«Преступники сами в наручники не идут. Приходится помогать»

ОДИН из начальников РОВД подсчитал: чтобы участковый инспектор выполнил все, что предписывают ему нормативные документы, в сутках должно быть двадцать шесть часов. Столько обязанностей у этих сотрудников милиции. Не доставляет особого удовольствия и общение с пьяницами, хулиганами, судимыми, самогонщиками. Дмитрий МАЦКЕВИЧ уже более восьми лет в органах внутренних дел. Три года работал «на земле» — так говорят об участковых. Сейчас назначен старшим инспектором отделения охраны правопорядка и профилактики Крупского РОВД, одного из лучших в области. В этом году победил в республиканском конкурсе профессионального мастерства. Неоднократный призер областных соревнований по боевым единоборствам. Как лучшему участковому страны удается «растянуть» сутки?

За что лучший участковый страны любит сериал про полковника Шилова и есть ли в Крупках оборотни в погонах?

ОДИН из начальников РОВД подсчитал: чтобы участковый инспектор выполнил все, что предписывают ему нормативные документы, в сутках должно быть двадцать шесть часов. Столько обязанностей у этих сотрудников милиции. Не доставляет особого удовольствия и общение с пьяницами, хулиганами, судимыми, самогонщиками. Дмитрий МАЦКЕВИЧ уже более восьми лет в органах внутренних дел. Три года работал «на земле» — так говорят об участковых. Сейчас назначен старшим инспектором отделения охраны правопорядка и профилактики Крупского РОВД, одного из лучших в области. В этом году победил в республиканском конкурсе профессионального мастерства. Неоднократный призер областных соревнований по боевым единоборствам. Как лучшему участковому страны удается «растянуть» сутки?

— Главное, мне нравятся моя работа, наш коллектив. Тем более когда видишь уважение и благодарность людей. Не все могут работать в милиции. Нужны определенные психологические качества, выдержанность, умение общаться.

— А за что благодарят?

— Матери — что направил на путь истинный сыновей-пьяниц. Благодарят, особенно жены, что избавил от семейных тиранов, что приструнил соседа. У участковых вроде мелкие вопросы, но их — огромный вал. За все, что произошло на твоем участке, в ответе. Находим украденные вещи. Недавно вот угнали «Жигули». Как раз в мое дежурство поступило сообщение. Двое подвыпивших парней решили подъехать домой. Один из них плохо водил машину. Въехал в бордюр, остановился и не сумел снова завести. А тут и мы с замначальника отдела подоспели.

— Признаюсь, из-за меня однажды вызывали милицию. Нужно было в районной поликлинике поставить печать на больничном листе мужа, которому сделали сложную операцию и он уехал в Аксаковщину на реабилитацию. Без паспорта, который, естественно, находился при нем, это сделать отказались, несмотря на то, что врачи, выписавшие листок нетрудоспособности, заверили его своими подписями и личными круглыми штампиками. За помощью я обратилась к заместителю главврача. Чиновница даже слушать не стала: «Не положено». Ну я, в свою очередь, попросила объяснить, почему, на основании чего? Слово за слово, инструкцию Минздрава все же принесли — документ объемом чуть ли не в половину «Войны и мира», и чиновная дама издевательски сказала: «Изучайте». Я села читать труд уважаемого ведомства в ее же кабинете. Чтобы избавиться от моего присутствия, она вызвала наряд. Как бы вы среагировали в данной ситуации? Чью сторону заняли?

— Скажу сразу, что состава какого-то правонарушения в ваших действиях не было.

— Да? Но когда зашли парни в форме, сердце все же екнуло.

— Я постарался бы разобраться в сути конфликта, избежать его продолжения. Стороны, как правило, видят дело по-разному — это, собственно, и создает почву для столкновения. По крайней мере, один из двоих воспринимает ситуацию как проявление недружелюбия, неправоты другого участника. Прежде всего «разъединил» бы вас, чтобы друг другу больше нервы не портили. И, конечно, побеседовал бы с заместителем главврача. Она как должностное лицо обязана все разъяснить, а не накалять обстановку.

— К сожалению, вас там не было. Столичные стражи порядка не стали особо вникать: говорят, не положено, значит, не положено, покиньте помещение. И никого не интересовало, что мне придется потратить еще один день на такую формальность. Вас часто вызывают по надуманным поводам?

— Часто. Но стараюсь не быть бездушным бюрократом. Особенно, когда разбираешься в семейных делах. Иногда, действительно, супруг жизни не дает, каждый день дебоширит. И чаще заступаешься за слабый пол. Но есть такие женщины, которые целенаправленно «сдают» мужей, даже если они ничего не совершают. Поэтому надо детально вникать в каждом случае. Везде причины конфликтов разные. В них втягиваются и дети. Приходится спрашивать их мнение.

— В Вилейском районе есть даже «рекордсменка» по вызовам милиции к своему мужу — 36 раз за год. За ложный вызов ведь положено наказание?

— «Любителей» набирать 02 хватает в каждом районе. Но чаще оснований для привлечения их к ответственности нет. Приезжаем — все тихо. Он говорит одно, она другое. Поди, разберись. Конечно, это кусок отнятого времени, горы исписанной бумаги. Некоторые без милиции жить не могут. Им даже нравится на кого-то пожаловаться. У стариков могут быть мании.

— В сериалах про ментов правду показывают? Кстати, вы любите их смотреть?

— Да. Конечно, не изо дня в день, времени нет. Бывает, одну серию выхвачу, если делаю что-то по дому. Нравится фильм про Шилова, которого играет актер Устюгов. Правдиво все.

