Растаял снег — ушли стереотипы

В будущий четверг участники легендарного бит-фестиваля «Минск–68» снова соберутся вместе

Так уж сложилось исторически, что в юном месяце апреле таял не только снег в старом парке, но и многие из прежних табу и стереотипов становились вчерашним днем. Десятилетия спустя одни из этих достижений трансформировались в новое качество, а другие стали чем–то настолько привычным, что уже мало кто помнит, с чего конкретно все начиналось.

Группа «Алгоритмы». Не всем довелось дожить до сегодняшнего дня

Одной «Мармой» связаны

В будущий четверг они снова соберутся вместе, чтобы сыграть свою музыку. Участники без преувеличений легендарного бит–фестиваля «Минск–68», первого не только в Беларуси, а вообще в СССР, который прошел даже раньше знаменитого Вудстока. Конечно, придут не все. Покинувших этот мир музыкантов заменят их молодые коллеги. И встреча состоится не на том же месте в тот же час, не в Минском радиотехническом институте, как 50 и 10 лет назад, а в кафе–клубе «Грай». Этакий скромный ностальгический праздник для своих. Идеи устраивать большой концерт с продажей билетов не было изначально — у дня сегодняшнего другие герои. Да и сама история известна почти в деталях, рассказана на все лады и пережита заново очевидцами и многочисленными интерпретаторами. Даже короткометражка Минской студии хроникальных и научно–популярных фильмов под названием «Маршрут № 13», попавшая на полку после подавления «пражской весны» и позже будто бы официально уничтоженная, давно выложена в интернет. Вместе с архивными записями группы «Алгоритмы», которую тогда сам Борис Райский, председатель фестивального жюри, назвал лучшей. Но все же есть повод отметить круглую дату — ровно полвека назад белорусская рок–музыка, создававшаяся на самодельных гитарах, стала признанным явлением.

Артефакт нашего первого бит-фестиваля
— Если вы внимательно посмотрите фильм о фестивале, заметите, что одна и та же гитара передается из группы в группу, — обращает внимание дирижер и коллекционер Владимир Митряев, участник первого минского бит–фестиваля. — Эта немецкая «Марма» принадлежала вокалисту «Алгоритмов», студенту из Венгрии Лэнхарду Томасу. Хотя и другие инструменты у них были достойные — для своей самодеятельности радиотехнический институт покупал только заграничные гитары.

Первый советский фестиваль самодеятельных бит–ансамблей посвящался 50–летию Советской Белоруссии и ВЛКСМ. Организаторы — профком МРТИ и редакция институтской газеты «Кибернетик» — опасались, что не наберется и пяти ансамблей. Заявилось 15. В итоге провели три конкурсных концерта: кроме вузов, своих музыкантов прислали ЦУМ, Институт физики и полупроводников Академии наук БССР, завод имени Орджоникидзе и «Белгипросельстрой». Игорь Лученок сидел в жюри, Владимир Мулявин — всего лишь в зрительном зале. Это было действительно яркое событие, но не настолько скандальное, каким оно стало выглядеть годы спустя. Тюремным заключением все закончилось только для одного участника, накануне укравшего гитару в филармонии. И вопреки распространенному мнению второй фестиваль не разогнали — он состоялся три года спустя.

— Второй бит–фестиваль проходил под контролем горкома комсомола, а в жюри я пригласил Сергея Кортеса, — вспоминает организатор события композитор Владимир Кондрусевич. — Все было достаточно ровно, местами даже вяло, и к финалу второго дня наша группа «Пане–браце» решила исправить ситуацию, спеть какую–нибудь забойную песню. Правда, своего ударника у нас не было, и мы позвали Игоря Коростылева (сейчас он отец Игорь). После первого же куплета песни группы Creedence Clearwater Revival «Мисс Молли», когда в зале раздался свист и топот в нашу поддержку, а с потолка свесились головы студентов, забравшихся на чердак через вентиляционные окна, на сцену ворвался представитель ЦК партии и собственноручно задернул занавес. На следующий день меня исключили из консерватории.

