Минск
+5 oC
USD: 2.57
EUR: 2.78

«Мисс экстравагантность мира» Инга Булицкая помогает воспитанникам детских домов поверить в себя

Поверь в себя

Подранки — так называют воспитанников детских домов. Эти дети рано получают удар судьбы. И тем ценнее их жизненные победы. Но, увы, многие так и не находят свой путь в жизни. Инга Булицкая, четверть века назад покидая стены школы-интерната, не думала, что станет «Мисс экстравагантность мира» в международном конкурсе красавиц плюс-сайз. Но этот титул — не главное ее достижение. Она — главный государственный налоговый инспектор, счастливая жена и мама двух близнецов. Свою жизненную линию вопреки судьбе она начертила сама. И не только знает, что добиться можно чего угодно, были бы желание, терпение и трудолюбие, — хочет убедить в этом других.


Мечты Золушки

— Инга, какая ты красотка! — обнимает ее на пороге детского дома № 7, где работала все последние годы вплоть до пенсии, первая учительница, педагог-психолог Любовь Алексеюк— Только кудри зачем обрезала? Как сейчас помню: две косы, щечки розовые, боевая девчонка. Такая и осталась. Натура сильная. Уже тогда было видно: если что-то задумала, ничто не остановит.

— Это Любовь Олеговна мне прикрепила звание «булочка», — смеется Инга. — «Булочка, хочешь яблочко?» — до сих пор помню ее слова. Я так любила приходить к ним в гости! Я мечтала о такой семье, где пахнет пирогами и котлетками. Мама у меня была, но… жила своей жизнью, дома не бывала и моим воспитанием не озадачивалась. Отца я не знала. Бабуля очень старенькая, у тетей-дядей — свои семьи и свои проблемы. Поэтому меня оформили в интернат. На выходные я могла уходить домой. Но там меня никто не ждал, я приходила в пустую квартиру с пустым холодильником и отключенным за неуплату светом.



— Мне тогда было 25 лет, а ей 7, — вспоминает Любовь Олеговна. — Я жила во флигеле для учителей в школе-интернате № 5, с мужем и ребенком. Моими соседями были дети-сироты. Жили буквально бок о бок. Потом уже, будучи взрослыми, они рассказывали, что им всегда было интересно, как живет наша семья. А я этого тогда даже не замечала. 42 года проработала в детских домах. И каждый их крик одиночества через себя пропускала. Все педагоги с душой к ним относились, опекали. Но какие бы условия в интернате для них ни создавали — эта плохая система. Она не лечит, вырывает в тяжелый период из семьи. Эти заведения — выученная беспомощность.



— Я так хотела поскорее вырваться из интерната! — признается Инга. — Стеснялась того, что живу здесь. «Парнатовские» называли нас дворовые мальчишки. Мы были режимными детьми. Все — по расписанию. Нянька вместо родителей. 15 девочек — 15 кроватей в спальне. Я хранила хлеб под подушкой, хотя нас кормили отменно, опекали и даже возили по Золотому кольцу… Я пошла в торговое училище за компанию, а поступила одна, конкурс был 4 человека на место. Но это было не мое. Мечтала быть актрисой. Или врачом. Некому было направить, посоветовать. Ты — сам за себя. Эйфория от свободы быстро прошла. Я оказалась в реальности, в которой у меня ничего и никого нет. Жить с мамой в одной комнате было неприятно, мне не нравилось ее пристрастие к спиртному. Я хотела жить там, где семья. Поэтому ночевала то у подруги, то у тети, как перекати-поле. Работу выбирала, где платили больше. На свидания и танцы ходила в нарядах подруг. Зависти не было, только мечты Золушки о красивых туфельках. Знаете, что помогало? Юмор. Я гордо вешала свою искусственную шубу, страшного зеленого цвета, рядом с их натуральными полушубками со словами: «Освободите место для моего норкового манто!» В экономический институт поступила только в 23 года и с 3-го курса порывалась его бросить. Потому что нечем было платить за обучение и хотелось, в конце концов, нормально поесть, купить себе что-то.


