Народная газета

Небо в клеточке

Как распознать и предотвратить экономическое насилие в семье?

У большинства из нас понятие “домашнее насилие” ассоциируется исключительно с физическим воздействием. Однако экономический прессинг — требование отчитываться за каждую потраченную копейку, принудительное “домохозяйство” — тоже агрессия, направленная против личности и свободы ее самовыражения. Специалисты, работающие с жертвами семейных тиранов, убеждены, что финансовый ограничитель во взаимоотношениях играет роль спускового крючка: прогрессирующая степень запретов рано или поздно приводит к жажде еще более полного контроля, от которой всего один шаг до побоев и издевательств.

adonaidenver.org

 Минчанке Екатерине 43 года. Замужем, растит двоих детей. Трудовой стаж всего пять лет — период после окончания вуза до бракосочетания. По категоричному требованию любимого мужа Екатерина уволилась, хотя у нее были неплохие перспективы карьерного роста: в свои 27 лет она возглавляла небольшой департамент в крупной фирме, часто ездила в загранкомандировки. В ее желании стать домохозяйкой и посвятить все свое время семье не было ничего предосудительного. Но только до тех пор, пока это оставалось ее сознательным выбором.

— Не могу сказать, что Денис много зарабатывал в ту пору, тем не менее на жизнь хватало. Честно говоря, никогда не стремилась быть бизнес-леди, наоборот, мне кажется, что в сегодняшней женской эмансипации есть много перекосов, — откровенничает Екатерина. — Мне хотелось быть просто женой и мамой. Встречать мужа после работы в уютной квартире, с вкусным ужином, заниматься малышней, принимать участие в каком-нибудь волонтерском движении. И мне казалось: как здорово, что Денис не имеет ничего против и даже настаивает, чтобы я поскорее получила на руки трудовую книжку. Он рассуждал о том, что настоящий мужик никогда не позволит своей любимой женщине загибаться на работе, что его обязанность — самому обеспечивать семью. Знаете, это звучало так убедительно, от него веяло уверенностью, спокойствием. Моя подружка в то время родила тройню, у нее был не декретный отпуск, а декретный мамин ад: она похудела на 20 килограммов, не высыпалась, постоянно была на взводе. Когда пришла пора отдавать детей в садик, она спросила супруга: можно я хотя бы год еще посижу дома, просто тупо отдохну перед тем, как выходить на работу? На что получила примерно такой ответ: ты вообще обалдела, милая, хватит уже бездельничать, один я не смогу содержать всю нашу ораву! На фоне таких примеров из жизни Денис казался мне воплощением человека, за которым женщина действительно как за стеной — ЗАмужем...

Но вскоре после того как Екатерина обосновалась в новом статусе домохозяйки, поведение Дениса сильно изменилось: он начал контролировать жену во всем — от покупки ночной сорочки до телефонных разговоров с мамой. На хозяйство выделялась строго определенная сумма. Беременная к тому времени Екатерина нуждалась в дорогих витаминах, однако Денис предпочитал заменять их овощами с грядки, запрещал ей есть мясо — только рыбу и курицу, хотя сам с удовольствием наворачивал блюда из свежей телятины.

— Запреты посыпались один за другим, — продолжает свой рассказ Екатерина. — Маникюр делать нельзя. Зачем покупать новое белье, если старое можно заштопать. Косметика — это только для проституток. Однажды за накрашенные красной помадой губы я получила такую затрещину!.. При этом он обожал наших дочек, родившихся с разницей в год, но даже на них жалел денег. Я знала, что с каждой зарплаты он откладывает определенную сумму на депозит, а когда спрашивала, зачем, отвечал — будем расширяться, не век же в двухкомнатной квартире вчетвером жить. У меня никогда не было лишнего рубля в кошельке, часто приходилось просить деньги у мамы, потому что я просто не вписывалась в лимит, который определил Денис. Но до поры до времени я его оправдывала: не пьет, любовниц у него нет, да, прижимистый, но ведь все это ради блага семьи. А потом он вложился в какой-то бизнес со своим другом и прогорел. Весь капитал с процентами превратился в пыль. Представьте его состояние. Девочки уже школьницы, запросы растут. И я решила: надо выходить на работу. Тем более, что роль домохозяйки давно мне осточертела. Не так я представляла себе этот статус. И, если честно, даже была рада, что обстоятельства вынуждают меня вернуться в социум. Ведь Денис отвадил от дома всех моих подруг, даже мама наведывалась раз в полгода. А все потому, что встречи с друзьями и родителями, на его взгляд, это лишнее расточительство, ведь нужно накрывать стол. Мой муж — из тех людей, которые очень ценят беседы по скайпу: и с людьми общаешься, и тратиться не надо на угощения.

Настоящий кошмар для Екатерины как раз и начался после того, как она сообщила Денису о своем желании вернуться на работу. Выяснилось, что вопрос финансов здесь играет последнюю роль: супруг просто рассвирепел из-за того, что покладистая жена решила вдруг жить своим умом. Дальше началась настоящая бытовая трагикомедия: Денис узнавал, в какие компании Екатерина ходит на собеседования, врывался к руководству, рассказывал, что его жена — психически нездоровая женщина, что ее выгнали с прошлой работы за распутное поведение. Дома то угрожал Екатерине разводом, хватался за ремень и стегал перепуганную женщину, то на коленях умолял выбросить из головы “эту безумную идею”, клялся в любви, обещал выделять больше денег на хозяйство. Даже снизошел до того, что позволил жене раз в неделю посещать тренажерный зал.