Благодаря заступничеству друзей и преподавателей Владимира Кондрусевича в ряды студентов вернули почти так же быстро. Весь Советский Союз уже заслушивался «Песнярами», которые тогда же выпустили свой первый диск–гигант. Времена менялись. Однако словосочетание «бит-фестиваль» больше никогда не звучало.

Жванецкий в парке Челюскинцев

В апреле 1978–го в Минске прошел первый вечер «для тех, кому за 30». Посмотреть слайды из солнечной Болгарии и послушать Михаила Жванецкого, который специально к этому событию прислал в Минск свою магнитофонную запись, в парке Челюскинцев собрались 600 человек. 7–рублевые билеты разошлись менее чем за два дня. О том, что пора бы перенять опыт рижских культработников, в Минске говорили давно. Позаботиться о досуге «тех, кому за 30» городские власти обещали сразу же после завершения ремонта Дворца культуры Белсовпрофа. Но не раньше 1980 года. Энтузиасты из парка Челюскинцев, решив ковать железо, пока горячо, взяли инициативу в свои руки. Накануне первой встречи поколения 30–летних можно было купить квиток на один вечер или сразу абонемент на 4 — 5 посещений. Состоящим в браке билеты не продавали.

Свой новый сезон танцплощадка парка Челюскинцев откроет 21 апреля. После капремонта любимое место отдыха разных поколений по–прежнему ждет тех, на кого места традиционного досуга не рассчитаны. Красивые пожилые люди снова смогут вспоминать здесь танцы своей молодости каждую субботу и воскресенье. Как утверждает начальник культмассового отдела Лидия Вежновец, проводить такие вечера в парке могли бы и чаще:

— Однако встречаться в будние дни наши пенсионеры не готовы. Мы им предлагали, но встретили дружный протест — оказывается, все они очень активные и занятые люди.

Даже в конце жизни Валентин Рябцевич не освоил компьютер. Говорил о себе: «Я человек не из этой эпохи»

Бесценный подарок

О первом фестивале «Минск–68» тогда написали все молодежные газеты и «Голос Родины». В россыпи гитарных риффов затерялись события не столь экстраординарные. Первый концерт с симфоническим оркестром БССР школьника–вундеркинда Игоря Паливоды, позже сыгравшего значительную роль в укреплении славы «Песняров». И первая нумизматическая выставка на основе коллекции Валентина Рябцевича, с которой начиналось создание нумизматического кабинета БГУ.

Валентин Рябцевич, кумир нумизматов и коллекционеров далеко не в одной лишь Беларуси, однажды просто принес и оставил историческому факультету БГУ, где преподавал, все свои старинные монеты. Почти 8 тысяч, без расписки. На покупку единственного талера он мог потратить всю свою стипендию, и сердобольные хранительницы Эрмитажа, где Рябцевич учился в аспирантуре, носили ему из дома еду. Но вслед за своим учителем, основателем советской нумизматики Иваном Спасским, укрепившись в мысли, что такие ценности должны быть только в музее, он объявил войну всем барыгам, копателям, а заодно и коллекционерам. И много лет вел ее почти в одиночку, возвращая в музейные собрания клады и отдельные артефакты.

21 апреля танцплощадка в парке Челюскинцев откроет новый сезон
фото БЕЛТА

— Такой, как у нас говорят, «апантанасцi» я больше ни у кого не встречала, — Ирина Колобова, сестра Валентина Рябцевича, вспоминает его 12–летнюю борьбу за «пояс Витовта», сегодня одну из наших самых ценных музейных достопримечательностей. Проигрывая судебные тяжбы у влиятельных владельцев раритета, срывая аукционы, Валентин Наумович заработал репутацию чудака, но добился–таки, что решением Верховного Суда «пояс Витовта» был передан в собственность государства. В последний год своей жизни он увлекся темой раннелитовских монет, хотя материала для изучения тогда было мало. Возможности увидеть деньги Великого Княжества Литовского в нумизматическом кабинете БГУ нет до сих пор, однако в частных коллекциях они имеются. Сегодня БГУ рассчитывает приобрести для своей нумизматической коллекции несколько таких монет с помощью краудфандинга. До завершения проекта осталось еще почти две недели.

cultura@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
ТЕГИ:
Загрузка...
Новости