Битва полов

Запрет бить детей и наказание за домогательство. Нужен ли в Беларуси новый закон о домашнем насилии?

Парад «черных невест» на «Золотом глобусе», когда все звезды пришли на церемонию в платьях темного цвета в поддержку движения за права женщин Time’s Up, спровоцировал во всех СМИ земного шара бурление волн — акцию до сих пор обсуждают. В нашей стране интерес к гендерной теме подогрел МВД, выступив с концепцией нового закона, согласно которому список обвинений в домашнем насилии будет расширен, в том числе запретят бить детей. Появятся такие уголовно наказуемые понятия, как «домогательство», «экономическое насилие», «преследование». Одна из участниц нашего дискуссионного клуба хлопает в ладоши и считает, что тема половых преступлений давно требует максимальной огласки и обсуждений. Ее оппонент не спешит жить по новым понятиям. На его взгляд, существующих норм в Уголовном кодексе достаточно, чтобы бороться со злом. 

Рисунок Олега КАРПОВИЧА

Срам не предлагать

Виктория ПОПОВА
Наблюдая за твоей прогрессирующей мизогинией, Дмитрий, совершенно не удивляюсь, как остро ты реагируешь на естественные движения нашего общества к законным способам борьбы с насилием. Под мизогинией я подразумеваю твою иронию в адрес суфражисток и активисток, качающих свои права. Не понимаю, если честно, что тебе феминистки сделали! Когда оскорбили? Может быть, когда вышли из–за печки в университеты и на заводы, стали к станку? Или ты до сих пор предпочел бы видеть в жене безмолвную рабыню, которая ест в парандже бульбу, приподнимая каждый раз волосяную сетку, чтобы отправить картошку в рот? Ничего, кроме благодарности, к женщинам со смелой жизненной позицией я лично испытывать не могу. Если бы не их усилия, стирала бы, возможно, до сих пор в сельской бане портки, варила борщи и не спорила бы тут с тобой на равных.

До тех пор, пока в нашем сексистском мире многие столетия у власти стояли мужчины и задавали тон развитию человечества, бабу нещадно били, насиловали, пускали по всем кругам ада. Достаточно церковно–приходские книги XVII — XIX столетий почитать или, например, судебные очерки публициста Власа Дорошевича, и ты поймешь, что дети и женщины в нашей части света оставались самой незащищенной частью населения: их обваривали кипятком в назидание, выдирали волосы, били, рубили, жгли, приковывали цепями во дворе к калитке в лютый мороз. Все извращенные пытки, о которых, к сожалению, до сих пор повествует наша криминальная хроника, изобретались и оттачивались на женщинах тысячелетиями. Сегодня история о том, как мамаша выбросила новорожденного в городскую урну, предварительно носком придушив, для нас дико звучит, правда? А в начале еще прошлого столетия детоубийство оставалось относительной нормой — от нежелательных младенцев избавлялись самым варварским способом. Увы, столь тяжелая наследственность не вылечивается в одночасье, и отдел расследований каждый день нам подбрасывает перчику: дочь зарубила отца, мать прокрутила гостью сына через мясорубку — дикая рудиментарная хроника наших дней. Но мы же не пытаемся как–то оправдывать лиходеев и безумцев, не замалчиваем их деяния! Напротив, общественно порицаем и стараемся себя от них оградить.

