Складские запасы не являются сегодня актуальной проблемой для белорусской промышленности

Особый склад ума

Иногда суждения некоторых прогрессивных экспертов смахивают не на аналитику, а на пропаганду. Или антипропаганду. Я понимаю, что «невероятные» экономисты не любят наш реальный сектор, особенно его государственный сегмент. И всегда относятся к нему критически. Но все-таки даже черный пиар должен хотя бы рядом с истиной стоять. Нынче все сторонники «новой экономики» дружно заговорили про проблему складских запасов. Мол, большие запасы готовой продукции гробят финансы предприятий. А их слабость угрожает банковской и финансовой системам, так как гиганты являются крупными должниками… Вывод классический: от государственного сектора надо избавляться.


Да, нашей промышленности нынче приходится нелегко. Но сегодня даже многие мировые корпорации через раз дышат. Давайте почитаем Bloomberg. На прошлой неделе опубликовали исследование: количество крупнейших торгуемых американских компаний-зомби (платят по процентам больше, чем зарабатывают) с начала пандемии увеличилось на 200 единиц. А из 3000 крупных фирм «зомбированных» — 527. Причем их общий долг за год увеличился почти в четыре раза и достиг 1,4 триллиона рублей! Грубо говоря, 17 процентов американских флагманов убыточны. Показатель сопоставим с белорусским. Но никто же не собирается эти активы ликвидировать. Наоборот, выделяются триллионы, чтобы их спасти. Проблемы приходят и уходят, а рабочие места, налоги, экспорт остаются.

Складские запасы — один из инструментов бизнеса.
Чем наша промышленность хуже? Предчувствую ответ, мол, она же неконкурентоспособна, на склад работает. Да, когда-то была и такая проблема. Достаточно давно, в нулевых. Действительно, тогда всем миром, а точнее органами государственного управления, реализовывали залежавшуюся продукцию. Но от складской болезни избавились. Надеюсь, раз и навсегда. Только сторонники перемен этих самых перемен и не замечают.

А они-то произошли. Невзирая на все сложности, у большинства предприятий склады-то нынче пусты. И показатель складских запасов колеблется в пределах 60—70 процентов от среднемесячного производства. Иногда чуть-чуть растет, иногда снижается. Но раскрою секрет для прогрессивных экономистов: как такового норматива по складским запасам не существует! И выдумывать его очень глупо, ибо у каждого предприятия свои подходы, которые зависят не только от стратегии развития, но и от специфики выпускаемой продукции. Спрос почти на все товары подвержен сезонным колебаниям. Пик поставок сельскохозяйственной техники приходится на конец — начало года. Крестьяне продают урожай, подводят финансовые итоги сезона, планируют инвестиционные программы на следующие посевную и уборочную. Телевизоры хорошо продаются под новогодние праздники. Да и в целом спрос на них растет в зимние «домашние» месяцы. Холодильники в ходу в жаркие месяцы. И так по любому товару. Совершенно логично под «высокий сезон» создать определенный запас, прогнозируемый спрос, исходя из заявок. Иной раз на складе находится уже оплаченная продукция. Словом, складские запасы — один из инструментов бизнеса. Насколько он эффективен, отдельный разговор по каждому предприятию или хотя бы отрасли. И сегодня у отечественной промышленности (ну, за мелким исключением) проблемы с запасом готовой продукции не существует. Разве что в воображении некоторых аналитиков. Но если нет проблемы, то ее надо выдумать. Чтобы сделать заранее известный вывод.

volchkov@sb.by

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Алексей ВЯЗМИТИНОВ , Иван ЯРИВАНОВИЧ