Минск
+24 oC
USD: 2.06
EUR: 2.28

Не верь разлукам, старина!

Размышления у туристского костра
Размышления у туристского костра

По осени, когда она еще нежная и теплая, в окрестностях Ракова, на реке Ислочь, собираются, будто птицы на зимовку, туристы со всей страны. Это обязательный ритуал, он проходит каждый год: посоревноваться, поделиться впечатлениями о туристском лете, о походах и приключениях. Республиканский туристский слет в этом году был посвящен памяти ушедших товарищей.

Впечатление первое, навеянное встречей

...Самое радостное, что было в эти дни, — встречи. Здесь сегодня все обнимаются. И молодые, и старые. «Когда–то мы все были единой командой. Даже если не ходили вместе. Вот откуда эти жаркие объятия, вот почему эти бородатые мужики и пожилые женщины бросаются друг другу на шею, будто дети», — продолжает мои мысли туристка из Бобруйска Наталья Симоненко.

У белорусского туризма давние и славные традиции. Наша школа была когда–то весьма уважаема. Имена патриархов — Юрия Кокарева, Николая Гальчуна и Станислава Самцова — были известны далеко за пределами страны. А в Советском Союзе немного осталось отдаленных и затерянных точек, куда не добрался турист из Беларуси.

— Мы, когда студентами были, даже старались повышенную стипендию получить и на лето рвануть, к примеру, во Владик (Владивосток. — Авт.), — вспоминает врач Наталья Симоненко.

Но не стоит думать, что туристическое движение было хаотичным: кто куда захотел, тот туда и пошел. Все было под контролем: МКК (маршрутно–квалификационная комиссия) давала «добро» на любое туристское путешествие. Руководитель группы обязан был «заявиться»: кого ведет, куда идет, по какому маршруту. КСС (контрольно–спасательная служба) следила за тем, чтоб группа появилась в контрольной точке в заданное время. И в случае чего могла забить тревогу, начать поиски без промедления.

Туристы получали разряды, все маршруты имели свою категорию сложности: от «единички» — совсем простой дистанции с минимальным количеством риска и препятствий до самой сложной — «пятерки». Все было как в большом, серьезном спорте. Прежде чем стать разрядником, необходимо было освоить маршруты не только как туристу, но и провести по ним группу в качестве руководителя. Многочисленные белорусские турбазы организовывали несложные походы для «матрасников» (так туристы называют новичков) — в основном «единички», реже — «двойки». А сложней «тройки» трасс у нас не было.

— Чем выше категория — тем больше риска, — Вячеслав Виниченко, ветеран движения, председатель Минского городского и областного турклубов в 70–х годах, испытал это на себе. — Немало мастеров и даже «снежных барсов» погибали из–за случая. К примеру, остановился человек буквально на секунды и был погребен лавиной. А не стань он здесь, все было бы хорошо. В «четверках»–«пятерках» далеко не все зависит от мастерства. В дело вступает везение. В 1971 году в Саяны пошла группа Миши Корня. Все ребята очень опытные, мастера спорта, у Федора Гимеина «пятерок» пройденных — штук одиннадцать. Он трижды был в лавинах и выживал. В группе был и знаменитый бард Арик Крупп. Его песню «Леса Белоруссии» до сих пор поют у каждого костра. Когда их — восемь человек — накрыло лавиной, жена Гимеина несколько месяцев не могла поверить в его гибель. Ведь он трижды выживал в лавине. Но четвертая для него оказалась последней. Один из парней — девятый, во время схода лавины снимал палатку, отстал. Его не накрыло. Несколько дней он пытался откапывать друзей, но глубина снега там была метров 15 — 20. Таких мощных лавин в том регионе не было лет 40. В конце концов он пошел один на перевал и был погребен следующей лавиной. Сегодня 9 портретов открывают нашу галерею памяти. Скоро у них зажгут свечи...

