Сельская газета

«Без простых колхозников мы с тобой никто»

Виталий Ильич Кремко – четвертый Герой Беларуси, получивший награду как руководитель СПК «Октябрь-Гродно»

Виталий Ильич Кремко – бывший председатель колхоза «Октябрь», переименованного в 2013 году в СПК «Октябрь-Гродно», это уже легенда нашего, постсоветского, времени. Четвертым в истории страны он получил высокое звание Героя Беларуси
Возле здания правления ПК имени В. И. Кремко стоит его бюст. Хозяин… Почему-то именно такое слово сразу мне пришло в голову. Даже захотелось поздороваться и попросить разрешения зайти в гости. Ведь еще до приезда в агрогородок Квасовка слышала, что практически всех своих гостей Виталий Ильич встречал именно у входа.


Но меня ждал другой Кремко, его сын Сергей — нынешний руководитель хозяйства, ставший моим первым собеседником:

— Папа родился 15 февраля 1941 года в деревне Бережное Кореличского района, хотя год рождения всегда оспаривался, как и имя. При рождении его назвали Виктором, а в документы, по ошибке, видимо, вписали Виталий. Был первенцем у Ильи Дмитриевича и Надежды Павловны. Родной брат Ильи воевал в партизанах, семья все время сидела как на иголках. В деревне хватало полицаев, боялись, что сдадут. Так и произошло. Моего деда расстреляли, когда отцу было всего 8 месяцев. Его мама как-то быстро вышла замуж за вдовца, у которого осталось двое детей от первого брака, а папа стал лишним для отчима. Родные тетки по отцовской линии Шура и Нина, жившие в Малосельцах, что в восьми километрах от Бережного, забрали его к себе на воспитание. Бабушка родила еще пятерых детей, а старшего сына редко навещала, потом и вовсе перестала приезжать.

Знаю, всю жизнь душа у отца болела, что рос без родителей, хотя тетки любили его и жалели. Давали все, что могли. Но глубоко о своих переживаниях он не рассказывал, был немногословен. В школу ходил в Турец за 4 километра. Окончил 8 классов и пошел работать на Кореличский известковый завод. Таскал тачки, мешки с известью, копал глину. Затем была служба в армии. Во время призыва ему не поверили: такой рослый и крепкий детина, а 1942 года рождения. Документов не было, определяли на вид, вот и прибавили один год. А отец-то эти мышцы известью и тачками на заводе накачал. Вернулся из армии сержантом, пошел на работу в колхоз, а через несколько месяцев поступил в Новогрудский техникум учиться на агронома. Там же встретился с нашей мамой, тоже будущим агрономом Валей Бусел. В мае 1965-го они расписались, через год родился мой брат Андрей.

Виталий КРЕМКО с сыновьями Андреем и Сергеем, 1990-е годы.

Папа работал агрономом в колхозе «Комсомолец», потом его забрал к себе в «Прогресс» Федор Петрович Сенько. Так в феврале 1969 года родители переехали в Вертелишки. Отца назначили заведующим участком в Головничах, а это третья часть «Прогресса», мама пошла работать диспетчером. В январе 1970-го родился я, через пару месяцев отец получил медаль «За доблестный труд». Не имел высшего образования, Сенько его все время заставлял поступать на заочное отделение Гродненского сельхозинститута. Получил его только в 36-летнем возрасте. Вновь избранный председатель «Прогресса» Александр Дубко назначил отца своим заместителем.

В 1984-м его перевели председателем колхоза «Октябрь», которому он и посвятил все оставшиеся годы.

Виталий КРЕМКО, середина 1980-х годов.
Хоть хозяйство и имело некоторые средства, жили небогато. Вода ржавая, разбитые дороги, не было газификации. Но у отца имелось огромное желание работать. Он хотел показать, что его колхоз может подняться на достойный уровень. Построили свой асфальтовый завод и заасфальтировали более 100 километров дорог. Лет 20 назад провели в каждый дом газ. Купили новую технику. Кругом все изменилось, как на производстве, так и в быту.

Отец был очень принципиальным, жестким и сложным человеком, не делил на своих и чужих, а ведь мы все работали под его руководством. И получали за недочеты одинаково, как все. В то же время наряду с этими чертами характера присутствовала доброжелательность. Как это могло сочетаться, не знаю. Не терпел лицемерия. Если человек неприятен, мог не пойти с ним на встречу — и точка. Чего сам недополучил в жизни, старался дать людям. Еще в детстве он пошел с теткой воровать солому в колхоз, и их поймали. То чувство стыда помнил всю жизнь. Когда стал руководителем, мог бесплатно эту солому раздавать. За отработанные трудодни платил дополнительно зерном, по тонне, а то и полторы на человека.

