В Минске царит дух Просвещения

Удивительная история последней из найденных книг Скорины

Любая найденная книга Франциска Скорины для нас очень ценна. К началу XXI века так называемых конволютов — сборников из самостоятельных произведений, переплетенных в один том и изданных нашим первопечатником, насчитывалось 39. Но в 2003 году случилась сенсация: в Герлице нашли сороковой!


Как это произошло? Другой юбилей помог. 

2003 год в Германии был объявлен Годом Библии, и библиотеки по всей стране по такому случаю организовывали тематические выставки из своих коллекций. Не осталась в стороне и Верхнелужицкая библиотека. Отобрали несколько изданий времен Лютера, лондонскую Библию 1657 года, напечатанную на нескольких языках, и экземпляр изданной в 1759 году в Москве елизаветинской Библии. Решили покопаться в архивах: может, еще какие интересные издания найдутся? В рукописном каталоге, составленном в начале XVIII века, увидели: «Библия славика. Прага, 1517». Чем не экспонат? Сняли с полки, выставили в витрине. Об особой ценности книги еще не подозревали. Посмотреть выставку зашел и местный теолог Петер Лоберс, владевший церковнославянским языком: несколько лет он преподавал в университете в Санкт–Петербурге. Вот он сразу понял, какое сокровище хранится в библиотеке Герлица. И связался с профессором Норбертом Рандовом, специалистом по переводам с белорусского.

Герлиц.

Профессор приехал в Герлиц, изучил книгу и подтвердил: особо ценный экземпляр, конволют из 11 книг, изданных Франциском Скориной в Праге в 1517 году. Сенсация! О ней писали в газетах и рассказывали по телевизору, в 2012 году книгу привезли в Беларусь, демонстрировали в Минске и Несвиже. У нас этот конволют оцифровали, и теперь книгу виртуально полистать может каждый. Но я хотела не виртуально, а реально подержать в руках. Директор Маттиас Венцель сказал «пожалуйста». 

Дороги, которыми я иду в этом году вслед за Франциском нашим Скориной, бывают предсказуемыми — Краков, Падуя, Прага, Вильна, а бывают и неожиданными. Уж сколько раз, когда, передвигаясь на машине по Европе, въезжали в Германию из Польши, проезжали мимо указателя на городок Герлиц! И каждый раз я говорила: надо заехать, посмотреть, красивый ведь. Его даже Герливудом прозвали, так много здесь снимается фильмов в естественных исторических декорациях. Во время Второй мировой его практически не бомбили (правда, немцы взорвали все мосты через Нейсе), а после объединения Германии стали скрупулезно восстанавливать. Так что если вы смотрели «Отель Гранд Будапешт», «Бесславные ублюдки», «Вокруг света за 80 дней», «Один в Берлине» или «Чтец», то Герлиц вы видели. Его еще сейчас в Германии называют пенсиополисом за то, что множество западных немцев, выйдя на пенсию, переезжают сюда жить. А что? Квартиры дешевле, питание тоже, красота кругом. А если что, по мостику через Нейсе можно и в Польшу за продуктами сходить. После Второй мировой город разделили по реке: западная часть осталась в Германии (ГДР), а восточную передали Польше, теперь это город Згожелец.

Директор библиотеки Маттиас Венцель показывает, на какой полке хранится конволют из 11 книг, изданных Франциском Скориной в Праге.

Но для нас, белорусов, Герлиц — место, в котором родилась самая крупная в этом веке скориновская сенсация. Именно из–за нее мы отклонились от маршрута, из–за нее идем по городу, почти не замечая красот («Потом! Потом!»): спешим в Верхнелужицкую региональную научную библиотеку.

Тут, конечно, лучше сделать отступление и объяснить, что название города происходит от славянского «гореть», потому что на этой территории испокон веков жили славяне — лужичане. Они, между прочим, и сейчас живут в Саксонии, говорят на верхнелужицком языке, хотя, конечно, все владеют немецким. Верхняя Лужица на протяжении истории была то частью Богемского королевства (а потом империи Габсбургов), то Саксонии, а в 1815 году Герлиц стал частью прусской Силезии. Но нам больше интересен тот период, когда город, входя в состав Богемии, оказался на пути Франциска Скорины, переезжавшего из Праги в Вильну. Это могло быть в 1520 году, например, или годом позже. «Он где–то там на тележке вез свои издания», — рассказывал мне в Венеции профессор Александр Наумов, автор изданной в Польше монографии «Франтишек Скорина из Полоцка. Жизнь и письма». Не просто вез книги, но и встречался по дороге с интеллектуальной элитой своего времени. Мог ли он кому–то свои книги подарить? Да запросто! «Говорят, что, может, когда он возвращался через Вроцлав (тогда Бреслау. — И.П.), подарил этот экземпляр одному из предтеч протестантизма», — поясняет профессор Наумов.

Тот самый конволют Франциска Скорины.

Верхнелужицкая научная библиотека основана местным научным сообществом в XVIII веке. Ее национализировали в 1945 году, а в 1951–м открыли для публики. Многие из этих книг столетия простояли, никем не тронутые, на полках. И среди них 273 года (точно подсчитали!) простоял и столь ныне знаменитый скориновский конволют.