Впечатление второе, навеянное легендами

От обычных, ежегодных, нынешний слет отличался тем, что пожилых людей на нем было едва ли не больше, чем молодежи. Впрочем, назвать этих подтянутых людей стариками язык не поворачивается. Они — не «матрасники». У всех без исключения за спиной сотни километров сложнейших маршрутов. Милые старушки в бейсболках деловито достают из огромных туристических рюкзаков такие же огромные домашние пироги. «Молодежь такие печь не умеет», — довольно приговаривают товарищи.

Костер — настоящий антидепрессант. Я бы прописала издерганному городскому жителю «принимать» его хотя бы в течение часа по вечерам. Все тревоги уходят, жизнь снова мила и уютна и для беседы лучше обстоятельств не придумать. У нашего костра — вся слава прошлых лет белорусского туризма. Имена, от которых дух захватывает. Человек, которого всегда хотела увидеть своими глазами, — Эдуард Бернардович Липень. Врач–анестезиолог, «снежный барс», один из немногих белорусов, удостоенный этого высшего альпинистского звания. Его мог получить только тот, кто видел этот мир со всех семитысячников Советского Союза. Эдуард Бернардович не только видел. Однажды после восхождения лишился пальцев на ногах. Но ходить в горы не перестал. Горы любят настойчивых. И честных. Как–то Липеню пришлось одному подниматься на Эверест. Нет, конечно, «снежные барсы» по вершинам стадами не ходят. Но обычно группа все–таки рядом, недалеко. Но в тот раз российская команда, в которой он шел, отказалась, пошла вниз. Липень поднимался в одиночку трое суток. До вершины не дотянул каких–то 48 метров. Причем те, кто наблюдал за ним снизу в бинокль, были уверены — дошел. Но Эдуард Бернардович приписывать славу не захотел: не дошел, и все тут...

— Горы подобного не прощают, — говорит он убежденно. — Они обязательно отомстили бы за неправду.

Еще один Эдуард — Макаревич — тоже легенда ветеранской сборной. Ветераны, кстати, принимали участие в спортивных состязаниях турслета и обставили очень многих куда более юных и прытких. За спиной у Эдуарда Адамовича — Великая Отечественная война и почти шесть десятилетий сплошного туристического похода. В свои восемьдесят с «хвостиком» он бегает не меньше десяти километров каждое утро (в этом месте лично я, к примеру, заливаюсь краской. — Авт.)! Несколько лет назад Макаревич стал чемпионом России в марафонском беге среди ветеранов.

— Фразу «умный в гору не пойдет» придумали те, кто в горах никогда не был, — улыбается ветеран. — Если бы они хоть раз победили себя и поднялись, так бы уже не говорили.

— Мне вот — 6+6, Симонову нашему — 6+9, Липеню — 7+2, Латышеву — 6+5, — представляет немного замысловатым образом компанию Игорь Герасимович. — Такие годы вас не шокируют? Но мы по–прежнему молоды. Скажу за себя и многих «стариков–разбойников»: в 61 год поднялись в Турции на Арарат, в 63 — в Иране на Дамаванд, 65–летие отметили в Гималаях — забрались на север Индии, рядом с Непалом.

Впечатление третье, навеянное холодом

Многие молодые туристы приехали сюда с детьми.

— Полтора года — отличный возраст для туристского крещения, — уверен Владимир Клыковский, председатель федерации водного туризма Могилевской области. Из–за его спины выглядывает 12–летняя дочь. В свой первый поход она пошла именно в таком возрасте. — Сейчас только попробуй ее не взять — смертельная обида будет.

Становится все холоднее. Никто, кроме, наверное, меня, не ропщет на нагрянувший холод. В эту ночь на торфяниках были заморозки.

– Это же мелочь! — шутя подталкивает меня в бок мастер спорта Людмила Лойко. — Мы, когда в зимние походы ходили, печку–«буржуйку» с собой таскали да еще запас дров к ней. На снегу бивуак раскладывали. А здесь — тепло. Палатка ведь сразу градусов 10 тепла дает. Надо пару искать.