Помню один случай: сельчанин украл несколько мешков колхозного зерна, а потом продал на базаре. Знаете, что отец сделал? Набрал целую машину зерна, отвез ему домой, высыпал во дворе, а стоимость удержал с зарплаты. Поступал всегда справедливо. Это редкое качество сейчас, к сожалению. Сентиментальность у него появилась только с возрастом.

Готовить меня на свое место, думаю, начал давно. Просто мне не говорил, а постоянно чему-то учил. Я работал агрономом-агрохимиком, главным агрономом, одним из его заместителей. Стало у папы плохо со здоровьем, перенес два инфаркта, постоянные больницы…

Как-то между нами состоялся разговор. Признался, что планирует уходить, силы были уже не те. Не могу сказать, что я стремился на такую должность, скорее стыдно было обмануть надежды отца. В марте 2007-го меня избрали руководителем, еще два года рядом был отец в должности помощника председателя, пришлось единицу такую ввести. Знаете, когда был его заместителем, думал: все, я готов! Могу управлять, со всем справлюсь! Показатели есть, остальное просто. Да ничего подобного! Пока этого хлеба не попробуешь, не поймешь.

Неформальная беседа с работниками КЗС, 1970-е годы.

Папа каждый день продолжал ходить на работу. Говорил: «Если я не приду, люди будут думать, что я слабый». Мне сложно было выстраивать с ним отношения, поменявшись местами. Отдавать распоряжения специалистам при нем очень непросто. Я даю указания, а отец со стороны слушает и наблюдает. Потом мог вмешаться: «А я, Сергей Витальевич, считаю, что лучше поступить вот так». Я тушевался немного, но прислушивался к его совету. Зимой 2008 года я сказал, что пойду в отпуск, отец согласился. Позже мама проговорилась: мое временное отсутствие дало возможность отцу побыть еще немного руководителем. Это было как глоток воздуха для него. До сих пор, находясь в кабинете, чувствую его присутствие. Хочется иногда выслушать его мнение, поговорить. Все время мне повторял: «Следи за экономикой, не трать впустую деньги». Горжусь, что сегодня в хозяйстве нет ни одного нерентабельного предприятия и участка. Может, со стороны меня кто-то и сравнивает с отцом, но я об этом не думаю, сложно всем угодить.

С отцом можно было решить любой вопрос, со временем острее ощущаешь, что так его не хватает. У меня не было, нет и, думаю, не будет такого советчика, товарища и друга. Не могу конкретно сказать, как получилось, что все в нашей семье агрономы — родители, старший брат Андрей, я, младший брат Денис. Все работаем в сельском хозяйстве, даже наши жены. Что видели в жизни, тем и живем, наверное.

Бывший главный экономист Николай Владимирович Гаврусейко пришел в «Октябрь» в 1953-м, намного раньше своего знаменитого председателя, да и был на 6 лет старше его. За долгие годы изучил хозяйство досконально. Воспоминания о Виталии Ильиче у пожилого мужчины вызывали добрую улыбку и ностальгию по времени, когда они вместе работали:

Виталий КРЕМКО беседует с колхозниками, 1980-е годы.

— Первым председателем «Октября» в 1949 году был Антон Михайлович Юшкевич. Здесь совсем ничего не было, одна голота. В 1951-м к колхозу присоединили 7 мелких. Контора располагалась на первом этаже бывшего панского дома, председатель жил на втором. Пару сараев, никакой техники, один конь — вот и весь колхоз. Позже появилась конеферма, овцы, куры, коровы. Стали засевать поля, но урожайность была слабой, качественных семян не хватало. Что такое узкий специалист, не имел никто понятия. Детишек учили в сельской хатке, классы могли переходить по очереди от дома к дому.

К приходу Виталия Ильича, а на моем веку это был уже пятый председатель «Октября», конечно, кое-что изменилось. Клуб построили, детский сад… только все деревянное, серое. И не скажу, что мы хорошо жили. Скорее, просто существовали как-то. По дорогам не проехать, одни ямы да выбоины. А тут асфальт появился. Это же такая диковинка, как в городе! С Кремко-старшим довелось работать 5 лет перед пенсией. Ежедневно вечерами проводились планерки, подводили итоги за день. В понедельник утром — за выходные. Отчитывались за все и получали нагоняи, если не выполняли. Отругает по полной, но тут же успокаивается. Мог вставить и резкое словечко, чтобы быстрее доходило. Увольнял крайне редко, это нужно было быть ярым нарушителем дисциплины и лодырем.