Отчего же так туго прокручивается пока колесо правосудия с преступлениями на половой почве? Сегодня страж с интеллигентным лицом, начальник управления профилактики ГУОПП МОБ МВД Олег Каразей заявляет, что ситуация сложилась страшная, на почве алкоголя тысячи семей убивают друг друга. И нужно остановить этот кошмар, изменить отношение общества к семейному насилию и харассменту, принять новые законы — о запрете бить детей в том числе. Так на милиционера тут же яростно нападают комментаторы вроде тебя: «Что ж мне теперь, по попе сына не шлепнуть?! У бабы разрешения на интим спрашивать?» Есть и совсем уж наивные заявления: «Не лезьте в нашу семью!» Я когда такие комментарии читаю — рыдаю, покрываюсь пупырышками, насколько у нас запущена ситуация. Многие, если не сказать большинство, действительно не понимают, что детей бить нельзя никогда, ни при каких обстоятельствах! И пришло время отрегулировать этот вопрос строгими правилами, если на простых человеческих основаниях некоторые базовые вещи до нас не доходят веками. Ну вот нельзя детей бить, шантажировать интимом и насиловать друг друга — и точка. Казалось бы, простые истины, но их приходится еще объяснять. Очевидно же, во многих наших семьях побои до сих пор воспринимают воспитательной мерой, а непристойные предложения начальников и домогательства коллег — всего лишь флиртом. Пока не принят новый закон, я вижу один выход: максимально предавать огласке случаи домогательств, писать и — что самое важное — не забирать заявления из милиции о случаях насилия. Ничего лучше Стамбульской конвенции по этому вопросу в цивилизованном мире не принято, а мы даже к ней не примкнули. Одергиваем себя за рукав, не даем самим себе развиваться, стыдясь, гигикаем и укутываемся в шуточки, когда речь заходит о сексуальных домогательствах и насилии в семье.

Но культурный сдвиг очевиден. История с Вайнштейном — первое резонансное дело, когда с котла слетел предохранитель и Голливуд так знатно пыхнул, что пламя и у нас видать. Многочисленные признания актрис в изнасиловании и их же демарш в черных платьях войдет в историю. Мне понравился комментарий еще в самом начале этого снежного кома с Вайнштейном режиссера Дарьи Жук, которая верно заметила: «Харви не сориентировался, попал впросак. Не учуял время». И мне жаль всех патриархально настроенных мужчин, равно как и женщин (закон для всех един), которых точно так же подведет однажды чутье — они превысят свои полномочия, но с 2019 года, я надеюсь, их злодеяния будут эффективно разбираться в суде.

Напоследок, Дмитрий, хочу дать тебе дружеский совет не носиться по редакции с чеховским восклицанием: «А что вы, прачки, изобрели? Где ваши женские открытия?» Вопрос некорректный. Очнулись женщины от чудовищного неравенства и притеснений, как тот же Вайнштейн подтвердит, только вчера. До верхних этажей власти во многих профессиях социальный лифт по инерции нас до сих пор не подвозит — даже на руководящих постах мы по–прежнему исполняем волю вышестоящих мужчин. Но время старой игры вышло — Time’s Up. А правила новой меняются прямо сейчас, на наших глазах. И в ближайшие лет двести мы вас будем очень сильно удивлять свершениями, поверь.

viki@sb.by


Не разбудить бы лиха

Дмитрий КРЯТ
Что же ты, Виктория, так с ходу и безапелляционно меня записала в женоненавистники? Нет, дорогая моя, к дамам я отношусь очень даже трепетно. Женственность ценю весьма высоко, и именно опасность ее растворить и расплескать вижу в предложенных законодательных новациях. Не могу взять в толк, что заставляет нас идти по тем же граблям, по которым взад–вперед ходит «цивилизованный» мир? Еще недавно мы лишь посмеивались, наблюдая за этим бестолковым походом со стороны. Беззлобно подтрунивали: мол, вот, оказывается, почему там у них все пышно цветет голубыми оттенками. Там же мужику на женщину страшно даже посмотреть, не то что дотронуться. Вот и льнут друг к другу от безнадеги.

Ну у них понятно. Там законодатели не выдержали давления на барабанные перепонки свиста вырвавшихся сжатых комплексов феминисток. Они и у нас, наверное, есть, но не настолько безбашенные в своей воинственности. Сидят себе тихонько, сайты какие–то строят по интересам, получают гранты от старших зарубежных сестер, в общественную жизнь особенно агрессивно не лезут. Потому что знают: не поймут. Тогда кому в угоду стремление перекраивать законодательство? Да еще так, что вопросов появляется еще больше, чем есть сейчас.

