Не заплатишь – протянешь ноги

Почему после перехода на евро бегут из Литвы молодые литовцы, а пожилые едва сводят концы с концами

ЛИТВА перешла на евро 1 января 2015 года. Лит «сдали» без всякого референдума: какой в нем смысл, если денежную политику для Литвы и без того проводит Европейский центральный банк. В правительстве полагали, что люди со временем привыкнут к новым деньгам, а потом неизбежно последует повышение зарплат. Но зарплаты не думали подниматься, а вот цены совершили-таки маленькую ползучую революцию. И к маю 2016 года случился первый, пусть пока еще робкий и несмелый, по большей части виртуальный, «бунт цветной капусты».


Фото: Ints Kalnins/Reuters

О необычной акции я узнала еще до своей командировки в Вильнюс, ну а приехала в столицу Литвы несколькими днями позже бойкота. Так что присоединиться к рядовым литовцам и «побастовать» своим рублем, точнее, евро, не удалось. Но мысленно была на стороне простого литовца-потребителя. В чем же провинился симпатичный полезный овощ? Да ни в чем, просто цена на него в один прекрасный день в евро сравнялась с прежней, в литах (было 3,5 лита, стало 3,5 евро, или 12,25 лита). Мыслимое ли дело? 

А ВЕДЬ первое время после перехода на евро продавцы вели себя даже благородно. Торговые сети Литвы быстро подписали меморандум о недопустимости повышения цен, граждане тоже их взяли на контроль. Но проходит всего ничего, год и четыре месяца, как цены делают кульбит в пяти крупнейших розничных торговых сетях. Именно в тех, что столь благородно стояли на страже их стабильности. То ли аппетит приходит во время еды, то ли таблетки от жадности закончились, смеются простые литовцы. Но с данными Департамента статистики Литвы не поспоришь: в апреле капуста подскочила на 59, картофель — на 34,5, огурцы и помидоры — на 14,6 процента. В целом цены на овощи выросли на 18 процентов. Для сравнения: свинина поднялась в цене на 0,9, свежее и размороженное мясо — на 1,5 процента. 

Поначалу на замечания недовольных граждан торговцы только отмахивались, а потом вздрогнули, когда узнали, что назревает бунт. Или «революция цветной капусты», как ее окрестили организаторы. В социальных сетях молниеносно распространилась информация с призывом в течение трех дней подряд не покупать продукты. Лично я о предстоящей на тот момент акции узнала в Клайпеде, разговорившись с заместителем директора строительной фирмы Светланой: «Люди собираются бойкотировать торговые сети не только в Вильнюсе, но и у нас, в других городах. Не все, конечно, смогут три дня без походов по магазинам обойтись, но лично я протест поддержу. Ситуация экономическая в целом сложная. Мы, чтобы выжить, должны крутиться на трех работах. На одной могут  (в Клайпеде, во всяком случае) рассчитывать на зарплату в 300 евро (может быть, в конверте еще сверху доплатят). Чтобы жить в Литве, ни в чем себе не отказывая, думаю, и двух тысяч евро при таких ценах не хватит».

Инициатор акции «Не пойду в торговые центры» Каролис Рамошка (в Фейсбуке его группа объединила более 100 тысяч человек) смысл протеста видел в том, чтобы призвать власти и воротил продовольственного бизнеса вернуться к реальности. Обратить их внимание на то, что надо наконец что-то делать в своей стране и для нее, пока последняя образованная молодежь не разъехалась в разные части света из родных пенатов. В представлении Каролиса, сетевики просто издеваются над людьми, заставляя их своей политикой покупать низкокачественные продукты или отдавать последние гроши за приличные. Еврокомиссар, ответственный за здравоохранение и безопасность продовольствия, Повилас Андрюкайтис гражданскую инициативу бойкотировать торговые центры поддержал, заключив, что забота о том, чтобы расходы на еду не составляли большую часть доходов человека, должна быть одной из главных задач политики страны. Подключились к протесту и литовские фермеры, которые в один из дней акции раздавали бесплатное молоко на улицах Вильнюса и других городов страны.

