Окончательный диагноз?

Кто глумится над памятью покойного польского дипломата
Кто глумится над памятью покойного польского дипломата

Наверное, только за болезнью Папы Иоанна Павла II поляки следили с большим интересом, чем за состоянием здоровья скромного 64–летнего чиновника — вице–консула Генконсульства Польши в Гродно Ришарда Бадонь–Лехра. Как же! Ведь в конце марта он впал в кому не где–нибудь, а в «дремучей» Беларуси, где, как регулярно уверяют некоторые СМИ, все события происходят не просто так, а с каким–то тайным смыслом. Ситуацию подогрело заявление Януша Раинко, главврача белостокского госпиталя, куда вице–консул был переправлен из Гродненской центральной городской клинической больницы: оказывается, все три дня, пока больной находился на попечении белорусских медиков, те совсем ничего не делали для оказания помощи польскому дипломату!

Пока Ришард Бадонь–Лехр находился в коме, окружная прокуратура Белостока в тесном содружестве с польскими СМИ строила версии — одна страшнее другой — причин его недуга. Так, сотрудник белостокской апелляционной прокуратуры Януш Кордульский заявил журналистам «Радио «Белосток», что предполагает применение электрошокера, а пресс–секретарь окружной прокуратуры Адам Козуб заверил информационное агентство «ПАП», что, поскольку медики предполагают поражение мозга, значит, вице–консула кто–то бил по голове. При этом все ссылаются на мнения польских докторов, хотя в телевизионном интервью все тот же главврач Януш Раинко, лично следивший за состоянием здоровья Бадонь–Лехра, заявил, что версия с побоями — «далеко идущая спекуляция», и отказался подтвердить, что информация насчет применения «парализатора» могла исходить от медперсонала. Кстати, единожды выпустив мнение Януша Раинко в эфир, польские журналисты перестали обращаться к доктору за комментариями, целиком переключившись на кровавые сюжеты, рождаемые сочинителями детективов из белостокской прокуратуры. Масла в огонь подлило также заявление А.Милинкевича, которое он сделал для белостокской газеты. «Версия» Милинкевича тоже очень проста: консула пытали и хотели убить. Кто, зачем? Милинкевич не сомневается: конечно, местные власти. Разумеется, аргументировать этот бред Милинкевич не потрудился. Вали кулем, потом разберем. Похоже, если бы Милинкевича в его нынешнем взвинченном состоянии спросили бы, кто съел капитана Кука, он бы, не моргнув глазом, ответил, что съели «белорусские власти». Живьем и с потрохами...

Поэтому, когда 6 апреля газеты объявили о смерти Ришарда Бадонь–Лехра, кое–кто в Польше овациями встретил инициативу Белостокской окружной прокуратуры о возбуждении уголовного дела по факту причинения вице–консулу «тяжких телесных повреждений, повлекших смерть».

...На днях в прокуратуру Ленинского района Гродно пришло ходатайство с просьбой об оказании помощи в этом расследовании. Ни протокола осмотра тела, ни заключения судебно–медицинской экспертизы, ни предварительных результатов следствия не прилагалось. Только просьба: допросите врачей, лечивших Бадонь–Лехра в Гродно. Районный прокурор Петр Врублевский считает, что пожилой дипломат стал жертвой хронической болезни, но к поступившей просьбе отнесся очень серьезно: «Мы не только официально и с соблюдением процессуальных норм опросили врачей, но и всех белорусских граждан, имевших отношение к польскому вице–консулу, — в частности, соседей, людей, которые сдавали ему квартиру в Гродно. Сложность состоит в том, что проверки приходится проводить через два месяца после случившегося, — наши медики не обнаружили у Ришарда Бадонь–Лехра никаких признаков насилия, поэтому в правоохранительные органы не обращались».

Белорусские следователи пробовали выйти на гродненское Генконсульство с просьбой назвать имена сотрудников этого ведомства, которые обнаружили вице–консула лежащим без сознания в гродненской квартире, вызвали скорую помощь и сопровождали больного вплоть до приемного покоя. Но там посоветовали написать запрос из МИДа и в сотрудничестве отказали.

Заведующий реанимацией Гродненской центральной городской клинической больницы Геннадий Брейдо, врач с 30–летним стажем, которому было поручено следить за состоянием здоровья поступившего в клинику Бадонь–Лехра, вспоминает, что оба сопровождавших, представившихся сотрудниками консульства, изо всех сил пытались помочь врачам, вспоминая, какие болезни могут быть в анамнезе поступившего: «Они нам объяснили, что у больного нет единой медицинской карты, — находившийся в пенсионном возрасте вице–консул страдал многочисленными серьезными заболеваниями, но скрывал это от служб своего МИДа, очевидно, боясь потерять работу. Поэтому каждую хворь лечил в отдельной клинике, чтобы не «сводить» все проблемы со здоровьем в едином документе». Ришарду Бадонь–Лехру было что скрывать от начальства: белорусские медики обнаружили у него язвенную болезнь, ишемическую болезнь сердца, кардиосклероз и постинсультное состояние. Все время, проведенное в гродненской больнице, вице–консул не выходил из тяжелейшей комы — его жизнь поддерживалась при помощи аппарата искусственного дыхания и лекарств. Для жены и дочери польского дипломата, приехавших в Беларусь, было сделано исключение из жестких правил больницы: им было разрешено навещать мужа и отца в реанимационном отделении. Кстати, они также не сомневались, что кризис наступил вследствие целого ряда опасных болезней, ослабивших организм.

Главный врач Гродненской ЦГКБ Александр Суров просто удивлен отзывом о работе своих сотрудников со стороны польского коллеги: «Еще в приемном покое нам сообщили, что поступил гражданин Польши, занимающий высокую должность в гродненском диппредставительстве, — поэтому мы прекрасно осознавали свою ответственность. В считанные минуты после поступления он был переведен в комфортабельную палату, оборудованную всем необходимым, под наблюдение самых опытных врачей. Сразу же провели консилиум с участием врачей высшей категории, чуть позже еще один — с участием профессора Якова Гордеева. Был также сделан анализ на наличие ядов в организме, который ничего не выявил. Как только польская сторона стала настаивать на перевозе Бадонь–Лехра в Польшу — его на скорой помощи с аппаратом искусственного дыхания и опытным реаниматологом доставили к границе. И клянусь честью врача — никаких следов насилия на его теле не было! Дипломата осматривали лучшие врачи, они бы обнаружили даже царапину, если бы она была». Александр Николаевич считает, что полякам надо бы сказать белорусским врачам «спасибо», а не голословно обвинять их в «бездействии».

Что же касается «пыток» и «электрошокера»... Комментировать этот вздор невозможно. Уголовникам вице–консул был неинтересен, а что «хотели» бы выпытать у пана Ришарда «власти»? Пароли, явки, адреса военных заводов?.. Смешно, конечно. Да к тому же в белостокской прокуратуре прекрасно осведомлены, что приступ, который привел пожилого дипломата в коматозное состояние, произошел не после мифических «пыток», а после теплого застолья, в котором участвовали коллеги покойного.

...Жаль, что из бытовой драмы польские прокуроры пытаются слепить политический блокбастер. Прежде всего это нечестно по отношению к памяти покойного...

Гродно.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости