Беларусь Сегодня

Минск
+20 oC
USD: 2.07
EUR: 2.33

800 дней воли и борьбы

В знаменитой "Черной книге" (составители Василий Гроссман и Илья Эренбург) был помещен материал "История Минского гетто".
В знаменитой "Черной книге" (составители Василий Гроссман и Илья Эренбург) был помещен материал "История Минского гетто". Он заканчивается следующими словами

: "21 октября 1943 года гетто было снова, в последний раз окружено гестаповцами. Людей всех до единого погрузили в машины и вывезли на смерть. В тех случаях, когда в квартирах никого не находили, дома взрывали гранатами, чтобы находящиеся в "малинах" обрели смерть.

21 октября - последний день великой трагедии. Не стало Минского гетто. Погибли последние обитатели его. В Минском гетто не осталось живого дыхания человека. Одни лишь развалины напоминали о страданиях и страшных муках, выпавших на протяжении двух с половиной лет на долю многих десятков тысяч минских евреев".

Минское гетто было одним из самых крупных в Европе, а на оккупированной территории СССР занимало второе место по количеству узников после Львовского, которое насчитывало 136 тысяч человек. На нескольких улицах, обтянутых колючей проволокой, находилось вначале 80 тысяч, а потом более 100 тысяч узников.

Решение о создании этого концлагеря смерти было принято 19 июля 1941 года - через три недели после захвата Минска вермахтом. В этот день в Минске состоялось совещание командующего тылом группы армий "Центр" генерала Шенкендорфа и высшего начальника СС и полиции генерального округа "Белоруссия" бригаденфюрера СС Ценнера, на котором рассматривались вопросы взаимодействия и уничтожения евреев. Именно 19 июля 1941 года комендант полевой полиции Минска подписал распоряжение полевой комендатуры о создании гетто, которое было обнародовано на следующий день - 20 июля 1941 года.

Есть основания считать, что в годы войны в Минске было три гетто.

Первое ("большое") гетто существовало с августа 1941 по 21 - 23 октября 1943 года (39 улиц и переулков в районе Юбилейной площади).

Второе ("малое") гетто находилось в районе завода им. Молотова (теперь завода им. Ленина) с 1941-го до конца июня 1944 года.

Третье - это "зондергетто" (часть гетто по ул. Сухой и Обувной). Здесь были помещены тысячи евреев, депортированных нацистами из семи стран Западной, Центральной и Восточной Европы. "Зондергетто" существовало с ноября 1941-го по сентябрь 1943 года.

Кроме этого, в Национальном архиве Беларуси хранится донесение от 13 августа 1943 года советского разведчика, который действовал в Смолевичском районе Минской области, о наличии гетто в районе Малая Слепянка. По его словам, к тому времени там было замучено 50 тысяч евреев из Германии, Франции и БССР. Но это сообщение не подтверждается никакими другими источниками.

Хотя об истории Минского ("большого") гетто написано несколько книг и десятки статей и воспоминаний его узников, в этой истории имеется немало "белых пятен".

До сих пор со стопроцентной точностью мы не можем ответить на вопрос: сколько облав и погромов было в Минском гетто?

Как и на всей оккупированной ими территории, нацисты и в Минске применили свою излюбленную тактику: прежде чем приступить к поголовному уничтожению еврейского населения, необходимо ликвидировать его самую активную, боеспособную, способную к сопротивлению часть - мужчин, причем самых здоровых и молодых. Это стало целью облав 14, 26 и 31 августа 1941 года в Минском гетто.

Так, 26 августа 1941 года в 5 часов утра в гетто приехало несколько машин эсесовцев, литовских и украинских полицейских частей. В течение пяти минут Минское гетто было окружено извергами. Немцы и их пособники врывались в квартиры узников гетто с криками "Меннер! (Мужчины!)". Всех пойманных они вывели на Юбилейную площадь, избивали и издевались над ними, а потом увезли в неизвестном направлении.

Главный инженер Минской картографической фабрики Яков Исаакович Негневицкий, которому в то время было только 16 лет, в 1992 году в беседе с автором этих строк вспоминал

: "26 августа 1941 года я попался к немцам. Это была большая облава. Немецкие крытые фургоны набивали мужчинами-евреями и вывозили из гетто в неизвестном направлении. Слухи шли разные, но обратно никто не вернулся. Скорее всего, этих узников расстреляли. Я чудом избежал этой страшной участи.

31 августа 1941 года эта картина повторилась, но уже было ясно, что надо прятаться. Мы с соседом залезли на чердак и прятались там. У меня нет сомнений в том, что немцы решили убрать из гетто молодых и здоровых мужчин, способных к сопротивлению.

Еще раньше, в конце июля - начале августа 1941 года целую группу узников, которых увезли на работу в районе Ляховки, заставили копать могилы, петь песни, закапывали полуживыми (до половины тела)".

Люди, схваченные во время облав 14, 26 и 31 августа 1941 года, были вывезены в тюрьмы и расстреляны (всего около 5.000 человек).

Есть и другие сведения о первых облавах. В архиве Комитета государственной безопасности Беларуси хранятся показания бывшей узницы Минского гетто Ханы Израилевны Рубинчик. Там есть такие строки

: "Примерно через неделю после того, как население переселилось в гетто, начались облавы. Первая была 7 - 8 августа (1941 года. - Э.И.), тогда было взято человек 800 мужчин. Их взяли якобы на какие-то работы. Но больше эти люди не вернулись. Врывались в дома, забирали подростков, стариков-мужчин. По улице идет человек, его забирали, не разбирались..."

По показаниям находившихся в то время в гетто Майзлес Е.Н. и Гурвич Ф.Ш., до 26 августа 1941 года было выловлено до 15 тысяч мужчин, местонахождение которых к марту 1944 года было не установлено.

Еще и сегодня, спустя 60 лет после гибели Минского гетто, исследователи не могут точно ответить на вопрос о количестве погромов.

Большинство историков считает, что в истории Минского гетто было больше десяти погромов: дневных и ночных. Наиболее массовыми и страшными стали пять дневных: 7 и 20 ноября 1941 года, 2 марта и 28 - 31 июля 1942 года, 21 - 23 октября 1943 года.

Ночные погромы произошли 31 марта, 3 апреля, 15 апреля, 23 апреля 1942 года.

Особенно жестоким был внезапный и краткий погром 23 апреля. Убийцы окружили дома по Обувной, Сухой, Шорной и Коллекторной улицам. Погром начался в 17 часов и закончился в 23 часа. В результате погибло 500 узников Минского гетто.

Другой ночной погром, поражающий своей жестокостью, немцы и полиция учинили в мае 1942 года. По Замковой улице они окружили два четырехэтажных густозаселенных дома, подожгли эти дома со всех сторон и сожгли живьем находящихся там жильцов. Сгорело несколько сот человек, детей убивали, разбивая их о стены зданий.

Несмотря на жесточайший террор и проведение политики поголовного геноцида, узники гетто с первых дней его создания и вплоть до ликвидации вели тяжелую, неравную и героическую борьбу с врагом.

Первыми подпольщиками стали Яков Киркоешто, Натан Вайнгауз и Григорий Смоляр. Во главе с секретарем Тельмановского подпольного райкома КП(б)Б г. Минска Михаилом Гебелевым активную работу в партийном и комсомольском подполье гетто вели Матвей Пруслин, Мейер Фельдман, Наум Фельдман, Зяма Окунь, Эмма Родова, Надя Шуссер, Елена Майзлес, Роза Липская, Вульф Лосик, Григорий Рубин, Нина Лисс. С подпольем гетто держал тесную связь секретарь (по другим данным - член) Минского подпольного горкома партии Исай Казинец, удостоенный посмертно звания Герой Советского Союза. Его именем названа минская улица.

Сегодня это удивительно, что, спасаясь от СД, многие руководители городского подполья Минска скрывались - где бы вы думали? - в гетто. Так, Михаил Гебелев привез 10 коммунистов из "русского" района и прятал их в "малинах" гетто по еврейским паспортам.

Давно настала пора развеять миф о том, что узники Минского гетто, как и других гетто Белоруссии, шли на смерть, будто покорные овцы. Нет, они не жалели жизни в борьбе с палачами. Несмотря на жестокий террор и ежедневные убийства, узники Минского гетто вступили в неравную схватку с врагом, прекрасно понимая, что смерть ждет их на каждом шагу. Они ясно осознавали, что конец гетто может наступить в любую минуту.

Пусть будет пухом земля мужественному и талантливому белорусскому ученому-историку Анне Купреевой, которая отмечала в 1993 году

: "...До настоящего времени замалчивается правда о Минском еврейском гетто: там именно разгорались первые искры подпольной борьбы. В Минском гетто находилось 50 процентов жителей Минска.

Организация подполья в условиях гетто являлась трудной задачей: в концентрационном лагере было много провокаторов, ограниченная свобода передвижения, постоянные облавы, погромы.

Несмотря на все сложности, с момента создания гетто на его территории начало действовать подполье...

В начале мая 1942 г. на одной из конспиративных квартир по улице Торговой состоялось совещание подпольщиков города. На нем присутствовало 14 человек. Были оформлены пять подпольных райкомов партии: Ворошиловский, Железнодорожный, Сталинский, Кагановичский и подпольный райком гетто.

