Возвращение с войны

Как возвращают с войны спустя 70 лет. Белорусские журналисты посетили кладбища советских солдат в Польше

История практически каждой белорусской семьи связана с Великой Отечественной войной. При этом многие белорусы до сих пор не знают, где похоронены их родственники, погибшие во время немецкой оккупации. И хотя прошло уже более 70 лет, поиски пропавших солдат, так и не вернувшихся с войны, продолжаются. Причем не только на территории Беларуси. Советские солдаты воевали и умирали в разных странах. На земле соседней Польши, по официальным данным, погибли более 600 тысяч офицеров и рядовых солдат Красной Армии. Десятки тысяч лежат в могилах с надписью «неизвестный солдат». Конечно, среди них есть и белорусы. Польская сторона пригласила белорусских журналистов посетить некоторые кладбища советских солдат. Во время поездки мы узнали, как возвращают с войны спустя 70 лет.

Тысячи советских солдат покоятся в братских могилах. На памятных досках указано, в каких боях они погибли.

Всего на территории Польши находится 718 объектов, на которых захоронены советские солдаты и пленные, погибшие во время Второй мировой войны. Всего советских кладбищ в Польше 230, но на 60 из них похоронены также солдаты Войска Польского и пленные разных национальностей. В Польше к переписи военных захоронений приступили сразу после окончания Второй мировой войны. Списки похороненных составлялись на основе табличек с фамилиями солдат на надгробных плитах, а также информации от местных жителей. Первые эксгумации начали проводить в 1948 — 1954 годах, и в это же
время создавали и облагораживали кладбища советских солдат. Когда открывали могилы, проводили лишь примерные подсчеты погибших. Поэтому на большинстве кладбищ указана приблизительная цифра захоронений — вплоть до расхождения в несколько тысяч, особенно если речь идет о военнопленных. Количество похороненных пленных определяли на основе положения тел в могилах и их размеров. Так приблизительно установили, что на современной территории Польши умерло около одного миллиона военнопленных из разных стран.

Ежегодно в Польше проходят эксгумации военных захоронений. Правда, из тысяч безымянных могил имя обретают лишь единицы. По официальным данным на 2016 год, опознаны 115.296 человек из более чем полутора миллионов. Несмотря на это, поиски, идентификация и перезахоронения продолжаются. Единственная организация в Польше, которая имеет право проводить эксгумацию военных захоронений, — Институт национальной памяти. Организацией работы занимается его подразделение — Бюро увековечения борьбы и мученичества. Его директор Адам Сивек рассказал, что в Польше с 1933 года действует закон об охране военных захоронений. Он был доработан, но по–прежнему актуален. Суть его в том, что каждое военное захоронение обязано быть под опекой государства независимо от того, какой национальности солдат там похоронен. В 1995 году Беларусь и Польша подписали межправительственный договор об охране захоронений и памяти жертв войны и репрессий. А каждые два года проходят межправительственные консультации, где обсуждаются и вопросы охраны общего культурного наследия.

В Польше эксгумацию военных захоронений имеет право проводить только Институт национальной памяти.

Например, в прошлом году Беларусь разрешила Институту национальной памяти разыскивать на территории страны польских солдат, которые погибли в 1939–м, на погранзаставе «Погост». Найти братскую могилу и провести эксгумацию полякам помогал 52–й специализированный поисковый батальон белорусского Министерства обороны. Тогда останки семерых погибших пограничников торжественно перезахоронили в деревне Долгиново Вилейского района.

— К сожалению, не всех жертв военных конфликтов удается отыскать и захоронить на военных кладбищах, — говорит Адам Сивек, — это задача с перспективой многих лет. Мы ответственны за то, чтобы обеспечить им достойное захоронение. После войны допустили серьезную ошибку, когда создавали большие кладбища, осознавая, что сложно будет потом идентифицировать похороненных. Тогда не прикладывались усилия, чтобы фамилии появлялись на кладбищах. Сейчас из нескольких тысяч тел опознать можно только 10 — 15 процентов, но это все равно очень большое количество имен. Во время ремонтных работ, модернизации кладбищ мы устанавливаем таблички с фамилиями, несмотря на то что точного места захоронения не знаем.

Сложнее всего работать с могилами, где похоронены жертвы войны еврейской национальности. В иудаизме запрещено проводить перезахоронения. Поэтому братские могилы еврейских военнопленных, узников концлагерей остаются нетронутыми. «Нам тяжело это принять, — жалуется Адам Сивек, — поскольку тогда эти люди были просто сброшены в яму...»

После идентификации и перезахоронения погибших их родственники сами устанавливают на могилах мемориальные знаки.

Конечно, чем больше лет проходит, тем меньше шансов на идентификацию погибших. Повезло, если с останками обнаружили «медальон смерти», но это бывает редко. Можно еще провести генетическую экспертизу, но для этого нужен ближайший родственник из следующего поколения, то есть кто–то из детей. Братья, сестры или внуки не подходят. Результат теста должен показать 99–процентное генетическое сходство, в противном случае достоверность не гарантируется.

Во время перезахоронения на церемонии часто присутствуют родственники погибших. О том, что семьям важно даже спустя 70 лет найти пропавшего солдата, говорят и мемориальные доски с фотографиями, цветы на кладбищах. Найти сведения о захоронениях на территории Польши и поименный список идентифицированных погибших можно через Польский Красный Крест. Также информация есть в местных органах самоуправления. После идентификации погибшего его данные передаются по всем уровням власти.

Несколько лет назад кладбище в Милейчицах осквернили вандалы — в прошлом году оно открылось после ремонта.

В этом году Бюро увековечения борьбы и мученичества также планирует эксгумационные работы в местах, где похоронены солдаты Красной Армии. Одно такое захоронение находится на границе с Беларусью, на Подляшье. Ежегодно на ремонт и уход за кладбищами в Польше выделяется из бюджета около 8 миллионов злотых (более 2 миллионов долларов). Представитель Института национальной памяти Анна Вицка сказала, что этой суммы не хватает на уход
за всеми местами памяти. С ремонтом некоторых кладбищ помогают посольства Беларуси и России. Здесь всем сторонам удается договориться в отличие от другой темы — советских памятников. В октябре 2017 года в Польше начали действовать поправки к закону о запрете пропаганды коммунизма и других тоталитарных режимов. Тогда расширили список объектов, которые подлежат сносу. Для Варшавы это принципиальный вопрос, связанный с суверенитетом страны. Сейчас под снос готовятся более 300 памятников. Заместитель министра культуры Польши Ярослав Селлин объясняет, что местные органы самоуправления по–другому относятся на своей территории к памятникам, не связанным с захоронениями, а просто символизирующим Красную Армию. Польша, безусловно, благодарна советским солдатам за освобождение от немецкого фашизма, поясняет Селлин, но с польских улиц, зданий должны исчезнуть все знаки, связанные с коммунизмом, — серп и молот, советский герб. На месте военных же захоронений разрешили оставить звезды, принадлежащие Красной Армии. Правда, на одном из кладбищ, которые мы посетили, в Милейчицах в Подляском воеводстве, на отремонтированном ограждении оставили также и серп, и молот. Нам объяснили, что раз местные власти не против, то никто не будет заставлять их убирать эти символы. И пусть история продолжает оставаться темой споров и даже политических скандалов, важно не забывать тех, кто так и не вернулся с войны. Почему–то самое сильное впечатление от военных кладбищ оставляет даже не количество жертв, а годы жизни, указанные на могилах, — большинству погибших было немного за 20...

zdan@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...