По закону и по совести

Участница Великой Отечественной войны, беженка из Украины, два года ждет жилье

93–летняя Мария Голомако из Глусского района — участник Великой Отечественной войны — вот уже несколько лет живет в доме без удобств. Фактически на птичьих правах. Из хаты ее могут попросить в любой момент. И хозяева — дальняя родня пенсионерки — уже намекают на то, что им нужно их жилище. Переселиться Марии Ивановне некуда. В 2014–м она вместе с дочерью Ниной вернулась на родину из Донецкой области, где жила долгие годы. Своего жилья на Глущине у них нет. По закону Марии Ивановне положено социальное. Но хотя на учет на улучшение жилищных условий она и Нина Васильевна стали еще в 2016–м, этих самых улучшений, похоже, пока не предвидится.

Чтобы ухаживать за бабушкой, ее внучка Елена пошла работать сиделкой

О непростой ситуации, в которой на старости лет оказался заслуженный человек, инвалид I группы, в годы войны спасавший раненых солдат, поведала внучка Марии Ивановны Елена. Мария Голомако, в девичестве Арсенина, с 1943 по 1945 год была медсестрой в 54–м отдельном армейском батальоне, прошла боевой путь от Украины до Австрии, награждена медалью «За боевые заслуги», орденом Отечественной войны.

Елена Станевич–Корбут показывает мне удостоверения бабушки и ее мужа, который освобождал Сталинград и удостоен ордена Красной Звезды:

— Дедушки не стало в 2014–м. А бабушка и мама вернулись в Глуск — бежали от войны. Своего жилья ни там, ни тут у них не осталось. Остановились в моем доме, на окраине Глуска.

По документам Мария Ивановна имеет право на льготы, но на деле этого не видит

В этом доме еще до приезда родных Елена приютила еще одну семью беженцев из Украины. Они, правда, уже съехали, потому родня Елены могла остаться здесь и дальше. Не захотела.

Елена объясняет:

— Им нужны покой и тишина, собственный угол, где чувствовали бы себя хозяйками. Бабушка не спит по ночам, ей надо регулярно давать лекарство, менять памперсы. Да и у мамы здоровье уже не то: был микроинфаркт, удалена часть щитовидки... У нас с мужем есть домик в деревне, где мы их зарегистрировали. Но жить там невозможно — несколько лет назад мы затеяли перестройку, да не закончили. Потому на семейном совете решили: раз бабушке по закону как участнице войны положено жилье, пусть бы выделили.
Инвалид I группы Мария Голомако часто передвигается на инвалидной коляске,  так что жилье ей нужно на 1-м этаже

В Хвастовичском сельсовете, на территории которого зарегистрированы Мария Ивановна и Нина, посоветовали: поскольку социального жилья у сельсовета нет, семье надо стать на учет нуждающихся в жилье в Глусском райисполкоме. Что они и сделали в начале 2016 года.

С тех пор, по словам Елены, в исполком она ходила не раз. Ее ведь обнадежили: в 2017–м в Глуске сдадут социальный дом, где, вероятнее всего, участнику войны и выделят квартиру. Но когда дом по улице Гагарина сдали и Станевич–Корбут пришла в исполком, чтобы узнать, на какую квартиру может претендовать Мария Ивановна, выяснилось, что свободных уже нет:

— О моей бабушке просто забыли. И обвинили во всем меня. Дескать, сама должна была периодически высматривать на сайте исполкома, какие появляются арендные квартиры, и вовремя «зарезервировать» понравившуюся. Не сделала этого — все 20 квартир расписали другим.

Начальник отдела жилищно–коммунального хозяйства Глусского райисполкома Василий Березовский, не единожды общавшийся с Еленой, уточняет:

— Только 10 квартир в этом доме были социальные, остальные — коммерческие. И мы Елене Григорьевне объясняли: социальные в первую очередь предоставляются детям–сиротам. Таков закон. На жилье коммерческое может претендовать любой житель района. Льгот для ветеранов тут не существует. Кто первым подал заявку, тот и заселится. А сведения об освобождающейся жилплощади действительно публикуются на сайте. О чем она была предупреждена.

Елена утверждает, что об этом не знала:

— Надеялась, местные власти сами нам предложат нормальный вариант. А не угол в общежитии и не старый домик в деревне за 30 километров от Глуска. Участников войны осталось немного. Таких, как моя бабушка, на старости лет не по своей вине лишившихся крова, и вовсе больше нет. Так неужели нельзя решить вопрос по–человечески?

Обиду Елены понять можно. Тем более что периодически коммерческое жилье, куда ее бабушка могла бы заселиться и за которое ее внучка готова была платить, появлялось. Но... снова уходило к другим людям. Станевич–Корбут уверяет:

— Когда узнала, что освободилась одна из арендных квартир, сразу пошла в исполком. Но туда заселили женщину с ребенком. А бабушке предложили жилье на 5–м этаже, которое ей совершенно не подходит...

Из–за безвыходности ситуации — хозяева дома, где живут Мария Ивановна и Нина, просят освободить помещение — семья участницы Великой Отечественной войны на этот вариант согласилась. Теперь понимает — зря.

Нина Васильевна вздыхает:

— Нам говорили: это временно. Появится жилье на первом этаже, нас переселят. Но мы осознаем, что нет ничего более постоянного, чем временное.

Мария Ивановна передвигается с трудом. Чтобы помыться в бане, из частного дома ее вывозят в инвалидной коляске. Так что жилье на 5–м этаже в доме без лифта, конечно, не вариант. Найдется ли наконец тот, что устроит эту семью? Елена все еще на это надеется:

— Недавно мне сказали, что хотят перевести одну из коммерческих квартир на 2–м этаже в доме по улице Гагарина в разряд социального жилья, чтобы выделить моей бабушке.

Случится ли это и когда именно? Заместитель председателя райисполкома Александр Антюшеня не скрывает:

— Мы и рады были бы помочь участнику войны, но не имеем законных оснований для того, чтобы пустить ее в обход очереди. Сегодня в районе — 58 нуждающихся в социальном жилье. Все они — дети–сироты, имеющие право первоочередного заселения. Мария Ивановна — 57–я в списке. Конечно, будем подыскивать варианты, напишем ходатайство в облисполком. Несколько лет назад, когда в жилье нуждался ветеран войны, Герой Советского Союза  Ульян Александрович Рыбак, обратились за помощью в Администрацию Президента. И вопрос был решен.

В Глусском районе осталось всего 11 ветеранов войны... Мария Ивановна — из их числа. Как ни горько об этом говорить, но если ориентироваться только на ее место в очереди, то новоселья она может попросту не дождаться...

Кто имеет право на социальное жилье?

Согласно Положению об учете граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и о порядке предоставления жилых помещений государственного жилищного фонда, на социальное жилье имеют право: люди, лишившиеся крыши над головой из–за техногенных или природных катастроф или военных действий; дети–сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей; герои: Беларуси, Советского Союза, Соцтруда, полные кавалеры орденов Славы, Трудовой Славы; ветераны и инвалиды Великой Отечественной войны. Всего в полном перечне 12 пунктов, где подробно описано, кто подпадает под категорию льготников.

olgak53@mail.ru

Фото автора.

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена без письменного разрешения редакции. Цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...