Семнадцать лет – не срок давности...

СОВЕСТЬ убийцу мучила все эти годы, особенно по ночам. Снова и снова приходила в его тревожные сны жертва — светловолосая девушка с милой улыбкой, превращающейся в жуткий оскал смерти. — Не смей меня трогать! Не бей! Убери нож! — выкрикивала она, защищаясь руками, и тут же обагрялась кровью, растворяясь в алеющем мареве, как в тумане. Денис Обручев (имя и фамилия изменены. — Авт.) вздрагивал, просыпался в холодном поту и нервно тянулся за сигаретой. Выкуривал их по нескольку штук, чтобы не заснуть и не оказаться снова в объятиях мертвой красавицы. Иногда она грезилась ему в виде невесты, исчезающей с жутким хохотом со свадебного застолья. И только через много лет, на суде, Денис узнал от родителей погибшей, что убил ее за пару месяцев до свадьбы…

В Витебске ожил «глухарь», связанный с убийством продавщицы жетонов к игровым автоматам

СОВЕСТЬ убийцу мучила все эти годы, особенно по ночам. Снова и снова приходила в его тревожные сны жертва — светловолосая девушка с милой улыбкой, превращающейся в жуткий оскал смерти. — Не смей меня трогать! Не бей! Убери нож! — выкрикивала она, защищаясь руками, и тут же обагрялась кровью, растворяясь в алеющем мареве, как в тумане. Денис Обручев (имя и фамилия изменены. — Авт.) вздрагивал, просыпался в холодном поту и нервно тянулся за сигаретой. Выкуривал их по нескольку штук, чтобы не заснуть и не оказаться снова в объятиях мертвой красавицы. Иногда она грезилась ему в виде невесты, исчезающей с жутким хохотом со свадебного застолья. И только через много лет, на суде, Денис узнал от родителей погибшей, что убил ее за пару месяцев до свадьбы…

ГОРОД наслаждался музыкой «Славянского базара». Тысячи гостей, привлеченные фестивалем искусств, запрудили центр Витебска. Их можно было встретить не только на концертах, но и в магазинах, кафе, у игровых автоматов. Как раз с игорными развлечениями и была связана покойная: она продавала жетоны к игровым автоматам в бывшем кинотеатре «Беларусь».

Денис обычно играл в фойе гостиницы «Ветразь», но, проиграв там в очередной раз, решил сменить невезучее, как ему казалось, место: а вдруг на новом повезет больше? Увы, не повезло и в «Беларуси»: он оставил там последние сбережения. Обозленный на всех и вся, съездил домой, на окраину города, за деньгами и заодно захватил с собой нож. «Если проиграюсь, то хоть напугаю кого-нибудь за обман, — подумал он. — Не автоматы игровые, а железные жулики. Пусть кто-то да ответит за махинации с автоматами!»

Он ехал в трамвае к площади Победы, решительно настраивая себя на роковой поворот событий. Отступать, как он уверился, было некуда. В кинотеатре ситуация повторилась: игровые автоматы забирали все его доходы, пока парень не стал полным банкротом. Последние сбережения, накопленные во время челночных поездок в Россию, осели в ненасытных металлических чревах этих хитрецов, а Денис остался гол как сокол.

В нем все клокотало от обиды и жажды мести. Он уже не опасался быть схваченным за руку многочисленными свидетелями преступления, на которое он настроился еще по пути в кинотеатр. Ему было плевать на всё и вся. Главное — отомстить за обман, издевательство, проигрыш…

ПАРЕНЬ подскочил к девушке-кассиру и выхватил припрятанный в кармане нож. Не говоря ни слова, нанес ей один удар, другой, третий… Кровь из перерезанной артерии брызнула в стороны, алые ручейки побежали по спине, пропитывая легкую кофточку. Он слышал крики и стоны жертвы и где-то на подсознательном уровне понимал, что может быть схвачен в любую секунду. Отпустив еще дергающееся в конвульсиях тело девушки, убийца забежал в помещение кассы, схватил деревянную шкатулку с находившимися там деньгами, дамскую сумочку и бросился наутек. Подгоняемый страхом перед  пустившимися в погоню мужчинами,  он остановил за углом такси, полоснул колючим взглядом по онемевшим в нерешительности прохожим и… приказал водителю ехать.

— Никогда не забуду тот затравленный, полный ярости взгляд, — признается очевидец далеких событий, в то время курсант воинской части МВД. — По нему я сразу его узнал. Тогда думал, что он вооружен и может открыть пальбу по окружающим. Потому и бездействовал. Впрочем, переписал номера и марку такси и сообщил их в милицию.

Но найти убийцу по горячим следам не удалось. Оставшись один, он вытряхнул содержимое деревянной шкатулки. Денег оказалось так мало, что они не смогли перекрыть проигранные накануне сбережения, а «заработанная» сумма не стоила разбойного нападения на человека. Дома Денис заперся в своей комнате и ни с кем не разговаривал. Он был не в духе. Такое случалось с ним после крупных проигрышей, домашние к этому уже привыкли, и никто особо не приставал к нему.

