Аграгии принесли стране больше валюты, чем нефтянники

Экспортная корзина за последние десять лет устоялась, и если происходят в ней изменения, то некардинальные
ЭКСПОРТНАЯ корзина за последние десять лет устоялась, и если происходят в ней изменения, то некардинальные. Нефть, калий и продовольствие обеспечивают две трети нашего экспорта — 67,5 процента. Поэтому каждый год именно от них бюджет ожидает самого значимого пополнения валютной выручкой. Тем не менее по итогам 2015 года по сравнению с предыдущим экспорт товаров в натуральном выражении увеличился на 2,4 процента при снижении средних цен экспорта на 27,8. Аналогично и в первой половине нынешнего года. Валютная выручка сократилась почти на 3 миллиарда долларов. Стране нужна валюта, а ее все меньше. Кто здесь самое слабое звено?

Из 20 важнейших товаров в первом полугодии экспортные объемы просели по 13. Самыми проблемными из-за падения мировых цен и сокращения спроса стали ключевые для бюджета страны позиции — нефтепродукты и калийные удобрения. Потери — два миллиарда долларов. Жирный минус дал и Минпром, который вместо 5,9 процента экспортного роста показал снижение на 7,8. Интересная картина вырисовывается: если продажи нефтепродуктов, калийных удобрений и сырой нефти вместе взятые в январе—июне составили 3,57 миллиарда долларов, то сельхозпродукции — около 1,9 миллиарда. Если первые потеряли более 30 процентов выручки, то АПК при всех равных условиях на внешних рынках — лишь 14 или чуть более 300 миллионов долларов. Сыры и творог в структуре объемов экспорта заняли третью строчку, обеспечив темп роста почти 102 процента, масло сливочное — 100,7 процента. И еще одна цифра для сравнения. Молоко, сливки сгущенные и сухие принесли в казну 218,4 миллиона долларов, нефть сырая, включая газовый конденсат, — 212,6 миллиона. Как ни крути, а АПК наступает на пятки нашим традиционным сырьевым валютным донорам, занимая в структуре экспорта, по данным МИД, уже более 16 процентов. Хотя, безусловно, не без проблем. Торговое сальдо не в нашу пользу. Продажи за рубеж продовольствия составили 4,34 миллиарда долларов, однако так и не смогли перекрыть импорт еды в страну на 4,42 миллиарда. Как подчеркивают эксперты, судьба нашего экспорта во многом зависит от ситуации на внешних рынках. Известно, Россия съедает около 90 процентов белорусского продовольствия. Но два года без пармезана, как грустно шутят сами россияне по поводу введения продэмбарго, косвенно цепляют и нас. И вот почему. Минсельхоз в целом позитивно оценивает влияние контрсанкций на внутренний рынок. Его глава Александр Ткачев считает, что эмбарго в отношении стран ЕС помогло российским производителям стать более конкурентоспособными и создало условия для привлечения инвестиций в отрасль. Но полноценный результат от импортозамещения можно ожидать не ранее 4—5 лет, так как, по мнению председателя правления Евразийского делового союза Виктора Камболова, большинство инвестпроектов в российское сельское хозяйство имеют сроки выхода на производственную мощность как минимум от 2 до 5 лет. И это значит, что ожидать расширения продовольственных ниш на этом рынке не предвидится.

Однако очевидно, что полностью заменить европейские продукты производители РФ не могут. Прежде всего это касается тех же сыров, фруктов и рыбной продукции. Несмотря на рост доли российского сыра на прилавках, некоторые его виды в дефиците. Мы, конечно же, не могли не помочь российскому потребителю, и нарастили поставки. В стоимостном экспорте нашей молочной продукции основные позиции занимают сыры — более 30 процентов, сухое обезжиренное молоко — около 20, сливочное масло — 16,7 и творог — 5 процентов. Но проблема в том, что реальные доходы населения за два года сократились на 11 процентов, и потребитель перешел на более дешевые продукты питания. По прогнозу экспертов, возможен дальнейший сдвиг потребительских предпочтений в сторону круп, муки, масла и сахара. В Беларуси этого добра хватает с лихвой. Сейчас на российских прилавках еще пока достаточно сырого цельного молока, но осенью производителям придется переходить на импортные сухие ингредиенты. Средняя цена пакета молока держится ниже 50 рублей за литр, рост — в пределах инфляции. Больше половины его стоимости в магазине — это упаковка и торговая наценка: фермы продают молоко по 20—25 рублей. Если эта пропорция сохранится, то зимой цена за литр вырастет на 10 рублей.

Российские производители честно предупреждают, что они подтянут цены до европейского уровня, как только закончится летний сезон. Средняя закупочная цена сегодня в России уже перевалила за 21 рубль, молоко высшего сорта стоит где-то 26—27 рублей. Вполне логично зимой ожидать стоимость сырого молока в районе 30 рублей и выше, а высшего сорта — где-то 35 рублей. По сравнению с европейскими ценами это очень дорого. Но для белорусских экспортеров — то что надо.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?