Уже год, как бушевала Первая мировая война, втягивая в свое жерло все новые страны и народы, сея смерть и разруху на Европейском континенте. И если на Западном фронте было, по словам классика, без перемен, то на Восточном немецкие армии довольно успешно продавливали оборону противника. Пока не уперлись в неприступную крепость Осовец. И однажды 7 тысяч отборных вояк в ужасе бежали от нее, не выдержав атаки 60 русских солдат. Правда, это была атака мертвецов.
«Атака мертвецов»: так ее видят современные художники.
Крепкий орешек
Крепость Осовец располагалась в полусотне километров от Белостока и была ключом к нему. Белосток, в свою очередь, был ключом к Вильно, Гродно, Минску, то есть, по большому счету, воротами в Москву. Обойти крепость невозможно — на севере и юге от нее располагались непроходимые болота. Чтобы вырваться на оперативные просторы, нужно было взять ее. Русское командование прекрасно понимало, что Осовец в любом случае возьмут, и ставило перед гарнизоном задачу продержаться хотя бы 48 часов. Но крепость держалась полгода.
Первые атаки начались в сентябре 1914‑го, а с февраля следующего года шли планомерные и чудовищные по своей мощи штурмы.
По крепости садили целых четыре «Большие Берты» — осадные орудия 420‑миллиметрового калибра, 800‑килограммовые снаряды которых проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия, а воронка от взрыва образовывалась до пяти метров глубиной и 15 метров в диаметре.
«Разрушенные казематы Осовца». Немецкое фото, август — сентябрь 1915 года.Им вторили еще 64 мощных орудия. По подсчетам одного из участников обороны, только за одну неделю по крепости выпустили 200 — 250 тысяч тяжелых снарядов. «Страшен был вид крепости, вся она была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа», — писал позже он.
Не доблестью, а подлостью
Не победив защитников Осовца в честном бою, германское командование попрало все правила ведения войны и дало добро на применение отравляющих веществ. Уже была известна химическая атака на Западном фронте в районе города Ипр, по имени которого потом назвали отравляющий газ иприт. Первая газобаллонная атака против русских войск была проведена 31 мая 1915 года.
Начало германской газобаллонной атаки на Восточном фронте. Снимок с российского самолета-разведчика, 1916 год.
И вот настала очередь Осовца. В его окрестностях развернули 30 газобаллонных батарей.
6 августа ветер задул в сторону крепости, и в 4 утра на русские позиции потек темно-зеленый туман смеси хлора с бромом 12 — 15 метров в высоту, шириной 8 километров, проник он на глубину до 20 километров. Эффективных средств защиты от газа у русских частей не было, и 226‑й Землянский полк понес тяжелые потери, держать оборону могли по нескольку десятков человек. Русские артиллеристы, также попавшие под газовую волну, не могли вести огонь. Всего выбыли из строя до 1600 человек, поражения разной степени тяжести получили все без исключения защитники.
Вслед за газовой атакой последовала артиллерийская, с применением отравляющих снарядов. После этого на штурм крепости выдвинулась немецкая пехота — порядка 7000 солдат, которые рассчитывали взять обезлюдевшую крепость без малейшего сопротивления.
Им обещали, что они никого не встретят, кроме мертвецов. И они с ними встретились.
Войска Вильгельма тщательно подготовились к газовой атаке: дождались необходимого ветра, раздали всем солдатам средства защиты.
«Покажем им, чтобы помнили вовек!»
Участник обороны Осовца Алексей Лепешкин позже напишет: «У нас не было противогазов, поэтому газы нанесли ужасные увечья и химические ожоги. При дыхании вырывался хрип и кровавая пена из легких. Кожа на руках и лицах пузырилась. Тряпки, которыми мы обмотали лица, не помогали. Однако русская артиллерия начала действовать, посылая из зеленого хлорного облака снаряд за снарядом в сторону пруссаков. Тут начальник 2‑го отдела обороны Осовца Свечников, сотрясаясь от жуткого кашля, прохрипел: «Други мои, не помирать же нам, как пруссакам-тараканам, от потравы. Покажем им, чтобы помнили вовек!»
Владимир Котлинский.
И они показали! Поднялись в ружье те, кто пережил атаку, и было их не больше полусотни. Контратаку возглавил командир 13‑й роты Землянского полка подпоручик Владимир Котлинский. Навстречу немцам шли «живые мертвецы» с лицами, обмотанными тряпками. Кричать «Ура!» сил не было. Бойцы сотрясались от кашля, многие выхаркивали кровь и куски легких. Но шли.
«Я не могу описать озлобления и бешенства, с которым шли наши солдаты на отравителей-немцев. Сильный ружейный и пулеметный огонь, густо рвавшаяся шрапнель, не могли остановить натиска рассвирепевших солдат. Измученные, отравленные, они шли как один человек, одушевленные только одной целью, одной мыслью: погибнуть, но отомстить подлым отравителям», — напишет позже «Русское слово».
А вот строки из дневника боевых действий 226‑го Землянского полка: «Приблизившись к противнику шагов на 400, подпоручик Котлинский штыковым ударом сбил немцев с занятой ими позиции, заставив их в беспорядке бежать… Не останавливаясь, 13‑я рота продолжала преследовать бегущего противника, штыками выбила его из занятых им окопов, вернув обратно захваченные противником наше противоштурмовое орудие и пулеметы. В конце этой лихой атаки подпоручик Котлинский был смертельно ранен и передал командование 13‑й ротой подпоручику 2‑й Осовецкой саперной роты Стржеминскому, который завершил и окончил столь славно начатое подпоручиком Котлинским дело».
По сохранившимся свидетельствам участников тех событий, вид контратакующих русских солдат был настолько жутким, что они ввергли противника в ужас — германские пехотинцы ринулись назад, затаптывая друг друга и повисая на проволочных заграждениях. К 11 часам атаку отбили, повторять ее неприятель не стал.
Крепость Осовец. Форт № 1.
Подпоручик Котлинский умер к вечеру того же дня, высочайшим приказом от 26 сентября 1916 года он был посмертно награжден орденом Святого Георгия 4‑й степени. Позже именно эта атака, когда несколько десятков полуживых русских бойцов обратили в бегство три германских пехотных полка, и получила название «Атака мертвецов».
Дальнейшая оборона Осовца не имела смысла для русской армии, фронт уходил на восток, поэтому Генштаб отдал приказ эвакуировать остатки гарнизона. Оставшиеся укрепления взорвали.
Крепость была оставлена в конце августа, затем на ее руины пришли немцы, на всякий случай пугливо озираясь по сторонам.