— А я вдруг поняла, что больше не могу в этой клетке, мне хочется хоть какой-то независимости, чтобы была возможность самой заплатить за понравившуюся вещь, в конце концов, купить себе красивое платье, туфли на каблуках. Мне ведь все эти годы даже на средства гигиены приходилось выклянчивать деньги. Я мечтала съездить куда-нибудь на отдых — одна или с дочками. Потому что все три раза за 16 лет брака, когда мы выбирались с семьей на море, Денис мне на пляже даже загорать в купальнике не разрешал, я должна была сидеть в тени с детьми в длинной тунике или находиться в комнате, которую мы снимали. Я ни разу не окуналась в воду, только ноги мочила. Фрукты, коктейли — нельзя, дорого. Сувениры маме купить — нельзя, дорого. Все было дорого, все нельзя. Я мечтала пожить в мире, где хоть что-то можно...

Увы, но за прошедшие годы стремлениям Екатерины так и не суждено было сбыться. Трижды она устраивалась на работу — как водится, после скандалов, упреков и угроз Дениса. Но даже не успевала освоиться в новой должности: супруг приезжал к зданию, дежурил под окнами, устраивал перепалки на проходной, требуя, чтобы его пустили к жене, каждые десять минут названивал ей на мобильный телефон под надуманными предлогами. Естественно, начальство предпочитало по истечении испытательного срока избавляться от неудобной сотрудницы и ее взбалмошного мужа. После третьей попытки Екатерина вернулась в дом, в семью. Как и хотел Денис. Воцарился зыбкий мир, который мог быть нарушен в любую минуту: после “предательства” жены, супруг стал вдвойне подозрительным, хотя и несколько более щедрым. А у Екатерины появилась новая фобия — она панически боится, что ухоженный красивый мужчина в самом расцвете сил бросит ее ради молоденькой:

— У меня ведь ничего нет — ни профессионального стажа, ни сбережений. Квартира, в которой мы живем, досталась Денису от покойных родителей, дача и машина оформлены на него. Боюсь, если дело дойдет до развода, я даже не буду иметь права на половину его собственности, он просто скажет, что я ничего не зарабатывала все эти годы. И будет прав...
Примеры, когда вы — жертва финансовой тирании

•  Статус в вашей семье решает все. Многие мужчины и женщины при хороших должностях полагают, что их профессиональный статус автоматически определяет их ведущую роль в отношениях. В результате они считают себя вправе единолично принимать решения о расходах и их важности для семьи, вообще не прислушиваясь к мнению партнера.

•  Муж-“кормилец” не дает вам развиваться. Наиболее характерный пример из жизни — история нашей героини. Кто за девушку платит, тот ее и танцует — таков девиз мужчин, которые держат жен пусть и в золотых, но клетках. Обязанности супруги — ведение домашнего хозяйства, воспитание детей. При этом муж контролирует ее расходы, походы, разговоры, не дает ей возможности самостоятельно зарабатывать.

•  Все дорогостоящие покупки один из членов семьи оформляет на себя. На языке юристов это называется “препятствием приобретения экономических активов”. Наиболее часто такие примеры происходят в незарегистрированных браках. В случае прекращения отношений один из недавних партнеров остается ни с чем.

•  От вас требуют отчета за все траты. Проще говоря, вы даже кофе в бистро выпить не можете, потому что ваш партнер (или партнерша) против “неоправданных расходов”. С развитием мобильных технологий стало проще контролировать оплату приобретений: по смс приходят сведения о снятии сумм с карточки, есть названия магазинов и торговых центров, где были сделаны покупки. Из откровений на форуме жертв семейного насилия: “В первом браке я прожила пять лет, и все эти пять лет муж требовал, чтобы в конце дня я приносила ему скрепленные степлером чеки. Я садилась возле него, он подробно изучал каждый чек, задавал вопросы, поругивал меня за то, что много трачу. Все это напоминало школьные времена: ты с тоской ждешь, когда родители перед сном изучат твой дневник и пошпыняют за двойки. Я была на 13 лет моложе мужа, мне сначала казалось, что он такой правильный, он учит меня экономить. Но в итоге все свелось к тому, что за купленные колготки или туалетную воду я могла получить пощечину или удар кулаком в живот, меня могли закрыть в комнате, отобрать мобильный телефон, не давать есть в течение нескольких дней. Это называлось “наказание транжиры”...


МНЕНИЕ, Татьяна Ушакевич, психолог

— Существует несколько видов домашнего насилия — физическое, психологическое, сексуальное и экономическое. И каждый из этих видов тесно взаимосвязан с остальными. Это как мозаика, которая для полноты картины требует добавления все новых и новых фигурок. Женщина, испытывающая финансовое насилие, неизбежно подвергается и негативному психологическому воздействию. А жажда полного контроля над жертвой в подавляющем большинстве случаев заканчивается побоями. Проблема в том, что жертва часто не осознает своего статуса в отношениях. Насилие циклично: за вспышкой ярости следует бурное примирение, а затем — затишье, когда, с точки зрения агрессора, партнер “ведет себя правильно” и не провоцирует на конфликт. Прозрение наступает, когда физические расправы становятся все более частыми, а затем и вовсе регулярными. Чтобы этого не произошло, уже на начальном этапе взаимоотношений, если вы видите, что вас притесняют, контролируют, нужно менять модель поведения и отстаивать свои права. Для этого необходимо обратиться к психологам и вдвоем (это важно!) пройти курс коррекционной программы.



Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...