Когда началась война, Федору Фещенко было всего 15. Он строил большие планы: мечтал окончить школу, получить образование, реализоваться в профессии... Однако 22 июня 1941-го жизнь внесла свои правки: отложив мечты на потом, он пошел сначала на завод, потом – на фронт. В преддверии 85-й годовщины начала Великой Отечественной войны мы встретились с ветераном, которому, к слову, в прошлом году исполнилось сто лет, и записали его воспоминания без художественной обработки. Просто жизнь – такая, какая она есть.
...В 1941-м наша семья жила на Урале, в Нижнем Тагиле. Я тогда занимался на каникулах тем же, чем и все остальные мальчишки: ходил на рыбалку, помогал родителям по хозяйству. Когда стало известно, что фашистская Германия вторглась в Советский Союз, воспринял эту новость на удивление спокойно – больше волновались родители, которые в полной мере осознавали всю серьезность ситуации. Для нас, пионеров, выросших на фильме о Чапаеве и воспитанных в лучших традициях советской школы, во всем мире не было могущественнее страны, чем СССР. Поэтому в голове и мысли не возникало, что мы не победим.
...В сентябре 1941-го к нам в школу пришли представители местного вагоностроительного завода, на мощностях которого во время войны работал эвакуированный из Харькова завод по выпуску танков. Предприятию нужны были рабочие руки, поскольку многие взрослые ушли на фронт. Заменить их предлагали нам, школьникам. Условия по тем временам хорошие – питание в столовой и 800 граммов хлеба с собой вместо стандартных 400, полагавшихся по карточкам. Родители на мою просьбу дать совет сказали: «Решай сам». В итоге я оставил учебу и устроился на завод. Первое время работал в составе бригады водопроводчиков, а затем меня определили учеником токаря на соседний авиационный завод, эвакуированный из Ленинграда.
...Во время работы на заводе познакомился с танкистами. Они приезжали к нам, чтобы на танкодроме испытывать сошедшую с конвейера технику. Мы, мальчишки, любили сидеть на пригорке и наблюдать, как боевые машины «плюют» снарядами из огнемета. Хоть нам и говорили, что мы тоже на фронте, только трудовом, я понимал: мое место не здесь, а на поле боя. Но на нас распространялась бронь от призыва в армию, да и возраст пока не позволял. В 1942-м мне удалось поступить в горно-металлургический техникум Нижнего Тагила, что открыло путь на фронт. В январе 1943-го в возрасте 17 лет по призыву военкомата стал солдатом 325-го стрелкового полка, который базировался в землянках недалеко от села Кыласово Молотовской (ныне Пермской) области. К слову, красноармейская книжка, которую выдали в военкомате, хранится у меня до сих пор.
...В пути на фронт в июне 1943 года на распределительном пункте в Коломне под Москвой отобрали группу солдат, в том числе и меня, для изучения военного радиотелефонного дела. В июне 1944-го артиллерийский полк, в котором я проходил службу, был срочно передислоцирован на Западный фронт ближе к границам Беларуси. Подразделения полка передали в подчинение 3-му Белорусскому фронту под командованием генерала армии Ивана Черняховского. Наш полк участвовал в наступательной операции «Багратион». В это время я служил на армейской передвижной радиотелефонной станции – так называемой летучке. Наиболее ожесточенные бои застал при форсировании Березины.
У Федора Сергеевича до сих пор хранится красноармейская книжка, выданная ему в военкомате
...Помню, как под Минском окружили стотысячную группировку немецких войск: кого-то из них отправили в Москву, других оставили в Минске, чтобы они помогали восстанавливать разрушенный город. До сих пор перед глазами стоит картина, как военнопленные просили отпустить их: «Ich bin Vater. Ich habe drei Kinder!» (в переводе с немецкого: «Я отец. У меня трое детей!» – Прим. «ЗН»).
...После окончания войны я продолжил службу в составе группы советских войск в Германии. Демобилизовали меня в 25 лет. Сейчас иной раз шучу, что мне удалось дожить до ста лет только потому, что четверть этого срока (детство, юношество и та часть, что забрала война) не засчитывается, поэтому мне на самом деле 75. Я закалялся 25 лет. И только после начал жить.
...Вернулся в Минск, здесь жили мои сослуживцы, которые демобилизовались раньше, знал, к кому можно обратиться за помощью. Из всего имущества – шинель, пилотка, солдатский вещмешок да чемодан. Но в душе – безграничное чувство свободы. А как же иначе? Жизнь начинается с чистого листа.
...Поступил на географический факультет БГУ, где учился мой однополчанин. Специальность – «экономическая география», группа – сплошь девчонки и я. После окончания университета семь лет трудился младшим научным сотрудником в Институте экономики Академии наук БССР. Защитил кандидатскую диссертацию, в которой научно обосновал специализацию агропромышленного комплекса на молочном животноводстве. Теперь вы видите, что этот подход был оправдан: о качестве нашей молочки знают даже в Китае!
...Из Института экономики перешел преподавать на кафедру экономической географии БГУ, которой посвятил 40 лет своей жизни. 15 лет был ученым-секретарем совета по защите диссертаций по географическим наукам, секретарем партийной организации. У меня все студенты были хорошими, потому что плохих просто не бывает. Случается, кто-то отстает, но задача преподавателя – помочь каждому осилить программу. Своих студентов я всегда учил справедливости, уважению к себе и ближнему, любви к Родине.