Вот, дескать, домогательством будет считаться неприличный жест или пошлая шутка. А в каком нормативном акте будут эти пошлые шутки и неприличные жесты перечислены? Или хотя бы критерии их определения? Или вот выйдем мы с тобой, Виктория, в рабочий полдень в ближайшее кафе обсудить наш очередной спор. Я, увлекшись дискуссией, а может, и из симпатии коснусь твоей руки. Мол, погоди, дай закончу мысль. И все, Вика, я домогатель. Тащи меня в ближайший опорный пункт.

Если все эти глупые нормы узаконить, то впору ставить крест на нашей традиционной модели общения дам и кавалеров. Все знают, что в лексиконе настоящей леди нет слова «да», а «нет» имеет под сотню оттенков, последний из которых будет звучать как однозначное «да». Развесив нормативные флажки вокруг пары, мы лишаем ее романтики, где рыцарь завоевывает, а дама сердца кокетничает. В итоге прямой путь к шведскому опыту. Тамошний парламент под занавес прошлого года одобрил законопроект, по которому мужчина обязан получать однозначное согласие женщины перед сексуальным актом, в противном случае он может быть обвинен в изнасиловании. То есть, перед тем как... надо прямо в лоб спросить?.. Даже у жены, будто у торговки любовью с улицы красных фонарей. Вот тебе и вся романтика. С одной стороны, не могу взять в толк, как такой вопрос вообще соотносится с оценкой как домогательство даже неуклюжего намека. Что так, что этак — мужик получается в чем–то да однозначно виновен. С другой — невольно вспоминаю сальный анекдот про поручика Ржевского...

Только в шведском контексте это звучит совсем не смешно. И я очень не хотел бы, чтобы он стал узаконенным правилом поведения в нашем обществе, поскольку в первую очередь оскорбителен именно для его прекрасной половины. И меня успокаивает, что это мое мнение поддерживают настоящие леди. Буквально на этой неделе газета Le Monde опубликовала петицию сотни француженок, в числе которых и блистательная Катрин Денев. Они выступают против травли на сексуальной почве. Процитирую:

— Изнасилование — это преступление. Но настойчивые или неуклюжие ухаживания не являются нарушением, а галантность — это не признак агрессивного мачо... Мы выступаем за свободу приставать, поскольку это неотъемлемая часть сексуальной свободы...

В том, что озвученные у нас инициативы еще неосмысленная калька с чужих лекал, убеждают и некоторые другие предложения. Вот, например, предполагается ввести понятие «экономическое насилие». Среди его проявлений запрет на образование жены. Не знаю, может, в Стамбуле, где принималась соответствующая конвенция Совета Европы, эта проблема и стоит остро, но к нам–то она каким боком? Да у нас скорее жена властно отправит мужа на строительную шабашку, запретив поход за университетским дипломом. Семью–то кормить кто будет? Да и курсистки там вызывающе юные. То же про карманные деньги, покупку обновок. Кто кому в нашем, без всякой иронии, равноправном обществе это должен обеспечивать? Муж — жене или наоборот? Кого привлекать к ответственности, если не дал на мороженое?

Виктория, ни одна из проблем, на решение которых якобы направлены озвученные инициативы, в нашем обществе не несет фатального характера. Не надо копаться в истории. Мы сегодня не настолько жестоки к детям, чтобы законодательно запрещать отцовский подзатыльник. Наши женщины вполне комфортно ощущают себя в офисах, где никто их не прижимает к стенам и не тащит в темный угол. Гендерный состав студенческих аудиторий убеждает в равном доступе к образованию и юношей, и девушек. Где действительно необходимо, мы умеем действовать очень решительно. Как с наркоторговлей, которой дали по голове очень быстро и больно, как только она попыталась ее поднять. Но влезать сегодня с некими новыми нормативами в семью, во взаимоотношения полов, когда в этом нет особенной нужды, зачем? Может, для Совета Европы с его конвенцией? Особенно сейчас, когда мы только–только приблизились к выправлению демографической ситуации. Не наше все это. От единичных вспышек явного насилия не убережет даже самый строгий закон. На этот счет есть Уголовный кодекс, и он работает. А в целом для здорового общества посильнее любого кодекса будут традиции и мораль. С этим же у нас пока все в порядке. Иначе вымерли бы давно, как мамонты.

kryat@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости