Сельская газета

Вся дельта в банках, а у крестьянина лишь четвертина

Кто снимает сливки с экспортного дохода

Не могу избавиться от двойственного чувства в оценках эффективности  сельхозпроизводства. После каждой командировки остается больше вопросов, чем ответов. И проблема для меня здесь не в уровне хозяйствования, а в условиях, в которые порой поставлены сельхозпроизводители.

Большинство руководителей при слове «агробизнес» в лучшем случае хитро прищуривают глаза и невесело усмехаются. Очень редко идут на откровенный разговор с цифрами и фактами. А ведь говорить есть о чем.

Если вдуматься, наше крупнотоварное сельхозпроизводство по уровню эффективности вполне способно превзойти западное. При одном существенном условии: если уровень закупочных цен, налогов,  кредитов и господдержки будет аналогичен тому, который принят в экономически развитых странах. Подчеркиваю, экономически развитых! Наши сельчане прошли путь от полуразваленных ферм и запущенных полей до мирового экспортера сельхозпродукции всего за двадцать лет. Европейским и американским фермерам для этого понадобился век. По всем направлениям растет экспортная выручка. Страна вошла в топ-5 мировых экспортеров молочной продукции. Неангажированные экономисты на цифрах доказывают, что зарубежные продажи рентабельны и экономически выгодны.

Но и здесь принципиально важный нюанс: кому идет прибыль? Крестьянину, который получил эти мясо и молоко? Ничего подобного. 

Почему? Да потому, что изначально по разным причинам изымается большая часть созданной добавленной стоимости. При этом господдержка сокращается, закупочные цены сдерживаются, а расходы на все и вся для сельхозпроизводства растут в разы. 

Спору нет, государство вложило немалые деньги в АПК.  Уже дают результат в экономике и «аграрные» указы Президента. Даже за непродолжительное время с момента их выхода рентабельность продаж в 2016 году выросла с 0,6 до 3,2 процента. Но то, что многие хозяйства зачастую терпели и терпят убытки не по своей вине — факт, неизвестный только тем, кто не желает этого знать.

Больная мозоль — задолженность села по банковским кредитам, нередко под 34 процента годовых. Кто только не наступал на нее, растекаясь критической мыслью по цифрам. Дельта, которая уходит на компенсацию процентов, очень большая. Банки забирают ту поддержку, с помощью которой сельхозпредприятия могли бы развиваться. Никакая экономика при таком дорогом финансовом ресурсе не может быть эффективна. Или разве секрет, что немалая доля господдержки, которую получают хозяйства, транзитом уходит промышленности и компаниям, занимающимся поставкой комплектующих для производства сельхозпродукции. До крестьянина доходит лишь 26 процентов. 

Да, есть проблемы с технологиями, регламентами. У каждого «лежачего» сельхозпредприятия своя история, свои причины, по которым оно оказалось в сложной экономической ситуации. Но нельзя не сказать и о постоянно возрастающих объективных трудностях. Не говоря уже о капризах погоды. А это рост цен на всю технологическую составляющую сельхозпроизводства: семена, удобрения, топливо, газ,  ветпрепараты, запчасти и так далее. За  2012—2015 годы цены выросли в 3 раза, а реализационные цены на сельхозпродукцию увеличились в 1,5—1,8 раза. 

Как ни крути, задач целый воз: повышать производительность труда, наращивать производство, снижать себестоимость и затраты, улучшать качество. И получить заработанное. Как решать эти проблемы? Да, есть необходимые техрегламенты. Безусловно, нужно считать копейку и работать тщательнее. Хорошо бы еще и создать равные условия с другими субъектами рынка. Чтобы бесконечно не пенять крестьянину на его неспособность вести агробизнес.

germanovich@sb.by

Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?