«Распаханное поле зависит от распахнутой души»

НА ПРОБЛЕМУ помощи сельчанам в обработке приусадебных участков пенсионеры деревень Высокое и Трубичино Смолевичского района, обратившиеся в редакцию «Белорусской нивы», и представители местной власти смотрят по-разному. Заявители пишут, что доведены до безысходности равнодушием сельских чиновников к их нуждам. Председатель Усяжского сельского исполнительного комитета Владимир Лютко утверждает: не надо сгущать краски, а со своим наболевшим необходимо было обращаться к нему. Так почему же люди вначале не пришли в сельсовет?

Сгущают ли краски пенсионеры Смолевичского района и почему не соизволил встретиться с журналистом «БН» директор местного райагросервиса Михаил Кононенко?

НА ПРОБЛЕМУ помощи сельчанам в обработке приусадебных участков пенсионеры деревень Высокое и Трубичино Смолевичского района, обратившиеся в редакцию «Белорусской нивы», и представители местной власти смотрят по-разному. Заявители пишут, что доведены до безысходности равнодушием сельских чиновников к их нуждам. Председатель Усяжского сельского исполнительного комитета Владимир Лютко утверждает: не надо сгущать краски, а со своим наболевшим необходимо было обращаться к нему. Так почему же люди вначале не пришли в сельсовет?

С ЕВГЕНИЕМ Петровичем Зелёнкиным, одним из авторов письма из деревни Высокое, мы встретились буквально во дворе административного здания сельсовета. Узнав, каким автобусом я прибываю в Усяж, мужчина решил идти к главе местной власти вместе с журналистом. Для большей убедительности пригласил на эту встречу старосту деревни Трубичино Елену Ивановну Загорулько. Чтобы прямо в кабинете председателя провести с ним своеобразную «очную ставку». Сам Евгений Петрович родился в Минске, там же и работал, но вот уже 18 лет, как живет в деревне. Некоторое время, уже на пенсии, трудился бригадиром в местном колхозе. Его дочь обосновалась в России. У нее нет возможности навещать отца так часто, как хотелось бы обоим. А для Зелёнкина смолевичская земля стала родной, он считает себя полноправным сельским жителем.

Согласитесь, для сельчанина земля больше, чем средство жизнеобеспечения. Это его уклад жизни, даже судьба. Подворье скромному пенсиону неплохое подспорье. Евгений Петрович, к примеру, держит птицу. Для деревенского жителя по ту сторону шестидесяти посильный труд на своем огороде — еще и способ забыть о болячках.

«ПОКА мы двигаемся, мы могли бы что-то выращивать, производить…» — пишут пенсионеры. Но «каждый год приходится ломать голову, как вспахать, посеять, посадить и убрать! Не каждому и не всегда это удается сделать, и зарастают участки бурьяном».

Например, сколько ни просила Нина Борисовна Нехайчик из Трубичино запахать часть ее земельных угодий, которые ни сама хозяйка, ни ее сыновья уже не в силах обрабатывать, или хотя бы обкосить, высохшие прошлогодние сорняки в рост человека и поныне подступают к ее грядкам. А рядом поля сельхозорганизации. «Пусть забирает землю райагросервис, я согласна. Не дай бог, сейчас кто-то спичку бросит», — беспокоится женщина. Правда, часть огорода все же была засеяна хозяйством, а другая так и осталась пустырем, хотя трактористу не составило бы труда обработать весь участок: доступ к нему свободный.

«Мы владеем ситуацией. Сельсовет проводит инвентаризацию заброшенных участков, и такая работа будет продолжаться», — говорит Владимир Лютко и в доказательство своих слов подсчитывает, сколько гектаров вовлекли в хозяйственный оборот. За прошлый и нынешний год получилось в общей сложности около шестидесяти. Эти площади находятся во временном пользовании у хозяйств, а на территории сельсовета их три. Но еще заросших быльем полосок много. Вместе с тем выделить дополнительный надел в аренду тому, кто может и хочет на нем работать, нельзя. Сельсоветы обязали сделать генплан каждого населенного пункта, в котором указать, где отведена земля под застройку, где — для ведения личного подсобного хозяйства. Но один гектар топографической съемки стоит около 10 миллионов рублей. Где взять, скажем прямо, немалую сумму для составления генеральных планов всех деревень, когда территория сельсовета — почти треть района?

«РАЙАГРОСЕРВИС не хочет оказывать нам техническую помощь в обработке земли и уборке урожая», — высказывают в письме свою обиду пожилые люди.

В прошлом году Евгений Зелёнкин попросил директора Смолевичского райагросервиса Михаила Кононенко выделить технику, чтобы под зиму запахать посеянную на его участке масличную редьку. Заметим, не бесплатно. Пенсионер готов был внести причитающуюся сумму в кассу ОАО.

Кононенко пообещал помочь, поручив главному агроному хозяйства при возможности направить трактор на сотки Зелёнкина. Договоренность была устная, и два с половиной месяца человека преклонного возраста, инвалида, водили за нос: то другие диски подцеплены, то не в том районе пашет трактор, то и вовсе его нет. Хотя в Трубичино, рядом с Высоким, утверждает Евгений Петрович, техника райагросервиса работала с болотными дисками, которыми он и просил обработать свой участок.

Пообещал руководитель и тонну зерна выписать. Но больной мужчина не смог добраться до конторы, чтобы написать соответствующее заявление. Десять километров даже для здорового человека — путь не близкий. А с травмированной ногой вообще непреодолимый. Общественный транспорт из Высокого до деревни Кривая Береза, где расположен офис предприятия, не ходит. По телефонам пообещавшие помочь директор и агроном не отвечали.

