бралась тонюсенькая шелковая ниточка и золотая или серебряная паутинка. Шелковую основу, которая называлась душа, по спиральке обкручивали золотой проволочкой. И эту ювелирную работу делали, кстати, женщины. За станками же сидели мужчины. Пояс получался матовым, а для достижения блеска, характерного для барокко, рококо, его прокатывали через тяжелые чугунные валики. Внутри они были полыми, и туда вставляли раскаленные докрасна стержни. Под давлением и при температуре поверхность пояса выравнивалась, ниточки сплющивались, и пояс получался блестящим. Он назывался литым и был в те времена особенно дорогим. В зависимости от размеров изделие содержало от 60 до 200 граммов золота или серебра. Теперешние пояса также подвергаются глажению.

Кстати, этот миллион 200 тысяч евро, потраченных на станок, взят в долгосрочный кредит у государства. Подобная сувенирная продукция через 5—10 лет могла бы вернуть эти деньги. У нас есть стеклозавод «Неман», добрушские предприятия. Кто запрещает переложить орнамент слуцких поясов на стекло? С одной стороны, зарабатывать, а с другой — пробуждать в обществе уважение к нашему прошлому и традициям. В Музей древней белорусской культуры на практику приходят будущие дизайнеры, студенты Минского архитектурно-строительного колледжа. Парень предложил создать костюм байкера с мотивами слуцких поясов. Казалось бы, несовместимые вещи. Суровость и изящество узоров. Он сделал серию бандан, черно-белых вариантов слуцких поясов, — супер! Но это только на бумаге… А теперь вопрос, как это запустить в производство? 

Действительно, сегодня регион четко ассоциируется с конкретным брендом. А те, кто заезжает в Слуцк, наверняка остаются в приятном впечатлении от нового туристического объекта. Привлекает внимание обновленное здание РУП «Слуцкие пояса» в центральной части города. Хорошо благоустроена территория вокруг, гармонично смотрятся скульптуры-памятники о ткачестве. И, конечно, музей, созданный Борисом Лазуко при фабрике, где реконструированы старые технологии производства, показаны образцы слуцких поясов, а через стекло можно понаблюдать за работой ткача на современном станке. Проголодавшийся после экскурсии турист может пообедать в кафе, открытом в 2013 году в здании предприятия. Посмотрев на то, как возрождается реликвия сегодня, обязательно нужно зайти и в районный краеведческий музей, который в 2014 году приобрел оригинальный слуцкий пояс. Обошелся он в 90 тысяч долларов, с деньгами помогали государственные предприятия, меценаты из разных городов и сами случчане...

Зарабатывают в РУП «Слуцкие пояса» не только поясами, но и другими изделиями. Для тех, кому брендовые новинки не по карману, есть дамские сумочки, чехлы для мобильных телефонов и другие изделия с мотивами поясов. Специализируются на ткачестве. В отделе, работающем в этом направлении, провели модернизацию на 5 миллиардов рублей за кредитные средства Банка развития. Выпускают покрывала, гостиные комплекты, пледы, ручники, комплекты столовые. Есть участок пряжи, нетканых материалов, делают различные наполнители для стеганых одеял, подушек. Подбирая отходы производства, создают технический ватин, применяемый мебельщиками. А еще шьют модные вышиванки, мягкие экоигрушки...

Практически все производство модернизировано, и это дает свои результаты. Рентабельность предприятия по итогу года — 10,8 процента. Наглядный пример: если оставить ту же цену ручника в 150 тысяч, то с ручного станка прибыль от него составит 20, с автоматического — 150 процентов. Да и в технологическом плане возможности шире. Рисунок получается четче, само изделие мягче. 

korshuk@sb.by

Фото автора
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Автор фото: Виктория БАБОВИЧ
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?