...Патриотизм, сыновняя любовь к месту, где ты родился, – это то, что заложено в сознании разумного человека самой природой или, если хотите, Богом. За свою карьеру мне много где удалось побывать, я несколько лет жил за границей, но моя душа всегда тянулась сюда, в Беларусь.
derzhanovich@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
...В 1941-м наша семья жила на Урале, в Нижнем Тагиле. Я тогда занимался на каникулах тем же, чем и все остальные мальчишки: ходил на рыбалку, помогал родителям по хозяйству. Когда стало известно, что фашистская Германия вторглась в Советский Союз, воспринял эту новость на удивление спокойно – больше волновались родители, которые в полной мере осознавали всю серьезность ситуации. Для нас, пионеров, выросших на фильме о Чапаеве и воспитанных в лучших традициях советской школы, во всем мире не было могущественнее страны, чем СССР. Поэтому в голове и мысли не возникало, что мы не победим.
...В сентябре 1941-го к нам в школу пришли представители местного вагоностроительного завода, на мощностях которого во время войны работал эвакуированный из Харькова завод по выпуску танков. Предприятию нужны были рабочие руки, поскольку многие взрослые ушли на фронт. Заменить их предлагали нам, школьникам. Условия по тем временам хорошие – питание в столовой и 800 граммов хлеба с собой вместо стандартных 400, полагавшихся по карточкам. Родители на мою просьбу дать совет сказали: «Решай сам». В итоге я оставил учебу и устроился на завод. Первое время работал в составе бригады водопроводчиков, а затем меня определили учеником токаря на соседний авиационный завод, эвакуированный из Ленинграда.
...Во время работы на заводе познакомился с танкистами. Они приезжали к нам, чтобы на танкодроме испытывать сошедшую с конвейера технику. Мы, мальчишки, любили сидеть на пригорке и наблюдать, как боевые машины «плюют» снарядами из огнемета. Хоть нам и говорили, что мы тоже на фронте, только трудовом, я понимал: мое место не здесь, а на поле боя. Но на нас распространялась бронь от призыва в армию, да и возраст пока не позволял. В 1942-м мне удалось поступить в горно-металлургический техникум Нижнего Тагила, что открыло путь на фронт. В январе 1943-го в возрасте 17 лет по призыву военкомата стал солдатом 325-го стрелкового полка, который базировался в землянках недалеко от села Кыласово Молотовской (ныне Пермской) области. К слову, красноармейская книжка, которую выдали в военкомате, хранится у меня до сих пор.
...В пути на фронт в июне 1943 года на распределительном пункте в Коломне под Москвой отобрали группу солдат, в том числе и меня, для изучения военного радиотелефонного дела. В июне 1944-го артиллерийский полк, в котором я проходил службу, был срочно передислоцирован на Западный фронт ближе к границам Беларуси. Подразделения полка передали в подчинение 3-му Белорусскому фронту под командованием генерала армии Ивана Черняховского. Наш полк участвовал в наступательной операции «Багратион». В это время я служил на армейской передвижной радиотелефонной станции – так называемой летучке. Наиболее ожесточенные бои застал при форсировании Березины.
У Федора Сергеевича до сих пор хранится красноармейская книжка, выданная ему в военкомате...Помню, как под Минском окружили стотысячную группировку немецких войск: кого-то из них отправили в Москву, других оставили в Минске, чтобы они помогали восстанавливать разрушенный город. До сих пор перед глазами стоит картина, как военнопленные просили отпустить их: «Ich bin Vater. Ich habe drei Kinder!» (в переводе с немецкого: «Я отец. У меня трое детей!» – Прим. «ЗН»).
...После окончания войны я продолжил службу в составе группы советских войск в Германии. Демобилизовали меня в 25 лет. Сейчас иной раз шучу, что мне удалось дожить до ста лет только потому, что четверть этого срока (детство, юношество и та часть, что забрала война) не засчитывается, поэтому мне на самом деле 75. Я закалялся 25 лет. И только после начал жить.
...Вернулся в Минск, здесь жили мои сослуживцы, которые демобилизовались раньше, знал, к кому можно обратиться за помощью. Из всего имущества – шинель, пилотка, солдатский вещмешок да чемодан. Но в душе – безграничное чувство свободы. А как же иначе? Жизнь начинается с чистого листа.
...Поступил на географический факультет БГУ, где учился мой однополчанин. Специальность – «экономическая география», группа – сплошь девчонки и я. После окончания университета семь лет трудился младшим научным сотрудником в Институте экономики Академии наук БССР. Защитил кандидатскую диссертацию, в которой научно обосновал специализацию агропромышленного комплекса на молочном животноводстве. Теперь вы видите, что этот подход был оправдан: о качестве нашей молочки знают даже в Китае!
...Из Института экономики перешел преподавать на кафедру экономической географии БГУ, которой посвятил 40 лет своей жизни. 15 лет был ученым-секретарем совета по защите диссертаций по географическим наукам, секретарем партийной организации. У меня все студенты были хорошими, потому что плохих просто не бывает. Случается, кто-то отстает, но задача преподавателя – помочь каждому осилить программу. Своих студентов я всегда учил справедливости, уважению к себе и ближнему, любви к Родине.
...Патриотизм, сыновняя любовь к месту, где ты родился, – это то, что заложено в сознании разумного человека самой природой или, если хотите, Богом. За свою карьеру мне много где удалось побывать, я несколько лет жил за границей, но моя душа всегда тянулась сюда, в Беларусь.
derzhanovich@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Нравится читать наши новости и материалы? Добавьте нас в «Google Рекомендации» по ссылке.