Конечно, трехдневный бойкот не поставил на колени торговые центры. Не все о нем знали, кто-то не мог себе позволить не покупать три дня подряд еду. Но, как можно было прочесть в литовской прессе уже после событий, «это было мощное движение против жадности торговцев. Литовцы словно проснулись и сами стали охотиться за ценами, сравнивать с тем, что было в литах, что есть в других странах. Дальше так продолжаться не может, иначе люди станут свои деньги тратить в Польше». 

Спасти положение правительство и депутаты решили таким образом – ввести льготный тариф НДС (но почему-то на мясо, которое подорожало не так чувствительно, как овощи) в размере 5 или 9 процентов. Одни политики меру оценили так: в конкурентной борьбе с теми же поляками, где мясо намного дешевле, это вряд ли поможет победить. Борьба с растущими ценами тоже не выход. Нужно думать, как обеспечить жителям рост доходов и зарплат. Другие настаивают на том, что нынешний кризис был запрограммирован еще полтора года назад, когда вводили евро. Все — и премьер, и министр финансов, и глава Центробанка — обещали, что цены от смены одной валюты на другую не поднимутся. Но все получилось наоборот. 

С ПОЛИТИКАМИ солидарны все мои литовские знакомые. К слову, участники того самого «бунта цветной капусты». Борис, 80-летний житель Вильнюса, решил запастись продуктами заранее, но движение поддержать. В разговоре со мной посетовал:

— 10 лет моя пенсия точно не повышалась. Мало того, несколько лет назад для поддержания экономики государства с нами, пенсионерами, правительство заключило соглашение, что на 10 процентов всем урежут пенсии. В 2008 году случился мировой кризис, в Литве тоже стало не хватать на все про все бюджетных средств, и тогда решили за счет пенсионеров это дело поправить. Тем более работающего населения, молодежи все меньше – разбегаются по разным странам ЕС, таким как Англия, Норвегия (туда укатила моя внучка Таня), Швеция. Ну а пенсионерам куда деваться? Зато они всегда при деньгах, пусть и смехотворных. Решили брать с них сбор, мотивируя благой целью спасения бюджета нации. Сказали тогда, что мера временная. Но никто и не подумал ее обсудить с нами. Просто поставили перед фактом – 9 процентов от выплат отчислять в социальный фонд. Это было на тот момент существенно. Конечно, мы роптали, но каких-то активных действий не предпринимали. Тем более обещали же все вернуть. Из моей пенсии где-то тысяча литов за год – порядка 290 евро. Да, года три назад их стали возвращать. Но, например, я и многие другие мои ровесники считают, что государство поступило некрасиво, что это абсолютно несправедливо. Ведь старики уходили из жизни, так и не дождавшись компенсации. У меня вторая супруга-пенсионерка умерла в 2013 году, но кто-то подумал семье вернуть деньги, которые высчитывали из ее пенсии? Конечно нет. Воспользовались какой-то иезуитской юридической уловкой. Мол, Конституционный суд определил, что пенсия не является предметом наследства. А при чем здесь наследство? Семья ведь от такой меры пострадала, вот и верните семье. 

Его дочь, 50-летняя Елена, которая служила воспитателем в интернате для детей с особенностями развития на 1000 лит, точнее, 290 евро в месяц (их нужно было отдать за трехкомнатную квартиру), потеряла и эту работу. Через несколько месяцев она с большим трудом устроилась в детский сад на те же 280 евро в месяц и рада, что хотя бы так дотянет до пенсии. На руках престарелая мать и трехлетний внук. И если бы дочь Татьяна не присылала деньги из Норвегии, не представляет, как сводила бы концы с концами. 

Гинтарас – водитель в одной из частных клиник. Живет в многоэтажке в спальном районе, получает весьма скромные 500 евро и в свои 45 не думает о создании семьи, потому что опасается, что с такими ресурсами ее не прокормит. Мне он пожаловался на странные коммунальные поборы с жильцов многоквартирного дома:

— Не видел в своем подъезде ни одного человека, кто бы понимал, как рассчитывается стоимость отопления. Цены заоблачные. Зимой, когда приходит конверт из «Вильнюс-энергии», у моего отца-старика коленки начинают трястись. «Ну вот, сейчас тебе вмажут», — говорит он мне. Двухкомнатная квартира зимой с учетом отопления обходится в среднем в 150—160 евро в месяц. Весной-летом меньше, но высчитывают за обогрев змеевика.  Я ведь плачу за горячую воду от 10 до 15 евро в месяц, которая и без того циркулирует в змеевике.

