Беларусь Сегодня

Минск
+13 oC
USD: 2.08
EUR: 2.32

Стоит ли нам нести ответственность за поведение, которое способно спровоцировать преступления?

Не быть жертвой

Трагедия в Бобруйске, где от руки убийцы погибли две девушки, всколыхнула общество и разделила его на два лагеря. Одни полагают, что на жертвах преступления лежит часть вины за случившееся, другие твердят, что такая позиция оправдывает убийцу. Столь же противоположными оказались точки зрения авторов нашего «Спор–клуба». Но они попытались взглянуть на проблему шире и задались вопросом: стоит ли нам нести ответственность за поведение, которое способно спровоцировать преступления? Безусловно, ответив «да», один из журналистов столкнулся с непримиримостью оппонента, который не желает жить в вечном страхе перед криминалитетом. Чья позиция окажется ближе нашим читателям?


Кузнецы своих несчастий

Люда, мне приходилось описывать как минимум два случая, когда люди погибли из–за неосторожно брошенного слова в незнакомой компании. Причем в этих компаниях они оказывались по собственной воле, вовсе не желая расстаться с жизнью, а всего лишь надеясь продолжить приятно начатый вечер. В пылу возникшего флирта одна девушка произнесла шутливый, по ее мнению, эпитет в адрес одного из участников застолья. Конечно, откуда ей было знать, что это якобы невинное словечко является смертельным оскорблением в той среде, которую недавно по амнистии покинул собеседник. В другой похожей истории жертва неосторожно ляпнула что–то про общего знакомого, который оказался у нее за спиной... Но она уже не успела это увидеть. В обеих ситуациях взрослые люди, ставшие потерпевшими, могли бы знать, что в подвыпивших компаниях рот лучше держать на замке. А еще лучше — не попадать в такие компании.

Я не знаю наверняка, что и как произошло между девушками и их будущим убийцей в Бобруйске. Пока могу лишь предположить, что в случившемся есть часть их собственной вины. Как и в вышеописанных случаях, они допустили ряд поведенческих ошибок, которые криминологи называют виктимностью — комплексом признаков, делающим жертву привлекательной для преступника. И когда министр внутренних дел говорит, что основные моменты преступления в Бобруйске находятся в области виктимологии, не надо недоверчиво кривиться, как это делает интернет–публика. Виктимология не стала бы целой самостоятельной отраслью криминологической науки, изучай она малозначительные для борьбы с преступностью явления. Грубо говоря, на чужих печальных примерах она учит нас, как избежать посягательств на имущество, здоровье и жизнь. Да только никак не научит...

Чем мы старше, тем осторожнее становимся. Наш жизненный опыт подсказывает: неприятности происходят там, где для них создаются условия. Поэтому человек, который может показаться трусоватым, на деле пытается хотя бы не создавать эти условия собственноручно. А вот молодым людям свойственно думать, что опасности и угрозы — это не про них. Плюс обязательный расчет на авось. Пронесет, бог милует, прорвемся... Сколько страшных аварий происходит по вине молодых водителей, которые решили, что проскочат перед тяжелым автопоездом или на красный свет. Эти пустые надежды тоже из области виктимологии. Вероятно, и погибшие в Бобруйске девушки рассчитывали, что ничего страшного не произойдет. Но при этом добровольно отправились ночью неизвестно с кем неизвестно куда. По сути, отчаянно бросились на красный свет.

По мне, это как по доброй воле пойти и встать под бетонной плитой, подвешенной на башенном кране. Хоть там и написано «Не стой под стрелой».

Мы и сами порой не замечаем, как провоцируем преступления против себя. Достать на кассе в магазине толстую пачку купюр и начать отсчитывать из нее мелкую сумму — значит провоцировать карманника, который может стоять в той же очереди. Отправиться ночью на глухую неосвещенную улочку и подсвечивать себе дорогу дорогим смартфоном — это как написать у себя на лбу «Ограбьте меня!». Развязно вести себя в баре, переполненном нетрезвыми личностями, — значит сознательно подвергать себя опасности.

Впервые поведение жертвы взялся изучать немецкий профессор Георг Клейнфеллер. В конце XIX века он опубликовал результаты исследования роли потерпевшего в механизме преступления. И пришел к удивительному для тех времен выводу, что немало преступлений обусловлено активным подстрекательским поведением самих жертв. Позже оказалось, что виктимология как социально–психологическая наука касается множества сфер. Ты, наверное, удивишься, но существует даже виктимология быта и досуга. Она касается проблем безопасности при использовании бытовой техники, при отдыхе на воде, при пользовании транспортом. То есть всех случаев, когда травматизма или гибели можно было бы избежать, не будь эти последствия спровоцированы безответственным поведением самих пострадавших.