Теперь я точно знаю, что к истории можно не только в прямом смысле этого слова прикоснуться, но и ощутить ее запах. В Верхнелужицкой библиотеке я научилась различать книги по запаху: те, которым «всего» сто лет, и те, которым больше двухсот, пахнут по–разному. В библиотеку, кстати, попасть может каждый: вход стоит 3 евро. Но книги Скорины вы вряд ли увидите: как одни из наиболее ценных экземпляров коллекции, они находятся в хранилище и крайне редко его покидают. Но в год 500–летия белорусского книгопечатания конволют из Герлица снова привезли в Минск.

Маттиас Венцель аккуратно снимает с полки увесистый том, рассказывая его историю. В 1527 году эти книги (тогда они еще были отдельными) принадлежали видному теологу и деятелю Реформации в Силезии Иоганну Хессу (кстати, в этом году и Германия празднует большой юбилей — 500 лет Реформации). А ему книги подарил некто Андреас Бланк, про которого мы до сих пор ничего не знаем: как у него оказались скориновские книги? Иоганн Хесс умер в 1547–м, и где находились книги следующие 30 лет, неизвестно. Они вновь возникают в 1615 году, когда Даниэль Штуде подарил свое собрание (500 томов) Герлицкой гимназии, неизвестно. Принято считать, что именно по заказу Штуде 11 отдельных книг были собраны под один переплет — тогда и возник этот конволют. Который, как мы помним, 273 года простоял нетронутым на полке. И на самом деле это прекрасно! Потому что сегодня книги находятся практически в идеальном состоянии.

Маттиас Венцель раскрывает передо мной скориновскую Библию. Я, надев перчатки, начинаю листать, ощущая шероховатость страниц, вспоминая, что говорил об этих книгах в Вильнюсе профессор Сергей Темчин: «Пражские издания Скорины — это вершина не только кириллического, но даже центральноевропейского книгопечатания. В Праге не было людей, которые на столь высоком уровне готовили бы печатные книги». Я смотрю на эту «вершину» и — узнаю. Мне знакомы эти шрифты, я узнаю этот титульный лист (знаменитый!), эти гравюры. Все они — в нашем, белорусском, культурном и историческом коде запечатлены.


Раскрашенная от руки гравюра, которая, как считает чешский ученый Петр Войт, может оказаться вторым портретом Франциска Скорины.

Вот, например, гравюра: молодой человек в красной докторской мантии склонился перед Вседержителем. Нет, красная мантия и синие облака — не цветная гравюра: кто–то раскрасил ее, как и некоторые другие, от руки позднее, может быть, столетия спустя. Чешский исследователь Петр Войт, занимающийся расшифровкой криптопортретов (это когда в качестве святых изображены реальные люди), считает, что человек в красной мантии — сам Франциск Скорина, и это его второй портрет. Это заявление назвали сенсацией во время проходившего в июне в Национальной библиотеке Чехии международного семинара «Франциск Скорина и Прага». Но пока это только версия — вполне правдоподобная (или нам просто хочется, чтобы такой была?), но версия. Листаю дальше. А вот еще одна гравюра, на которой, не исключают специалисты, изображены отец первопечатника Лука и один из сыновей. А вот и знаменитый портрет! Не могу оторвать глаз. Маттиас Венцель обращает мое внимание: «Посмотрите, как стоят книги на полках», указывая на правую часть гравюры. А ведь и правда, для нас странно: корешками вверх. Интересно. Но еще интереснее маленькие ровненькие черные дырочки, разбросанные по всем страницам конволюта и особенно заметные на портрете. «Что это?» — спрашиваю у директора. «Книжные черви, — как будто извиняется он и сразу добавляет: — Но это давно было, сейчас у нас нет книжных червей». И начинает рассказывать про специальную систему вентиляции, увлажнения и прочие современные ухищрения, которые позволяют книгам храниться долго (вечно?). А потом спрашивает меня: «А правда, что этот портрет в Беларуси в школьных учебниках есть? И что жизнь Франциска Скорины у вас в школах изучают?» Все правда, герр Венцель. Не могу оторвать взгляд от портрета (в изданиях Скорины, которые хранятся в Беларуси, портрета нет) и понимаю, как сильно мне повезло: не каждому выпадает это счастье — держать в руках живую историю. А еще я думаю о том, что история этой счастливой находки дает нам надежду: может быть, где–то в региональных библиотеках Европы ждут своего часа и открытия другие книги, изданные Франциском Скориной.

Герлиц.

sbchina@mail.ru

Фото Михаила ПЕНЬЕВСКОГО.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
swiniopas, 70, Kustovnitsa nad Pripiat'iu
Думаю, теперь вам надо перепрыгнуть вперёд пятьсот лет следами Франтиска Скорины,исследовать
генетику великого беларуса. Кто он по сути? Литвин, конечно,гражданин ВКЛ, протопласт сегоднящих беларусов. Но иммено кто он по национальности? Ведь в Княжестве существовала целая дуга  национальностей в эти времена. Мои, на пример-варяги во смоленской земле-поживающие между славян. Или Скорины из Полоцка-славяние, немцы,шведы? Поляки горжатся Коперником, знаменитым астрономом. Он уроженець г. Торун(Тхорн над Вистулой).Может быть, он лично встречался со Скориной в Кракове, Падуа инталянской или где то? Коперникус удостоверен в последние годы членом маленькой германской нацйи Фризов, из побережя СеверногоМоря. Удостоверен так как в коперниканском манускрипте сворованом шведами во время Потопа, наезда на Польшу около 450 лет тому назад, нашли несколько волос из тела Астронома. Этих волос было достаточно  к обработке ДНА. Так сделайте то же самое со Скориной-ищите истину человека в его книгах!
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?