Минск
+2 oC
USD: 2.11
EUR: 2.34

Заместитель председателя концерна «Белнефтехим» — о стратегии формирования цен на автомобильное топливо, налоговом маневре и рентабельности работы наших НПЗ

Топливо для размышлений

Не дожидаясь завершения переговоров с российскими партнерами по нефтяным вопросам, наши нефтеперерабатывающие заводы составляют бизнес-планы и делают расчеты, как будут работать в следующем году. В свою очередь, потребители пристально следят за стелами АЗС: корректировки цен на топливо на копейку стали привычным делом. Заместитель председателя концерна «Белнефтехим» Светлана Гурина откровенно рассказала о принятой стратегии формирования цен на моторное топливо, последствиях налогового маневра и «грязной» нефти для белорусской экономики и рентабельности НПЗ. 

Сегодня наши заводы выпускают нефтепродукты, отвечающие всем национальным и международным требованиям, современное технологическое оснащение НПЗ позволяет с запасом выполнять эти требования.

Плюс-минус копейка

— Светлана Григорьевна, в середине сентября было заявлено, что концерн вынужден вернуться к стратегии еженедельной корректировки цен на нефтепродукты. После трех корректировок «по копейке» рост цен приостановился. Прокомментируйте, пожалуйста, с чем это связано?

— Все лето цены на топливо снижались, поэтому мы понимаем: их рост на копейку, вероятно, стал для потребителей неожиданным. Однако в сентябре мы стали свидетелями того, как отдельные события могут серьезно влиять на нефтяной рынок. Так, если в течение лета стоимость барреля нефти имела тенденцию снижения, то после атаки дронов на крупнейший в мире НПЗ, принадлежащий аравийской госкомпании SAUDI ARAMCO, рынки отреагировали моментальным ростом котировок. Цены на нефть взлетели на 10 процентов, это был самый высокий суточный рост с 14 января 1991 года. 

Разумеется, в таких условиях мы должны были предпринять определенные действия, чтобы поддержать платежеспособность наших предприятий и минимизировать влияние внешних рисков для них. Кроме того, в первой половине сентября также усилилась волатильность курса белорусского рубля. Все эти факторы стали основанием, чтобы вернуться к стратегии изменения цен на топливо. Концерн три раза повышал их в прошлом месяце. В октябре ситуация на рынке нефти стабилизировалась, поэтому цены на заправках остаются неизменными. 

— Дала ли ожидаемый эффект проводимая концерном политика ценообразования на топливо? 

— Розничные цены на топливо во всем мире — объект повышенного внимания как со стороны регулятора, так и со стороны потребителей. Беларусь здесь не исключение, но нужно понимать: в мире нет признанных всеми универсальных критериев формирования цены на топливо. Поэтому ценовая политика в любом государстве выстраивается так, чтобы дать возможность развиваться производителю топлива и одновременно учесть интересы потребителей.

В европейских странах цена на топливо также зависит от расположения АЗС, то есть от спроса. Заправки, которые стоят в местах повышенного потребления, продают бензин дороже. Что касается нашего рынка, концерн устанавливает предельную максимальную цену на топливо. А вот по какой цене продавать его, решают сами компании. Как правило, более низкая стоимость топлива формируется АЗС в рамках программ лояльности.

Что касается выбранной стратегии изменения цен, по нашему мнению, она позволяет развиваться производителю и при этом учитывает интересы потребителей. Нас часто спрашивают, почему изменения происходят по копейке. Да, 1 копейка не учитывает изменение всех ценообразующих факторов, но при этом позволяет смягчить влияние изменения цен на экономику в целом и на каждого потребителя в частности. Этот механизм мы применяли в прошлом году, продолжили и в этом. 

Хотела бы также напомнить о том, что цена на нефть для наших заводов дорожает далеко не с этого года: в 2015—2018-м белорусские НПЗ работали в условиях предыдущего этапа налогового маневра. Так, если в 2014-м нефть для производителей стоила около 50 процентов от мировой цены, то сегодня уже близка к 80 процентам. При этом несколько лет стоимость топлива на внутреннем рынке сдерживалась. В результате заводы, которые одновременно производили модернизацию, накопили убытки и ухудшили финансовое состояние. Чтобы НПЗ могли завершить инвестиционные проекты, мы начали с 2018 года постепенно выравнивать цены на нефтепродукты. Сегодня вы видите, что цены не только повышаются, но и снижаются. То есть основной результат реализованной стратегии — создание предсказуемых условий для всех участников рынка. 

