Трудовая несовместимость

Может ли инвалид, живущий в доме-интернате, официально устроиться на работу

Порой, чтобы оправдать свою лень или нежелание трудиться, люди находят массу причин. А недавно в редакцию «СБ» пришло письмо, рассказывающее о случае совершенно противоположном. 45–летний инвалид II группы Сергей Дюхов из Витебского района жалуется: «Я хочу и могу работать, но руководство Вороновского дома–интерната для престарелых и инвалидов, в котором живу, такой возможности не дает. Неужели людям с особенностями развития нет места в нашем обществе?» Чтобы разобраться, наш собственный корреспондент отправился в социальное учреждение, откуда пришла просьба о помощи.


Работа или интернат

Дом–интернат, о котором идет речь, находится в деревне Берники. 29 из 120 его постояльцев — люди с ограниченными возможностями. Сергей Дюхов, инвалид детства по психическому заболеванию, оказался здесь 5 лет назад:

Сергей Дюхов.
— Я родился в Сенно. Еще совсем молодым человеком попал в Максимовский психоневрологический дом–интернат в Городокском районе, где прожил более четверти века. В 2012–м по суду восстановил дееспособность и перебрался в Берники.

Сейчас Сергей Владимирович хочет реализовать свое гражданское право — на труд. Он разбирается в компьютерах, немного зарабатывает при помощи интернета. Знакомые предлагали ему место системного администратора, звали в кафе мыть посуду. Но чтобы трудоустроиться, ему нужно пройти медико–реабилитационную экспертную комиссию (МРЭК). И вот здесь, по словам Дюхова, начинаются сложности:

— Перед МРЭК меня обязывают пройти двухнедельное обследование в стационаре. Но в психбольнице я 4 раза лежал. В отношении этого лечебного учреждения, которое совсем не похоже на санаторий, у меня сформировалось стойкое предубеждение. Боюсь таблеток, уколов. В общем, там сделают все, чтобы трудовых рекомендаций я не получил.

Психиатра Вороновского дома–интерната Святослава Славенко такая позиция пациента удивляет:

— В 2014–м Сергею Владимировичу на год составляли индивидуальную программу трудовых рекомендаций. Тогда под наблюдением медиков он мог работать грузчиком, уборщиком территории, мойщиком посуды, подсобным рабочим. Сегодня программа просрочена. Чтобы ее обновить, нужно пройти МРЭК и стационарное обследование. Ведь психическое состояние может меняться как в лучшую, так и в худшую сторону. Лечить его в больнице никто не собирается. Но без нее — не обойтись.

Нина Колымага, заместитель председателя комитета по труду, занятости и социальной защите Витебского облисполкома, в ведении которого находится дом–интернат, о желании Дюхова знает:

— Интернат готов отвезти его на МРЭК в областной центр и предоставит юриста, если потребуется защищать его интересы. Но если он получит возможность трудиться, возникнет вопрос: а должен ли такой человек жить в доме–интернате? Ведь туда государство направляет людей, нуждающихся в постоянном уходе и опеке. А если Сергей Владимирович сможет сам о себе заботиться, по закону он вынужден будет дом–интернат покинуть.

Вороновский дом-интернат для престарелых и инвалидов.

Шанс на самостоятельность

Теоретически, чтобы покинуть Берники, Дюхову как человеку дееспособному достаточно написать заявление. Но если так произойдет, не выставят ли его тотчас за ворота? К счастью, нет. В такой ситуации, по словам Нины Колымаги, на помощь придет территориальный центр социального обслуживания населения Витебского района:

— Людям с психическими заболеваниями непросто адаптироваться в обществе. Один из главных вопросов, где жить. В Витебском районе решение найдено. В Сураже для таких людей открыт первый в районе дом самостоятельного проживания. Это одноэтажный дом с печным отоплением без водопровода. Он отремонтирован. Там есть мебель и предметы первой необходимости. Если Дюхов пожелает, место там ему предоставят. Работники центра соцобслуживания будут за ним присматривать. Но приобретать вещи, еду, заботиться о себе придется самостоятельно.

Сельская жизнь и физический труд Дюхова не пугают. К тому же если сейчас 90 процентов его 188–рублевой пенсии уходит на содержание в доме–интернате, то в случае переезда в Сураж всей суммой он сможет распоряжаться сам. Сюда же можно приплюсовать возможность получения государственной адресной социальной помощи (около 10 рублей ежемесячно). Как человеку, оказавшемуся в трудной жизненной ситуации, раз в год при необходимости ему может быть оказана единовременная адресная или материальная помощь из фонда социальной защиты населения. Это, правда, до тех пор, пока он не трудоустроится. Достаточно ли? Равноценная ли это замена устроенной жизни в Берниках? Дюхов, стремящийся к самостоятельности, полагает, что да. Директор Вороновского дома–интерната для престарелых и инвалидов Татьяна Каминская, знакомая с не слишком удачными примерами ухода подопечных на собственные хлеба, настроена менее оптимистично:

— За время моей работы это второй случай, когда человек хочет от нас уйти. Как–то один постоялец собрался жениться и уехал. Но семейная жизнь у него не сложилась. Через 2 месяца развелся и вернулся обратно.

Что предпримет Дюхов? Устроится ли на работу? Вопросы... К слову, если самостоятельную жизнь Сергею Владимировичу наладить не удастся, он также сможет возвратиться в Вороновский дом–интернат. Естественно, при наличии медицинских показаний.

КОММЕНТАРИЙ ПО ТЕМЕ

Николай Смирнов, председатель специализированной психиатрической МРЭК УЗ «Витебская областная МРЭК»:

— Пройти МРЭК и получить трудовые рекомендации Дюхову реально. Что касается необходимости обследования в стационаре, этот вопрос решает лечащий врач, который дает направление на МРЭК. Это делается, чтобы уточнить состояние здоровья пациента и определить, какие профессии ему подходят. Чтобы официально устроиться на работу, Дюхову придется пройти МРЭК. Где бы он в будущем ни находился — в доме–интернате или в доме самостоятельного проживания.

svg–vt@mail.ru

Фото автора.

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...