Стать королевишной

А вот мужа Инга выбирала долго. Заслужить ее доверие было непросто. Считала: лучше одной, чем с кем попало.

— Я сразу видела, у кого какой интерес ко мне, и не позволяла себя использовать. Окружала себя только сильными людьми, со стержнем. Мой муж — простой и скромный человек, без званий и высоких должностей, но в нем я уверена. Нам хорошо вдвоем. Мне есть с кем разделить радость и грусть. Когда я решила участвовать в конкурсе «Королева XL», он не смеялся: мол, куда тебе в твои-то годы… Сказал: «Значит, тебе это для чего-то нужно. Хорошо, моя королевишна!»



Зачем ей это, Инга призналась, уже когда конкурс был позади. Она достала свою тиару, титульную ленту «Мисс экстравагантность» и с тортом и подарками поехала в минский детский дом № 7. «Не важно, из какой вы семьи и как тяжело вам сейчас, каждая может стать королевой, если очень захочет», — убеждала она девочек и на память дарила какое-нибудь украшение, которое бы напоминало им о том, что они леди. Потому что по своему опыту знает: жизнь, которая заставляет все время бороться, добавляет мужского в характер.

«Оставайтесь принцессами, не ломайте себе крылья, — говорила им Инга. — У вас должна быть мечта. Я к своей пришла только в 41 год».

Сперва девчонки недоверчиво ее разглядывали, хмыкали в ладошку, а под конец не хотели отпускать, наперебой рассказывая о своих переживаниях.



— У меня есть семья, но я ни разу не видела их за 14 лет. Я приду в квартиру, в которой прописана, а они мне дверь не откроют. Какая меня ждет судьба? — спрашивала Вероника.

— Мы не станем такими, как вы, мы не такие умные, — встревала в разговор Юля.

— А что важнее: ум или красота? — перебивала Оля.



— Душа! — не терялась Инга. — Конечно, придется сложно. Но не бывает безвыходного положения. Бывает только неправильный путь. Выберите цель и идите к ней. Не теряйте доброту. Не копите обиды на родителей. Не мстите им. У вас было плохо — сделайте хорошо, живите иначе. Я маму, какой бы она ни была, до последних дней поддерживала, помогала, лечила. Она была слабым человеком, жизнь у нее не сложилась. А я сильная. Боролась за свое счастье. И знаете, оно ведь не в деньгах. Когда карьера уже пошла в гору и шуба уже была, и должность, я отказалась от всего этого ради детей. Близняшки родились раньше срока, с эмфиземой легких, в детстве часто болели, я постоянно сидела на больничных, не спала ночами, была худой, как тростинка. А сегодня любуюсь: высокие, плечистые спортсмены — гребцы-каноисты! Вот оно — мое счастье и моя сила!


Корона, пусть и не главная, нужна ей, чтобы помочь таким же «подранкам» поверить в себя. Главный титул обязывает победительницу продолжать благотворительные проекты в Уганде. У Инги своя «Уганда» — на родине, где столько детей осталось без попечения родителей. Если удастся помочь всего нескольким выпускникам детских домов — это уже победа. И это ее следующая цель.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Директор детского дома № 7 Анжелика Тузова:

— Казалось бы, мы говорим детям то же самое. Но слова имеют другой эффект, когда они их слышат от человека, который вышел из этой же среды и выбился в люди. Инга говорит с ними на одном языке. Они ей больше доверят, чем даже психологу. Конечно, таким детям нужен пример. К нам в прошлом году приходил паралимпиец Алексей Талай. До 16 лет он был обычным парнем, пока не случилась трагедия — он чудом выжил, потеряв руки и ноги. Сегодня у него трое детей, бизнес, он ездит по миру с мотивирующими лекциями. Он рассказывал, как смог победить свои страхи, и на детей это произвело колоссальное впечатление. К нему в очередь выстраивались с вопросами…


Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Виталий ПИВОВАРЧИК
Загрузка...