Иные времена, другой рынок

Корреспондент «СГ» побывала на Витебской птицефабрике и выяснила ее истинное экономическое состояние
ЧЕРЕЗ две недели будет оглашен приговор по делу  бывшего директора Витебской бройлерной птицефабрики Анны Шарейко. Недавно она заявила на суде, что пока все руководство «Ганны» находится за решеткой, предприятию якобы причинен ущерб в 230 миллиардов рублей. 

Так ли все мрачно на самом деле? Наш корреспондент позавчера побывала на птицефабрике.


Каждый день в инкубационном цехе фабрики выводится 100000 цыплят.

НАПОМНИМ, директора Витебской птицефабрики Анну Шарейко задержали 14 августа 2014 года. Немного раньше под стражу были взяты заместитель, финансовый директор, замдиректора по птицеводству, главный специалист, директор фирмы «Русском-Р», а также директор ЗАО «Даймас» из Литвы. По версии следствия, в течение нескольких лет «Ганна» покупала премиксы и корма по завышенным ценам у иностранной фирмы, игнорируя белорусский «Экомол». Вместо проведения реального тендера на поставку комбикорма члены конкурсной комиссии исполняли приказ директора, и в результате предприятие якобы потеряло более 6 миллиардов рублей...

Действительно, в те годы, когда витебских бройлеров кормили литовскими премиксами, фабрика работала рентабельно, а по итогам 2014-го вошла в список самых прибыльных ОАО страны (чистая прибыль — 150 миллиардов рублей). 

Виктор Мирош, который все это время исполняет обязанности директора Витебской бройлерной птицефабрики, комментировать цифры, озвученные Анной Шарейко на суде, отказался: 

— Я не был на судебном заседании и не слышал, что именно сказала Анна Васильевна. Но для меня не совсем понятна ситуация, когда безапелляционно пишут о том, что фабрика за полтора года стала убыточной. Прибыль была, когда доллар стоил 10 тысяч, потом курс дошел, как все знают, до 22 тысяч. Два года назад килограмм птицы продавался в Россию по 2,32 доллара, в 2015-м цена упала до 1,42, а теперь она 1,16 доллара. Так что практически все убытки — 40 миллиардов — дал экспорт. Тогда же, два года назад, положительную роль для птицеводов сыграла и африканская чума свиней: мяса не хватало, реализация нашей продукции резко увеличилась и цены подросли. 

Управлять предприятием в статусе и.о. под прессом непрекращающихся проверок и негативного давления СМИ — настоящее испытание. Виктор Мирош не изменил на фабрике ничего. Никого не уволил (все обвиняемые до сих пор в штате предприятия), не сократил ни одного пункта в соцпакете, хотя в связи с тяжелой финансовой ситуацией такие предложения поступали. С задержкой, но достроен комбикормовый завод, который с декабря работает в режиме пусконаладки и в июне будет сдан в эксплуатацию, завершается стройка цеха утилизации боенских отходов, вот-вот сдадут 12-квартирный дом в Курино.


Строительство жилого дома.

Да, объективно дела на фабрике пошли хуже, однако причины трудностей последних лет гораздо шире, чем арест директора и его команды. На любом предприятии проблемы неизбежны, а тут речь идет о многопрофильном производстве, где заняты более трех тысяч человек. Добавим курсовые разницы, взлет птицеводства в России, высокую конкуренцию внутри страны, рост цен на энергоносители, задолженность товаропроводящих сетей. Подкосили финансовое положение и два убыточных колхоза, которые присоединили к фабрике в прошлом году. Кроме того, Витебская бройлерная имеет высокую кредитную нагрузку. 

— Фабрика в последние годы развивалась очень активно, и считаю, что все делалось правильно, — говорит Виктор Мирош. — К сожалению, срыв случился в мировой экономике, и бизнес-планы, написанные под более стабильную ситуацию, пошатнулись. Тем не менее мы за два года погасили около 600 миллиардов кредитов и процентов банка, просрочек практически не было. Зарплату выплачиваем вовремя, кредитную нагрузку не нарастили и — если говорить узко о птицеводстве — в минувшем году сработали с пятипроцентной рентабельностью и получили 60 миллиардов прибыли, а за четыре месяца этого года заработали 15 миллиардов. Фирменная торговля, несмотря на сложности, работает рентабельно. Но есть у нас и сельское хозяйство, которое с начала года дало 11 миллиардов убытка. Невыгодным остается экспорт, только решения тут пока нет: внутри страны мы столько не продадим. 

ЧТОБЫ выйти из сложной ситуации, на предприятии разработан план по снижению себестоимости продукции, и, по словам и.о. директора, по птице оно просматривается процентов на восемь. Огромный резерв экономии в сельхозфилиалах, но это вопрос не одного дня. Идет работа по увеличению привеса бройлеров, снижению расхода кормов, оптимизации численности управленческого аппарата. Сейчас на уровне других птицефабрик страны привесы на «Ганне» средние — порядка 60,4 грамма, сохранность птицы с начала года самая высокая — 95,8 процента. Из года в год улучшаются показатели цеха инкубации — сейчас 82—83 процента, выше тоже ни у кого нет. Положительную динамику уже дают и комплексы КРС — надои выросли чуть ли не в два раза. 

Доля продукции сельского хозяйства в общем объеме птицефабрики составляет всего пять процентов при огромных затратах (только техники купили в прошлом году на 40 миллиардов), но Виктор Мирош уверен, что и этим направлением надо заниматься:

— Тем более государство идет навстречу: нам будут отсрочены кредиты, которые брались на модернизацию фабрики. Конечно, без колхозов было бы проще. Но у нас социально ориентированное общество, которое в свое время вкладывало в развивающуюся птицефабрику льготные кредиты, бюджетные займы, тратилось на фонды энергосбережения и охраны окружающей среды. Предприятие экономически окрепло, и сегодня пришло время поделиться прибылью с теми, кто в тяжелом положении.

krucha-tut@rambler.ru


Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Автор фото: Ольга КРУЧЕНКОВА
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости