Властелин кольца

У Станислава Соловьева, под руководством которого тренировалась чемпионка мира по велоспорту Наталья Цилинская, подготовка расписана на год вперед

Пекинские горизонты


С недавних пор Станислав Соловьев все чаще проводит тренировки в окрестностях Раубичей и с видимым удовольствием заявляет, что его окончательный переезд зависит лишь от расторопности рабочих, возводящих минский велотрек. «Нет, к Олимпиаде мы здесь подготовиться не сможем, — рассуждает тренер. — На Кавказ поедем, а последние 20 дней в Москве кататься будем». У Станислава Соловьева, под руководством которого Наталья Цилинская выиграла все свои 8 чемпионских титулов и олимпийскую медаль, вся подготовка на год вперед расписана едва ли не по минутам. Но даже при таком жестком режиме с прогнозами тренер предпочитает обращаться крайне осторожно: при нынешней ситуации в велоспорте драка за медали обещает быть крайне жестокой.


— Судите сами: на Олимпиаду отобралось только 12 человек, — Станислав Васильевич понемногу тянет чай с медом и задумчиво смотрит в окно. — Гит–то убрали! Зря, конечно, убрали: претендентов на медали от этого меньше точно не стало.


— Отсев, к слову, уже начался: кто еще 4 года назад мог предположить, что россиянки во главе с вашей титулованной воспитанницей Светланой Гранковской пролетят мимо Олимпиады! Сами ожидали такой поворот?


— Как вам сказать... Ситуация эта уже давно зрела. Все дело в том, как работает российская федерация. А там уже давно тренеры не решают практически ничего. Те же, кто решает, не способны разобраться даже в основных моментах подготовки, не говоря уже о нюансах... Сборную России убили непрофессионалы.


— Но никто ведь не мешал той же Гранковской продолжать тренироваться у вас. А она тем не менее ушла...


— Мешали. Более того, сделали
 все возможное, чтобы Светлана перешла от меня к другим тренерам. Кто–то посчитал, что той базы, которую Гранковская заложила вместе со мной, хватит, чтобы выступать по инерции еще год–другой. Зачем? Слишком уж лакомым куском оказались деньги, которые сегодня в России получают победители чемпионатов мира и особенно Олимпиад и их тренеры.


— Неужели такие большие суммы?


— Немаленькие. Одних только премиальных платят более 3 тысяч долларов ежемесячно на протяжении года. И это помимо высокой зарплаты и прочих бонусов. В такой ситуации выгодно забрать под свое крыло сильного спортсмена и «доить» его какое–то время. О росте результата в таком случае речь, конечно, не идет, но это никого и не волнует. Я же всегда в первую очередь думал именно о нем, и только так можно добиться чего–то серьезного.


— Не рискнете ли в таком случае предположить, почему обладательница уникального достижения — 8 мировых титулов! — Наталья Цилинская до сих пор так и не смогла завоевать олимпийское «золото»?


— Олимпиады проходят реже чемпионатов мира. Поэтому свою ошибку в четвертьфинале спринта на Играх в Греции, в результате которой она не попала даже в тройку призеров, Наташа может исправить лишь сейчас, спустя 4 года.


— Сможет ли? Гит был ее коронкой, и именно в этом виде она завоевала «бронзу» в Афинах...


— Я вообще неоднозначно отношусь к подобного рода переменам в программе соревнований. Убрали гит, убрали километровую гонку у мужчин... Нельзя этого было делать! Я не против «бээмикса», ради олимпийского дебюта которого и сделаны эти изменения, но почему другим видам спорта удается расширять программу, а нам — нет?


— За то время, которое вы работаете в велоспорте, он сильно изменился?


— Не очень. Правила стали чуть жестче, да велосипеды начали из карбона делать — 10 лет назад об этом и мечтать не могли! А быть может, я так считаю потому, что к спортивной науке обращаюсь редко. Разве что к медикам на обследование ходим. Практика и опыт для меня значат куда больше, чем теоретические выкладки.


— А как насчет психологии?


— Психологи очень нужны. Яркий тому пример — Китай, где я также успел поработать. Там в штате любой команды значатся люди, способные влиять на психологический и энергетический режим спортсмена.


— Вы сейчас про экстрасенсов говорите? У нас подобного рода «специалистов» едва ли не шарлатанами считают!


— И напрасно! Это, кстати, одно из тех секретных преимуществ, которые помогают китайцам завоевывать все больше и больше медалей. Кстати, насколько мне известно, этим экстрасенсам нельзя работать против кого–то, но они не особенно обращают внимание на подобные запреты...


— Подозреваю, что очень многие воспримут то, что вы говорите, как очередную сказку про шаманов от спорта...


— Относиться к этому можно как угодно: ситуация не изменится. К слову, в нашей команде сейчас всерьез рассматривается вопрос о привлечении такого специалиста...


— С 1980–х годов на постсоветском пространстве никто, кроме вас, не готовил чемпионок мира: быть может, у вас тоже какие–то необычные способности есть?


— Просто так складывается. Самое сложное — определить, из кого может что–то получиться, а из кого — нет. А для этого нужно очень много работать. К тому же спринтеры — люди нервные, а больших побед добиваются только личности, люди с характером. А он не всегда бывает покладистым... Вот, например, у Наташи Цилинской такой характер с самого начала был виден. И у Гранковской тоже...


— Тренировать девушек — труд вообще не из простых, а если это спринтеры, да еще и с характером... Как выдерживали–то?


— Наверное, мне повезло, но Наташа со Светой всегда дружили. На треке могли, конечно, «подраться», но в жизни — всегда вместе. Даже несмотря на то, что одна выступала за Россию, а вторая — за Беларусь. А может, дело в том, что я с самого начала дал понять, что никаких интрижек и прочих нюансов не потерплю. В спорте не должно быть демократии: тренер, если он хочет добиться результатов, просто обязан быть диктатором! Ведь он несет ответственность за любую ошибку в подготовке, а самодеятельность в такой ситуации может дорого стоить...


— А если все же...


— Никаких все же. Если человека не устраивают мои требования — мы расстаемся. Так бывало, и ни об одном таком расставании я не пожалел. В конце концов, каждый сам выбирает свою судьбу. Вот ушла Гранковская — пожалуйста. Значит, она предпочла не выступать на Олимпиаде.


— Сурово... Это вы у китайцев научились? Там, говорят, вообще армия...


— Ну армия не армия, но подход очень своеобразный. Я, кстати, до сих пор с ними сотрудничаю. Вроде консультанта... И все равно удивляюсь. А когда в 1996 году туда в первый раз приехал, у меня был легкий шок. Из гостиницы, например, было видно, как тренировалась команда по спортивной ходьбе. Это что–то вроде производственной гимнастики: в общем строю стоят резервистки, призерка чемпионата мира, еще какие–то серьезные спортсменки. И все по команде тренера одновременно то руку поднимают, то ногу, то еще какие–то упражнения делают. И так у них в любом виде спорта. Нагрузки — просто космические, работают круглый год. Многие не выдерживают, но на их место быстро находят новых людей. У нас в советские времена тоже такой подход был: загубил спортсмена — не беда, нового найдем... Сейчас так работать нельзя. К слову, при индивидуальном и более бережном подходе Китай уже давно бы оккупировал пьедесталы во всех мыслимых видах спорта. И самое интересное, что на лидирующие позиции Китай выводят тренеры из тех самых стран, которые сегодня значатся главными конкурентами азиатов.


— Выходит, наши специалисты до сих пор впереди планеты всей?


— Не так, как раньше. Востребованы только те, кто успел перестроиться после распада СССР. Новое время потребовало нового подхода к работе, других отношений со спортсменами. Те, кто сегодня продолжает ностальгировать на тему «вот раньше у нас были специалисты...», просто не понимают ситуации. Периоды до и после распада СССР вообще сравнивать нельзя. Вот говорят, что, мол, сегодня у спортсменов и тренеров больше возможностей зарабатывать: призовые, реклама, зарплаты... Но я вам скажу, что те, кто хорошо работал, и в СССР отнюдь не бедствовал. За мировой рекорд полторы тысячи рублей платили — по тем временам очень большие деньги. Или вот я, работая тренером, получал 300 рублей, тогда как на заводах даже 120 рублей считались высокой зарплатой. Но проблема в том, что очень многие не смогли перестроиться, изменить свои взгляды на жизнь.


— Вы, я так понимаю, смогли: с китайцами сотрудничаете, литовскую гонщицу Симону Крупескайте тренируете, до недавнего времени еще и Гранковскую вели. Ну и Наталья Цилинская, конечно... Как вы на всех время находите?


— Во–первых, никаких «ну и Цилинская»! Непосредственно на Олимпиаду я работаю только с Наташей и всерьез рассчитываю на то, что эта работа принесет серьезные результаты!

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...
Новости и статьи