Живу в пяти километрах от Квасовки, в деревне Дорошевичи. Каждый день на работу мотался на велосипеде. Случай вспомнил: еду как-то поздно вечером домой, темно уже, хоть глаз выколи. Машина встречная слепит меня фарами, председатель выходит из нее и говорит: «Загоняй велосипед в любой двор, поехали проверять, как поставили технику на хранение». Я отвечаю, что темно уже, ничего не увидим. Он: «Захочешь, увидишь. Так интереснее». Заезжаем на мехдвор в Квасовку, а там бардак полный, детали кругом валяются, механизаторов как и не было. Выловил председатель начальника мехдвора и самого «поставил на линейку готовности».

Раз в месяц подводили итоги соревнования среди животноводов, да еще после работы. Вот уж Кремко дотошный был. Ездили по каждой ферме, смотрели все закоулочки, потом до 12 ночи итоги подводили. Но для лучших работников никогда денег на премии не жалел. Он говорил мне всегда: «Достойный труд должен и достойно оплачиваться. Люди заслужили, нельзя их обижать. Иначе ничего у нас не получится. Без простых колхозников мы с тобой никто». В конце года на подведение итогов к нам приезжали гости их других колхозов. Интересовались, сколько же мы можем выдать 13-й зарплаты на заработанный рубль. Суммы выходили немалые, все оставались довольны.

Воспоминания Ядвиги Казимировны Шоки тоже связаны с Виталием Ильичем. Как зоотехника-селекционера ее перевели в «Октябрь» из соседнего колхоза имени Ленина в 1981 году. Немногим позже, в 1986-м, два хозяйства объединили. И вот на что я сразу обратила внимание в разговоре — она все время его называла Виктором. Получается, человека всю жизнь сопровождали два имени:

— Кремко появился у нас в 1984 году. Мы слышали до этого, что он суровый и строгий руководитель, хороший хозяйственник. Так и было. Но мне он больше запомнился как человек слова. Какая бы ни была ситуация, всегда его держал. Где-то в середине 90-х меня перевели начальником репродукторного цеха на свинокомплекс. Для председателя он был чем-то особенным, практически каждый день наведывался к нам. Конечно, понимал, свинина — основной источник доходов хозяйства. Интересовался каждой циферкой: привесы, сколько получено поросят, с каким весом их передают из цеха в цех. Мне говорил: «Ну что, Ядвига, вот дашь 4 тысячи тонн мяса, и будешь героем труда». Я смеялась, конечно, но было приятно. Идем как-то с ним по галерее комплекса, разговариваем. Тут выскакивает одна из работниц и возмущается: «Виктор Ильич, вы мне обещали квартиру. Когда дадите?» Он покивал головой утвердительно, женщина ушла. Сам повернулся ко мне и говорит: «Язык мой – враг мой. Ведь она не лучшая твоя работница, Ядвига, но раз пообещал, значит, нужно давать». И на самом деле через несколько месяцев женщине выделили жилье. Я хорошо это помню. Приятно было работать с таким человеком. Думаю, председатель для него не должность — дар от Бога. Иначе не скажу.

Много у людей воспоминаний, но не могу не рассказать об одном эпизоде. Дело в том, что еще во время работы Виталия Ильича в должности начальника участка в Головничах на него готовились документы для представления к званию Героя Социалистического Труда. А тут новый председатель колхоза «Прогресс» Александр Дубко назначает его главным агрономом, и сверху пришла команда: «Отставить!» Оказывается, получить звание он мог только на старой должности, агроному нужно было его еще заработать.

Но свою награду Виталий Ильич все же получил, звезды сошлись в другое время и в другом месте. За самоотверженный труд и выдающиеся заслуги в развитии сельскохозяйственного производства 30 июня 2001 года он награжден Золотой Звездой Героя Беларуси. В трудовой копилке председателя медаль «За доблестный труд», два ордена Трудового Красного Знамени, орден Ленина. В 1996-м ему присвоено звание «Заслуженный работник сельского хозяйства Республики Беларусь». Все награды бережно хранит супруга Валентина Ивановна.

Виталий Ильич Кремко умер 3 апреля 2009 года. Похоронен на центральной аллее городского кладбища Гродно рядом с другим Героем Социалистического Труда и Героем Беларуси Александром Иосифовичем Дубко. Есть в Гродно и улица Кремко, и памятник знаменитому земляку.

chasovitina@sb.by

Фото из архива музея ПК имени В. И. Кремко и автора

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...