Придя в себя, угрюмый, точно не выспавшийся после тяжкой работы, Денис признался в содеянном брату. Тайну о совершенном Денисом преступлении тот хранил всю жизнь, не обмолвившись об этом ни с родными, ни с друзьями. Не раз он буквально вынимал Дениса из петли, умалчивая о том, почему тот в нее полез.

Только брату было ведомо, отчего Денис периодически уходил в глубокую депрессию и мучительно страдал от нее. Разгадать причины психологического недуга не смогла и первая жена Обручева. Не под силу оказалось это и второй. С первого взгляда, обычный молодой мужчина, довольно деятельный и предприимчивый, однако что-то как будто угнетало его, заставляло впадать в уныние. Психолог, у которого Денис проходил курс лечения, тоже не докопался до истины, так и не понял, почему преуспевающий вроде бы мужчина периодически порывается к суициду. А его пациент, по-прежнему мучимый ночными кошмарами, с замиранием сердца ждал прихода милиции, как ждут знака судьбы. На каждый стук в дверь реагировал болезненно. И наконец раздался тот, которого все эти долгие семнадцать лет он опасался и ждал…

КОГДА в дверь постучали и сказали короткое «милиция», я понял, что это за мной. Объяснять цель прихода мне было не нужно, — признался Обручев следователю.

Кстати, тогда, после убийства, оперативная группа прибыла на место преступления через считаные минуты после полученного сообщения, когда, как говорится, еще не остыл след такси на асфальте. Дотошно опросили всех свидетелей преступления, тщательно осмотрели место трагедии, сняли отпечатки следов и пальцев…

Те «пальчики» со стартовой кнопки игрового автомата, которую нажимал Обручев, и вывели через многие годы на преступника. Когда после дактилоскопирования рисунок кожи с его большого пальца внесли в республиканский банк данных, а заодно сверили с имевшейся базой данных «зависших» отпечатков, связанных с нераскрытыми преступлениями, выяснилось, что замысловатые завитушки Обручева, оказывается, уже имелись в этой базе.  Повторный анализ показал: и те, и другие принадлежат одному и тому же человеку. Обручев признался следствию во всем, по месту жительства его родителей был изъят кухонный нож, которым убийца наносил удары девушке. Оказывается, он забрал его в тот июльский день с собою, отмыл и вернул на место.

— Приостановленное за неимением фигуранта преступления дело вновь достали из сейфа — «глухарь» ожил. Теперь его можно довести до логического конца. А преступление действительно очень серьезное: убийство при отягчающих обстоятельствах из корыстных побуждений.  Совершил его, как теперь выяснилось, молодой человек,  едва достигший совершеннолетия. Теперь это отец двоих детей, воспитывать которых самому придется очень нескоро, — рассказывает сотрудник прокуратуры Витебской области, гособвинитель по данному уголовному делу в суде Алексей Толкачев.

Все эти семнадцать лет Обручев жил как законопослушный гражданин, не привлекавшийся не только к уголовной, но даже к административной ответственности. Правда, от игромании Денис так и не избавился, несмотря на крупные проигрыши, то и дело случавшиеся в его игорной биографии. Жертвуя часть нажитого имущества на покрытие долгов, он снова ввязывался в азартную игру.

— Согласно закону, привлекают к уголовной ответственности за преступления с максимальным сроком давности 15 лет, даже за убийство. Но в данном случае оно произошло при отягчающих обстоятельствах (сопряженное с разбоем — из корыстных побуждений) — посему возмездие неотвратимо, — продолжает Алексей Толкачев. — Я против прекращения дела. И вот почему: преступление, хоть в нем и раскаялся подсудимый, фактически было спланировано; от игромании он так и не избавился, а значит, продолжает быть потенциально опасным для окружающих. К тому же родители жертвы настаивают на строгом наказании убийцы, который на момент совершения преступления мог сознавать последствия своих действий, психическими заболеваниями не страдал.

ОГРОМНАЯ работа, проделанная правоохранителями, практически завершена. Десятки свидетелей опрошены как по горячим следам, так и через семнадцать лет после памятного для витебчан происшествия. Причем работали следователи и с российскими коллегами, не исключая, что «наследили» заезжие гастролеры. Корыстный мотив при совершении тяжких преступлений просматривается довольно часто, но в игровых клубах Беларуси подобные факты случаются крайне редко. Впрочем, сама атмосфера подобных заведений, по мнению Алексея Дмитриевича, нездоровая: здесь собираются одержимые азартной игрой люди, обладающие психическими отклонениями определенной степени. Из безобидного развлечения игровые автоматы превратились в средство наживы, пагубно воздействующее на людей, приводящее к человеческим трагедиям.

Светлана ЗАЛЕССКАЯ, «БН»

 

Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?

Новости
Все новости