Секретарем подпольного райкома гетто был утвержден М.Гебелев. В его состав входили: Г.Смоляр (май - июнь 1942 г.), Г.Рубин (май - до середины июля 1942 г.), А.Налибоцкий (июнь 1942 г.), С.Каждан (июль 1942 г.).

Минское гетто просуществовало около 800 дней. Почти столько же в этом лагере смерти за колючей проволокой патриоты вели мужественную борьбу с оккупантами".

Важно подчеркнуть, что бороться с нацистами и их пособниками в условиях Минского гетто было чрезвычайно трудно. Объясняется это тем, что оккупанты ввели круговую поруку. В апреле - мае 1942 года, кроме постоянных опознавательных знаков (желтой латки с шестиконечной звездой), каждому жителю дома, квартиры были присвоены индивидуальные номера, которые надлежало носить ниже желтой латки. Если кто-нибудь исчезал, то уничтожались все жители дома или квартиры. Это накладывало особую ответственность за каждый шаг, за каждое действие подпольщиков.

В 1941 - 1943 годах в "большом" гетто существовало 22 подпольные группы (12 "десяток" и 10 подпольных групп), действовала подпольная типография, издавался подпольный листок "Вестник Родины".

По подсчетам автора этих строк, в Минском гетто действовало около 300 подпольщиков.

Борис Пупко и Броня Гофман приняли активное участие в выпуске подпольной газеты "Звязда".

Вне гетто в рядах минских подпольщиков вела борьбу с врагом школьница Маша Брускина, повешенная в октябре 1941 года.

В Национальном архиве Беларуси хранится совершенно секретный документ. Это краткий отчет командира спецгруппы при Центральном и Белорусском штабе партизанского движения майора Степана Ивановича Казанцева, адресованный начальнику Центрального штаба партизанского движения, генерал-лейтенанту П.К.Пономаренко. В нем сообщается, что генеральный комиссар "Белоруссии" Вильгельм Кубе погиб от мины, заложенной под матрац его кровати узником Минского гетто, бывшим комсомольцем Левой Либерманом, 1923 года рождения, работавшим в квартире Кубе чернорабочим. К сведению читателей, приказ об убийстве Кубе из Москвы получили одновременно 12 спецгрупп.

Согласно "окончательному решению еврейского вопроса" все узники гетто должны были погибнуть: одни - раньше, другие - позже. Из гетто нацистам было удобнее вести евреев на смерть. СД, например, не вело в гетто обычных расследований, считая всех, согнанных туда, смертниками.

Сошлемся на "Сообщение N 2" из занятых восточных областей, составленное Главным управлением безопасности в Берлине 8 мая 1942 года

: "Финансирование партизанского движения шло за счет денежных пожертвований из гетто (речь идет о Минском гетто. - Э.И.). Расследование показало, что практически все гетто разбито на отделы и подотделы. Расследование в этом направлении дальше не велось, поскольку предусмотрена ликвидация гетто".

Большинство подпольщиков и просто узников гетто, которым удалось вырваться из рук нацистских палачей, продолжали сопротивление врагу в партизанских отрядах.

На базе Минского гетто были созданы и в значительной мере пополнены девять партизанских отрядов и один партизанский батальон. Речь идет о 5-м отряде им. Кутузова, отрядах им. Буденного, Фрунзе, Лазо, 25-летия БССР, Пархоменко, Щорса, отрядах N 406, 106, 1-м батальоне 208-го отдельного партизанского полка.

До освобождения Минска частями Красной Армии дожили 13 из 26 узников "большого" гетто, укрывавшихся после его гибели в склепе (погребе) возле еврейского кладбища, и 25 узников "малого" гетто, бежавших во время его эвакуации из Минска в конце июня 1944 года.

В августе 1946 года в Минске был воздвигнут первый в СССР памятник погибшим евреям ("Яма") с надписью на идиш "Евреям - жертвам нацизма".

Через 54 года, в июле 2000-го, был открыт памятник жертвам Холокоста - "Минское гетто" (авторы скульптурной композиции А.Финский, Э.Поллак, архитектор - заслуженный архитектор Беларуси, лауреат Ленинской премии и Государственной премии Беларуси Л.Левин).

На открытии этого памятника выступил Президент А.Г.Лукашенко.

Подрастающее поколение должно знать правду о зверствах нацистов и их местных прислужников на белорусской земле, о войне, в которой погиб каждый третий житель. Остается только надеяться, что подобная политика геноцида, основанная на отвратительных "расовых" теориях, никогда не повторится в будущем - ни в жизни белорусов, ни в жизни евреев, ни в судьбе какого-либо иного этноса, нигде в мире. Никогда больше!
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости и статьи