— Существующая цена на топливо достаточна для прибыльности НПЗ?

— Зачастую у потребителей складывается впечатление, что НПЗ получают какие-то огромные доходы. У наших заводов это совсем не так. Минимальный уровень эффективности продаж, который позволяет держать баланс (возвращать кредиты и держать приемлемые для потребителей цены), мы определили на уровне примерно 3 процентов. 

Основные составляющие цены на топливо — цена на нефть (а не только котировка нефти), налоговая нагрузка, курс национальной валюты. Однако это далеко не все факторы, которые определяют экономику НПЗ. Ведь при переработке нефти выпускается более 15 видов товарной продукции, а не только бензин и дизельное топливо. Производство нефтепродуктов — это высокозатратное комплексное производство, где задействованы десятки технологических установок. Поэтому и решение о росте или снижении цен на топливо — это результат комплексной оценки ситуации, возможных сценариев ее изменения.

Непростой маневр 

— Белорусские НПЗ приобретают нефть в России. У всех на слуху налоговый маневр. Как отрасль справляется с его последствиями?

— Мы очень серьезно мониторим ситуацию у соседей, поскольку она отражается и на нашем рынке. Напомню, мы закупаем российскую нефть по формуле, в структуру которой включены таможенные пошлины, соответственно, от их изменений зависит и цена на нефть для белорусских НПЗ. Об этом уже не раз говорилось: налоговый маневр ведет к снижению таможенной пошлины и, как следствие, удорожанию нефти для Беларуси. 

Потери от налогового маневра для белорусской экономики за 9 месяцев этого года уже составили около 250 миллионов долларов. Мы выработали комплекс мер по адаптации к этим условиям, рассчитали модель оптимального развития для НПЗ на 2019—2024 годы в условиях выхода на мировую цену на нефть. В процессе расчета этой модели определили оптимальную загрузку мощностей в разных условиях, меры по повышению эффективности экспортных продаж, рынки сбыта. Все эти меры направлены на то, чтобы снизить необходимую для эффективной работы заводов цену на нефтепродукты на внутреннем рынке. 

— Экономический рост после событий с поставками «грязной» нефти у нас замедлился, в январе — августе выпуск продукции НПЗ сократился на 7 процентов в годовом исчислении. Каких цифр ожидаете по итогам года? 

— Действительно, во втором квартале пришлось снизить загрузку мощностей по переработке нефти, тогда поставки нефти трубопроводным транспортом не осуществлялись. Был реализован комплекс мероприятий, и сейчас поставка нефти на НПЗ осуществляется на запланированном уровне. По итогам года она составит 18 миллионов тонн. Переработка нефти до конца года будет осуществляться с учетом складывающейся конъюнктуры рынка и оценки экономических результатов. 


При этом выйти на запланированный объем транспортировки нефти пока не удается. Напомню, вследствие изменения условий хозяйственной деятельности «Гомельтранснефть Дружба», связанных с поставками «грязной» нефти, белорусская сторона инициировала внеплановый пересмотр тарифов: с 1 сентября 2019 года тариф на транспортировку нефти по территории Беларуси повышен на 3,7 процента. К вопросу восстановления недополученной белорусским предприятием выручки мы планируем вернуться при пересмотре тарифов на 2020 год.

— Получается, ситуация подталкивает нас к поиску альтернативных каналов поставок нефти. Президент во время пресс-конференции украинским СМИ поднимал этот вопрос. С кем мы сегодня сотрудничаем, где можем закупать нефть на наиболее выгодных условиях? Почувствуют ли разницу потребители не только в качестве нефтепродуктов, но и в цене?

— Вопросом альтернативных поставок нефти мы занимаемся не первый год. Рассматриваем возможность поставки сырья из стран СНГ, Ближнего Востока, Африки до наших НПЗ как через украинские порты, так и через порты Прибалтики. Транспортные коридоры нам понятны, однако решение будет приниматься только в том случае, если альтернативные поставки будут экономически эффективны. Но обращу внимание: по мере осуществления налогового маневра и сближения цены на российскую нефть с мировой ценой привлекательность альтернативных поставок будет возрастать. 