— Но там показаны и оборотни в погонах. Они есть в ваших рядах?

— Знаете, кто снимает эти сериалы, им же надо привлечь зрителей. У нас работа в общем-то рутинная. Если снять, как в жизни, никто смотреть не будет — неинтересно. Поэтому сюжет и закручивают, чтобы там был круговорот событий, от которого хватались бы за головы. Чтобы и про хороших полицейских, и про плохих. Кстати, сценарий этого фильма писал полковник ФСБ, и там приведены некоторые реальные истории, взятые из его практики. Россия — страна большая, там действительно сложно наводить порядок, в том числе и в рядах полиции. У нас легче. У нас сотрудники милиции, я считаю, порядочнее, более ответственные. Больше и контроля.

— Но вам приходилось участвовать в погонях, сидеть в засадах и так далее, от чего голова кругом идет?

— Всякое бывало. Наши нарушители закона часто подаются в бега в Россию, благо что рядом. Но иногда объявляются дома. Молодежь тянет на танцы, там их и задерживаем. Естественно, убегают, устраивают драки. Сами же в наручники не идут. В основном, конечно, с криминалом борются оперативные работники, нам достаются мелкие хулиганы, пьяная молодежь.

— Оружие применяли?

— Слава Богу, не было таких ситуаций. Удается задерживать хулиганов с помощью физической силы или специальных средств. Надеюсь, и дальше будем справляться приемами самообороны. Пистолет же должен применяться в крайних случаях. То, что мы не стреляем, хорошо. Это значит, в районе все в порядке. Хочу отметить, что с 2006 года в Крупском районе количество зарегистрированных преступлений уменьшилось вдвое. Семьдесят процентов злодеяний составляют кражи. Половина из них происходит путем свободного доступа.

— Навыков стрельбы не потеряли? Сколько выбиваете в тире из пистолета?

— Сорок два из пятидесяти, но это на соревнованиях, там волнуешься. А в тире, который мы посещаем постоянно, и сорок шесть выходит.

— Дима, в нашей газете идет дискуссия по поводу легализации самогона. Может,  проще разрешить изготавливать домашний напиток, чем тратить силы и время на борьбу с самогонщиками?

— Не могут люди, с которыми мы имеем дело, создать такие условия, чтобы производить нормальный напиток. Это дорогостоящее занятие. Надо соблюдать определенные технологии. Наш контингент никогда этого делать не будет. А кто хочет народным качественным «херши» угощать гостей, предположим, в агроусадьбах, никто ведь не препятствует. Вот у нас в «Дудинках» хозяин получил лицензию. Там небольшая бутылочка стоит семьдесят тысяч. Кто ее будет покупать? Конечно же, не пьяницы. Мы боремся для того, чтобы люди не умирали от всякого пойла.

— Ну, заплатит штраф, а потом его «отработает» новой партией бормотухи… Может, в тюрьму их за такие деяния?

— Нет. Мера наказания должна соответствовать содеянному. Люди же сами купили самогонку. Это их трезвый выбор. Кстати, покупка тоже является правонарушением. Штрафы же предусмотрены крупные. Так, за 30 литров самогонной браги гражданке, которая впервые привлекалась, суд назначил 600 тысяч рублей. Если повторно в течение года попадет в суд, то может заплатить и миллион, и миллион двести.

— Кто сдает самогонщиков?

— Разве мать или жена, у которых пьют муж и сын, будут молчать? Конечно, подскажут координаты точки, куда не зарастает народная тропа. Второй путь — узнаем при расследовании других дел. Ведь большинство преступлений совершаются в состоянии алкогольного опьянения. Бывает, выезжаешь по адресу, а там еще и не все допито. По запаху сразу и определишь. Кто-то шепнет адресочек.

— А вы видите результаты своих усилий?

— Да. Все зависит от работы участкового инспектора. Раз в месяц внезапно надо заглядывать в места, где живут уже ранее привлекаемые за «подпольное» дело. Прикрыл несколько точек. Изъято 127 литров браги и самогона.

— В спину, видимо, звучали «праклёны»?

— Сотрудники милиции не обходятся без угроз. Нас «увольняют» чуть ли не ежедневно.

— Вот вы сказали: шепнет кто-то. У вас также есть свои осведомители?

— Есть у оперативных работников. Раньше, кстати, у участкового были официальные доверенные лица, почти, как у оперов. Он мог даже с ними выпить в рабочее время для душевной беседы. Сейчас запрещено. Но круг лиц, к которым мы несколько лояльны, поддерживаем с ними нормальные отношения, конечно, имеется.

— А насколько критично надо относиться к их информации? Ведь в основном это асоциальные типы.

— Только по одной информации никакого решения не принимается. Она проверяется. Просто так никто никого не привлечет к ответственности. Однажды при проведении проверки пришлось беседовать со всеми, кто в один из вечеров находился в кафе «Бистро» — рядом избили мужчину. Жильцы соседних домов ничего не видели и не слышали, а надо устанавливать личность хулигана. Начал опрашивать сразу девушек, с ними легче установить контакт. Они все и рассказали.

— Умеете находить подход к слабому полу? Значит, на личном фронте все в порядке?

— Пока не женат, но любимая девушка есть.

— За работой некогда оформить отношения?

— В наше время двадцать восемь лет — еще не критичный возраст для начала семейной жизни. Надо проверить отношения, это ведь очень ответственный шаг. Даже если проходит любовь, в семье должны оставаться доверие, дружба, привязанность, чувство ответственности друг перед другом.

— Дима, спасибо за откровенность. «Сельская газета» желает вам успехов.

Елена КЛИМОВИЧ, «СГ»

Фото автора

 

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?