Кстати, не отозвался руководитель Смолевичского райагросервиса и на звонки корреспондента, хотя накануне был предупрежден работниками райисполкома о его визите. Так что я не смогла выслушать его доводы. И узнать взгляд на порядок приема заявлений граждан об оказании помощи. Процедура же такая, словно просят люди не трактор, чтобы вспахать огород, а миллионный кредит в банке: написав заявление, надо подписать его у директора. Но прежде его еще необходимо дождаться, ведь не всегда бывает на месте. А вообще, как мне сказали в сельсовете, к руководителю райагросервиса подход нужен особый. Найти ключ к его «загадочной душе» осенью прошлого года Евгению Зелёнкину так и не удалось, и масличная редька перезимовала, а по весне ее «джунгли» пришлось сжигать, чтобы «влезть» на участок.

— Неужели бабки, которым по 70—80 лет, должны идти в райагросервис, писать заявление, получать разрешение директора в виде его резолюции на прошении, а потом только нести в бухгалтерию и после оплаты ждать, когда к ним приедет трактор. Так и за день не управишься, — возмущается Елена Ивановна Загорулько, побывавшая в роли просителя в разных инстанциях не один раз. — Неужели нельзя организовать прием заявлений по телефону? Или прямо по месту жительства. А по весне и осенью выделять трактор для обработки личных подворий, как и летом комбайн для уборки зерновых? Вот вы, Демьянович, называли бы нам день, когда в деревне ждать вспашки участков, хозяева которых подали заявки, чтобы не обивать всем пороги разных кабинетов…» — предложила Елена Ивановна председателю сельсовета. И в этом есть доля разумного. Установить такой порядок несложно. Да и пример подобный есть — по обеспечению сельчан топливом, предоставлению комбайнов.

Кстати, Елену Загорулько, как старосту деревни, часто допытывают и дачники: «Где взять технику?» Она только разводит руками. Сама купила электроплуг и нарезает им несколько грядок.

СЕЙЧАС жители деревень начали копать картошку. И опять каждый хозяин идет с челобитной в организацию, где имеется копалка. Или к владельцу лошади, заранее закупив «сорокаградусной валюты». Выручают частные фирмы, предприниматели. Хотя и берут дорого — разогнать сотку картофеля стоит около 30 тысяч рублей. А некоторые вообще отказываются оказывать такую услугу.

— Ни один приусадебный участок с зерновыми не остался неубранным, — заверил председатель сельсовета и сразу предупредил пришедших со мной на прием пенсионеров: «Что касается картофеля, то на райагросервис можете не рассчитывать. Там нет нужной техники».

А на кого рассчитывать, так и не сказал. Что означало — «договаривайтесь сами». Так стоило ли приходить в кабинет сельской власти?

Пообещал председатель помочь с покупкой зерна. Оказывается, это тоже проблема. У частников покупать дорого. Например, в прошлом году тонна фуражной пшеницы стоила 1 миллион 700 тысяч рублей, намного дороже, чем цена госзакупки. И в этом году фермер «заломил» высокую цену. Поинтересовался Евгений Зелёнкин ценой на пшеницу в райагросервисе, по которой там могут продать фураж сельским жителям. Оказалось, более чем по 2 миллиона за тонну.

Так можно все же или нет организовать продажу зерна со скидкой хотя бы для пенсионеров, которые многие годы трудились в колхозе (после реорганизации хозяйств уже даже не знают, «чьи они пенсионеры»), по льготной цене выделять технику для обработки их участков?

ЗА ОТВЕТАМИ на эти и другие вопросы опять вместе с Еленой Загорулько и Евгением Зелёнкиным мы отправились в Смолевичский райисполком.

Марина КЛЮЕВА, управляющая делами Смолевичского райисполкома:

— Государство много внимания уделяет нетрудоспособным гражданам, в том числе и пожилым людям. Обработка приусадебных участков — на контроле в органах власти. Но не всегда получается так, как хотелось бы. Создание специализированных бригад для этих целей, по моему мнению, нецелесообразно, так как их услуги будут дорогими, пенсионеры просто не смогут покрывать затраты на содержание техники и штата. Самый разумный выход — совместная работа сельского Совета и той базовой организации, на территории которой живут люди. Есть несостыковки, но там, где хорошо работают сельские Советы, такие проблемы возникают редко. В нынешнем году сельскохозяйственными организациями района закуплено 4 трактора именно для обработки участков. Проблему мы видим. Будет организовано рабочее совещание по обсуждению ее с руководителями сельисполкомов и хозяйств.

Павел ГРАФУТКО, начальник отдела идеологической работы Смолевичского райисполкома:

— Было бы разумно принимать заявки от населения по телефону. Но здесь надо понимать: не всегда у хозяйства есть свободная техника, которую можно выделить гражданам. Многое в этом вопросе, конечно, зависит и от человеческого фактора.

И прежде всего от руководителя. Его желания взвалить на себя груз дополнительных забот. Пенсионеры деревень Трубичино и Высокое предлагают даже издать постановление, обязывающее чиновников «по приемлемым ценам оказывать техническую помощь и обеспечивать кормами для содержания на подворье живности». Чтобы исключить этот самый фактор. Ну а если рассуждать просто по-человечески, то распаханное поле зависит от распахнутой души.

Елена КЛИМОВИЧ, «БН»

От «БН». Пока статья готовилась к печати, выяснилось: директор Смолевичского райагросервиса Михаил Кононенко и председатель Усяжского сельского исполкома Владимир Лютко приежали к Евгению Зеленкину. Однако вопросы  обработки частных наделов в организованном порядке, продажи зерна по доступным ценам так и остались нерешенными. Собрания как такового никто в деревнях Высокое и Трубичино не проводил. Правда, участки сельчан с зерновыми все же убрали. Редакция «БН» ждет конкретного ответа от Смолевичского райисполкома.

 

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?