Что касается вопроса качества, сегодня наши заводы выпускают нефтепродукты, отвечающие всем национальным и международным требованиям, современное технологическое оснащение НПЗ позволяет с запасом выполнять эти требования. Поэтому замена российской нефти на какую-либо другую не повлечет за собой изменения качества топлива. 

В октябре ситуация на рынке нефти стабилизировалась, поэтому цены на заправках остаются неизменными.

Сохранить отрасль

— Почему стоимость топлива на автозаправках, как правило, равна устанавливаемой концерном предельной максимальной цене и не снижается для всех потребителей самими заправками, чтобы увеличить объемы продаж? 

— Розничная цена на топливо включает стоимость его покупки у производителя (у которого нефть составляет более 85 процентов затрат), доставку до места продажи, НДС и маржу продавца. Маржа продавца невелика — в среднем около 8—9 копеек в цене 1 литра топлива, но она необходима, чтобы обеспечить надлежащий уровень безопасности продаж топлива, сервиса, развитие сети АЗС на всей территории страны. 

Государственная отраслевая сеть автозаправочных станций формируется исходя из принципа доступности для всех жителей страны качественных услуг по заправке моторным топливом. Сейчас в каждом районе имеется не менее одной государственной АЗС, принадлежащей ПО «Белоруснефть». И топливо на всех этих заправках стоит одинаково, независимо от расходов по его доставке до АЗС и уровня спроса. Изменение розничных и отпускных цен происходит на одинаковый процент. Поэтому маржа продавца при пересмотре цен на топливо значительно не меняется, и розничные цены на заправках индексируются до предельного уровня.

— Светлана Григорьевна, что бы вы ответили тем, кто упрекает концерн в росте цен на бензин? 

— На концерн возложено регулирование цен на топливо, а значит, и ответственность не только за бесперебойное и доступное обеспечение потребителей, но и за создание условий для развития нефтепереработки в стране. Эти две задачи — основной вектор нашей работы. Если сравнивать цены на топливо в Беларуси и соседних странах, то стоимость на наших АЗС на 30—35 процентов ниже, чем в сопредельных государствах, приобретающих нефть по мировой цене. Разница с российскими ценами в течение года у нас составляла около 10—15 процентов (в России стоимость топлива ниже. — Прим. ред.). Но анализируя, много ли это, стоит вспомнить: топливо дешевле во всех странах, обладающих значительными запасами нефти. Кроме того, при реализации налогового маневра из российского бюджета выделяются значительные дотации переработчикам нефти на удешевление топлива. Эти дотации практически приближают российские НПЗ к условиям работы до начала нового этапа налогового маневра.

Белорусский госбюджет такой возможности не имеет. При этом цена на рынках, куда предприятия поставляют нефтепродукты, должна компенсировать затраты. В противном случае производство нефтепродуктов у нас станет нецелесообразным. А что бывает в странах, не имеющих собственного производства нефтепродуктов, полагаю, многие знают. 

— Что будет главным для нефтехимической отрасли в 2020 году? Какие задачи стоят?

— В следующем году пройдет очередной этап налогового маневра в России, прогноз рассчитывается при котировке 60 долларов за один баррель нефти. Если эта цифра не изменится, цена нефти для белорусских НПЗ вырастет еще на 17,7 доллара за одну тонну. Это один из основных рисков для сохранения конкурентоспособности наших производителей. 

Главная задача на 2020 год — это обеспечение сбалансированного развития белорусской нефтепереработки и нефтехимии. Сейчас предприятия разрабатывают бизнес-планы, конкретно рассчитывают стратегию работы, определяют мероприятия по повышению эффективности, резервы снижения затрат, вырабатывают совместно с торговыми компаниями согласованную стратегию экспорта в условиях усилившихся внешнеэкономических рисков. На основе этих бизнес-планов предприятий будет формироваться ценовая стратегия концерна на ближайший год.

ЦИФРА 

По оценке Министерства финансов, суммарные потери для нашей экономики от проводимого в России налогового маневра в 2019—2020 годах составят 800 миллионов долларов.

konoga@sb.by

Фото предоставлены пресс-службой концерна «Белнефтехим».

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3
Загрузка...