Минск
+7 oC
USD: 2.06
EUR: 2.26

Что делать, если буквы суетятся, как муравьи: как живут люди, страдающие дислексией

Работа над ошибками

Не поддающееся счету число орфографических и пунктуационных ошибок в одном предложении — это результат пренебрежительного отношения к учебе или нейрофизиологические особенности человека? Последний отчет Всемирной ассоциации дислексии говорит: от 17 до 22 процентов населения Земли живут с этой особенностью. Люди с подобным нарушением путают буквы, переставляют местами слоги, испытывают трудности при чтении и письме. У таких детей, разумеется, бывает плохая успеваемость в школе. Корреспондент «Р» узнала, как люди, страдающие дислексией, справляются со своими сложностями и чем им можно помочь.

Другое прочтение проблемы

Чуть больше полутора лет назад в стране начал свою деятельность проект «Дислексия Беларусь». Цель его — привлечь внимание людей к проблемам, связанным с трудностями обучения детей. Считается, что при надлежащем подходе в 90 процентах случаев ситуацию можно если не исправить, то заметно на нее повлиять. Впрочем, сильные духом люди могут достичь хороших результатов и с дислексией. Пример тому — истории трех девушек: Мария Погорелова ведет свой блог в одной из социальных сетей, Юлия Лейдик фотографирует, а Екатерина Прус-Анискович создает авторские украшения. На встречу с ними пришли дети, непохожие на остальных, и их родители.

Мария Погорелова.
Маша Погорелова всегда знала, что хочет вести свой фэшн-блог. Однако ей было трудно начать, ведь она не могла писать без ошибок.

— Я писала что-то для блога, потом удаляла, плакала, потом писала снова, — вспоминает Маша. — На тот момент я нашла решение: просила близких читать мои тексты и исправлять ошибки.

Маша признается: если она находится на эмоциональном подъеме, то не может писать вообще. Например, если ее впечатлил модный показ, то сразу после события создать хороший текст не получится. Приподнятое настроение будет подгонять ее вперед, заставляя пропускать буквы, слова и даже целые куски предложений.

— Иногда я пишу первую часть предложения, а концовку просто упускаю, хотя в голове она у меня есть. Когда в соцсетях начинают писать негативные комментарии, я стараюсь абстрагироваться. Говорю сама себе: это всего лишь текст.

Юля Лейдик тоже столкнулась с открытой критикой в соцсетях: в комментариях ей постоянно указывали на ошибки, откровенно смеялись. Тогда она решила быть честной со своими подписчиками и рассказала о дислексии:

Юлия Лейдик.
— Когда я написала пост о том, что у меня дислексия, люди начали ко мне относиться с пониманием. Сейчас я уже перестала стесняться своих ошибок.

«Бухет на вокзале»

Маша узнала о том, что у нее дислексия, уже когда заканчивала учебу в университете. В начальной школе учителя относились к ней с пониманием, не акцентировали внимание на промахах. Однако в старших классах все стало гораздо сложнее:

— Один раз за меня сочинение написала мама, но я все равно получила 3 балла, — улыбается Маша.

Катя Прус-Анискович в школе и университете переводила текст в схемы, которые облегчали процесс запоминания:

Екатерина Прус-Анискович.
— Я любила русскую литературу. Мой преподаватель помог мне подготовиться к экзамену, который я сдала на 10. В университете больше запоминала на слух, рисовала таблицы и схемы. Сейчас понимаю, что все возможно благодаря любви родителей.

В университете у Маши всегда было много маркеров, цветных ручек: она могла запоминать только визуально.

— Я могла не помнить какое-то правило, но при этом с легкостью рассказывала, как выглядела страница с этим правилом. В университете я уже лекции не записывала: научилась запоминать на слух.

Маша вспоминает, что в школе никогда не могла читать на скорость. Если и читала быстро, то меняла окончания: ей казалось, что так будет красивее. Домашнее задание делала по шесть часов, в то время как ее ровесники справлялись за два.

— Вспомнила забавный случай в школе. Вместо «буфет на вокзале» я писала коронное «бухет на вокзале». Это очень смешно, и таких моментов было много.

Маша говорит, что пока школьная система не признает проблему дислексии, поэтому она перестала себя оценивать с этой точки зрения. Такой же совет она дала и присутствующим родителям:

— Жизнь весьма многообразна. Посмотрите: Юля — фантастический фотограф. Она видит мир по-другому, ее снимки наполнены смыслом. Катя делает потрясающие украшения, которые вообще ни на что непохожи. Люди с дислексией никогда не сдаются: они понимают, что добиться хорошего результата можно только упорным трудом. Они привыкли прилагать больше усилий, делать много попыток. Наверное, в этом их сила.

Девушки считают, что самое важное для родителей — любить и поддерживать своего ребенка. Тогда ему гораздо проще научиться жить с дислексией и принимать свои особенности.

КОМПЕТЕНТНО

Валерия БОБКОВА, инициатор создания проекта «Дислексия Беларусь»:

— Есть определенные особенности, из-за которых у ребенка бывает плохая успеваемость в школе, он с большим трудом учится читать или ужасно пишет, а бывает и то, и другое. Это не лень или небрежное отношение к учебе, а конкретные нейрофизиологические особенности, которые в 90% случаев можно успешно скорректировать.

В классификаторе Всемирной организации здравоохранения есть такой блок, как «трудности обучения». Это очень широкое понятие, которое включает в себя в том числе дислексию и связанные с ней трудности обучения.

В Беларуси нам не удалось найти открытую статистику людей с дислексией и связанных с ней особенностей обучения, поэтому в своей деятельности пока мы можем ориентироваться только на данные Всемирной организации дислексии.  

МНЕНИЕ В ТЕМУ

Анна ЕВСТИГНЕЕВА, учитель-логопед:

— Дислексия — понятие психолого-педагогическое, поэтому поддается именно педагогической коррекции. Существует несколько форм дислексии, поэтому и методики подбираются разные: при нарушении зрительного восприятия — одна, в случае нарушения слухового — другая.

Дислексия и дисграфия — это нейрофизиологическое состояние. Способствует его появлению множество факторов, например течение беременности и родов, цепочка заболеваний, перенесенных в младенческом и раннем возрасте, черепно-мозговые травмы, двуязычие в семье и другие.

Коррекционная помощь оказывается детям только в начальной школе. Дислексия встречается у 10 процентов нормотипичных детей, у 63 процентов детей с интеллектуальной недостаточностью, у трети детей с трудностями в обучении и приблизительно у половины детей с ДЦП. Если говорить о дислексии без сопутствующих заболеваний, то подавляющее большинство детей учатся в общеобразовательной школе и лишь десятая часть — в специальной речевой.

При самостоятельной работе дома не следует заставлять ребенка читать сложные и длинные тексты. Родителям нужно принимать тот факт, что их ребенок не ленится, а в прямом смысле не может читать, ему сложно овладеть этим навыком. Существует множество пособий, которые в игровой форме помогут детям улучшить навыки чтения и письма.

Самая большая проблема для родителей и ребенка — взаимодействие с учителями. Сегодня учащихся с дислексией оценивают по общей системе, однако это неправильно. Преподавателям нужно уметь отличать грамматические ошибки от спе­цифических.

Дети с дислексией и дисграфией очень изобретательны, они умело находят нестандартные решения. Родителям следует показать ребенку, что у него есть свои сильные стороны: например, он может быть лидером в классе, хорошо танцевать и так далее.

Татьяна СЕМЕНКОВА.

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...