Далее, ведутся в нашем доме ремонтные работы. Но никто нас не спрашивает, согласны ли жильцы, чтобы в подъезде что-то покрасить или утеплить. Просто ставят перед фактом. Плати и все. Прошлой осенью утепляли лестничную клетку. И в течение полугода я должен выплатить еще 160 евро за эту услугу, а потом еще и за замену окон. Обычно делается так – если 51 процент жильцов подъезда согласен на какие-либо работы, другие 49 процентов должны подчиниться воле большинства и безропотно выплачивать стоимость услуг, какую назовут, никак не объясняя, из чего она складывается. Согласие якобы получается на собрании. А когда, где оно проводится? Никакой информации на эту тему никогда не видел. 

Предлагаю своим знакомым порассуждать, как рядового литовца коснулся переход на евро. «Моя пенсия несколько выше, чем минимальная. Получаю социальное пособие по инвалидности – это дополнительные 56 евро, вдовьи (по случаю утраты супруги) 21 евро. Всего получается около 400 евро в месяц, и не скажу, что живу на широкую ногу, — раскладывает все по полочкам Борис. — С учетом всех расходов и трат на лекарства (которые у нас стоят баснословные деньги) мне еле-еле хватает до следующей выплаты. А как живут те, у кого пенсия 200 евро, что сплошь и рядом? Если человек один, заплатит за коммуналку и купит минимальный набор продуктов, что останется на жизнь? Молочные продукты здорово подорожали: творог, сыры… В общем, ничего  позитивного от перехода на евро не увидел. 

— К старикам у нас отношение, как к людям, которые свое отжили, — вступает в разговор социальный работник Маша, тоже пенсионерка. – Чтобы им выдали какую-то льготную путевку в санаторий? Нет. А ведь в первые годы, когда Литва стала независимой, и вопроса такого не возникало. Была установка — раз в год любой пенсионер мог поехать пролечиться в санаторий бесплатно. И немало людей пользовались этой возможностью. А сейчас даже тем, кто остро нуждается в реабилитации, ничего не светит. Плати, причем ого-го сколько, и лечись. Получается, чем быстрее на тот свет уйдешь, тем лучше? Или, скажем, зубы полечить – ну это надо просто олигархом быть. Идешь в поликлинику, чтобы вставить челюсти и зубы, так тебе полгода предложат подождать, лишь потом выдадут какое-то разрешение к стоматологу, и то все не забесплатно. 

— Каждый человек волен мыслить, как он хочет. Да, мы люди немолодые, привыкли к советскому телевидению, — заключают в унисон Маша и Борис. — Не лишайте нас маленьких радостей. Но взяли и выключили каналы РТР, НТВ. Но мы сами хотим решать, что нам смотреть или слушать. Хорошо, вы боретесь за умы людей, так дайте свою качественную контрпропаганду. Но нет. Было у нас после программы «Время» свое – «Литовское время». И то его на какое-то время запретили. Потому что позволяли себе что-то там критиковать. Сейчас все так же, как когда-то в советское время: тогда видели везде руку Америки, а сейчас – руку Кремля. Это тоже за гранью.

МОЖЕТ, не так уж и не прав председатель парламентского комитета по национальности Артурас Паулаускас, который недавно озвучил в литовских СМИ свою позицию: «Мы можем придумывать для себя разные угрозы, от России и кого угодно, но самая большая угроза — наша социальная политика, огромное расслоение. Литва слабеет как государство. Платим немыслимо высокую цену за нефть, газ, электричество. Мы что, богаче всех?.. Люди недовольны процессами, которые здесь происходят, покупают билет и уезжают. Почему бегут из Литвы? За зарплатами. Но и потому, что не чувствуют себя хозяевами этого государства, полноправными гражданами. Если бы государство не разбрасывало деньги на миллиардные мегапроекты сомнительной пользы, денег хватило бы на все. Пришло время придать справедливости новый смысл».

Вильнюс—Минск
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?