Между прочим, у туристов это в порядке вещей. Нет, не в том смысле. Одному осенней ночью в спальнике можно запросто дать дуба. И здесь без всяких пошлостей. Надо тепло беречь. Лучше всего, когда из двух спальников сооружается конструкция, в которую упаковываются три человека. Тому, кто посредине, будет всегда тепло. Можно меняться.

После этих слов следует сразу несколько предложений — на выбор. Терзаясь смутными сомнениями, сажусь ближе к костру. Может, удастся до утра покемарить? Здесь жарко. И от потрескивающих в огне сухих бревен, которых сразу и в избытке было заготовлено, и от профессиональных споров.

Впечатление четвертое, навеянное жарким костром и спором

Минчанин Сергей Лебедев показывает удивительные панорамные фотографии горы Белуха. Той самой, на Алтае, где погибли два года назад наши туристы. Сергей был там совсем недавно:

— Если в горах не побываю, год не удался. На Алтае много групп встретил — из Чехии, Бразилии, Израиля, Польши, Непала. Туризм стал подниматься. Правда, случайных людей все–таки много. А ведь без навыков и подготовки это — самоубийство. Таких «чайников», каких порой приходится встречать и помогать выбраться, МКК раньше даже к подножию не подпустила бы. Сейчас же никто не спрашивает ни документов, ни квалификации. Поэтому и погибают. У Белухи даже часовню сделали, в ней списки погибших. Длинные списки...

— За то десятилетие упадка, которое пережил наш туризм, потеряно ощущение системы, — вступает в разговор Сергей Тиханович, председатель Гродненского филиала Республиканского туристско–спортивного союза. — Почти никто не «заявляется», не подает документы в МКК. А зачем собирать справки, разрабатывать маршрут, заниматься долгой подготовительной работой, чтоб потом еще кто–то одергивал, диктовал, что делать, а что — нет? Проще ведь взять Колю, Васю, Петю (отличных пацанов!) и хорошо провести время. Таким образом, нанесен серьезный ущерб безопасности, да и вообще туристской культуре. Когда желания и романтики — хоть отбавляй, а навыков нет никаких. Любой из ребят, который занимается в турсекции, подготовлен, знает, как вести себя в любой ситуации, как выходить по азимуту, дать о себе знать. Да, в конце концов, просто владеет информацией о местности, в которой находится. Даже если такой потеряется, найдется быстро.

— Быть может, стоит поднять престиж спортивных разрядов в туризме, — добавляет Сергей Тиханович. — Квалификация оценивается по системе ТПМ (туристско–прикладное многоборье). Но ведь туризм — это не только умение поставить палатку или проплыть дистанцию по нормативам. Это и человеческие отношения, умение все организовать. Раньше, чтобы стать разрядником, надо было самому пройти походы сложных категорий. Сейчас нет такой школы подготовки туристских кадров, как раньше. В республике не готовят ни руководителей турпоходов, ни инструкторов тургрупп.

Жаркие споры у костра будут продолжаться едва ли не до самой зари. Но вот играет музыка, организатор слета, заместитель председателя Республиканского туристско–спортивного союза Валентина Максименко, приглашает всех на вечер памяти.

...У портретов ушедших друзей ветераны зажигают свечи. Галерея получилась длинная — около 200 портретов. О каждом из них можно писать отдельную повесть. Правда, финал у всех будет трагическим. Но здесь не плачут. Здесь поют и вспоминают. Поют, конечно же, песни барда Арика Круппа. И вспоминают многое: фестивали, которые организовывал Александр Чуланов, его телепередачу «Ветер странствий» и даже его вредную обезьяну Чикиту.

Несколько свечек осталось незажженными. У портретов, которые стоят передо мной. Зажигалка в руках. Но я прошу зажечь свечи туристов–ветеранов. Это их разговор с товарищами. Я не имею права вмешиваться...
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...