Разумеется, против этой науки яростно выступают феминистки. Они говорят, что виктимология якобы оправдывает преступления, перенося часть вины на самих жертв. Но тут, как обычно, мы сталкиваемся с двойными стандартами. Когда речь идет о несчастной женщине, которая не выдержала издевательств деспота–мужа и забила его скалкой, феминистки вдруг встают горой за «псевдонауку»: начинают твердить, что погибший отличался сугубо виктимным поведением и самолично спровоцировал собственное убийство... Такой подход я считаю, мягко говоря, несправедливым: правильнее говорить о неосмотрительном поведении людей без их деления по половым признакам.

Вывод? Надо с малолетства не позволять детям становиться кузнецами собственного несчастья. Начать с мелочей. Ты получил низкую отметку не потому, что учительница плохая, а оттого, что ты сам не предотвратил эту неприятность, всего лишь выучив урок. Не отпущен гулять ввиду того, что самолично постарался испортить себе жизнь. Глядишь, ребенок научится думать не только о сиюминутных желаниях, но и об их последствиях. А став старше, откажется от опасного предложения проследовать в спальный район для продолжения сомнительного банкета.

Роман РУДЬ

rud@sb.by

Издержки гуманизма

Рома–Рома, и ты туда же! И ты с готовностью, не зная досконально всех обстоятельств, готов возложить на жертв часть вины (и тем самым ведь чуть облегчить вину преступника, правда?). Хотя девушки уже ничего не могут объяснить. За них это пытаются сделать друзья и знакомые. И все в один голос говорят: хорошие были, работящие, отзывчивые, не из числа тусовщиц. Почему не поехали, как собирались, домой с пиццей? Почему отправились с малознакомым мужчиной, который был уже изрядно навеселе? А может, хотели из жалости довести до квартиры, кто знает? Но даже если хотели продолжения банкета, что тут такого? Не надо быть ханжой. Большинство из нас хоть раз, да попадали в такую ситуацию. Вспомни свою бурную молодость! Слово за слово, совпадение интересов, легкий флирт, «а давайте еще поговорим!» — и вот ты уже в чужой квартире режешь на всю компанию купленную в ночном магазине колбасу. И сидишь там до утра. И ровным счетом ничего плохого не происходит. Пообщались, посмеялись, потанцевали, обменялись телефонами. Все. Знаю счастливые семейные пары, которые именно так и начинали: случайная встреча, и сразу большая любовь с первого взгляда. Что с ними было бы сейчас, если бы они начитались учебников по виктимологии?

У меня просто язык не поворачивается комментировать такие трагедии в духе «а сам виноват!». Помнишь историю Оксаны Макар? 18–летней украинской девушки, которая тоже поехала с какими–то ребятами «на хату» и которые ее в результате заживо сожгли? С каким же упоением копались в ее прошлом любители психологии: и легкого поведения она оказалась, и прилипалой, парни, дескать, еще в кафе не знали, как от нее избавиться. Что ж, начали избавляться дома, закончили на пустыре... Не уголовники, не душевнобольные, в основном сынки обеспеченных родителей. Как Оксана или любая другая женщина могла понять, что ситуация смертельно опасна? Что начнут садистски убивать? Между прочим, убийца девушек в Бобруйске фейс–контроль вполне бы прошел. По мне, так по фотографии и не скажешь: маньяк, вылитый зэк! Даже в баре, где компания проводила время, его описывают вроде как «представительный мужчина»... А тебе не противны все эти разговоры вокруг гибели фигуриста Дениса Тена? Он, по мнению иных мудрейших пользователей соцсетей, тоже сам виноват. Тоже с синдромом жертвы. Зачем бросился спасать боковые зеркала от своего «Лексуса»? Вступил в бой с двумя воришками? Почему тихо не отстоялся за углом, набирая дрожащим пальчиком номер полиции? Ведь мог представить последствия! Наверное, и не думал о них ни секунды. Как настоящий мужчина не желал малодушничать, хотел защитить свое. Кто же знал, что у этих подонков окажется нож и им в неразберихе перебьют Денису бедренную артерию? Все мы, Рома, крепки только задним умом. Зато как важно рассуждаем по следам событий...

Кстати, трагедии в Бобруйске и Алматы объединяет еще одно обстоятельство. И там и там убийцы с большим криминальным шлейфом. Правоохранительным органам известные. Один неоднократно сидел, в том числе за убийство, второй промышлял автомобильными кражами. За 8 дней до гибели Тена он попался на попытке снять зеркала в Астане. Там хозяин машины оказался без синдрома жертвы: не ринулся ловить вора самостоятельно, вызвал полицию. Суд должен был состояться на этой неделе, но парня выпустили под подписку о невыезде. И он тут же взялся за старое, а потом за нож... Я вот думаю: может, это издержки гуманизма? Может, пожизненные чипы надо вставлять всем злостным рецидивистам?

Но ты предлагаешь совершенно тупиковый путь. Я правильно поняла, что абсолютное большинство законопослушных и вменяемых людей должно просто трепетать перед обезумевшими одиночками? Тени своей бояться? Ну да, давайте двигаться мелкими перебежками по маршруту дом — работа — дом. После 21.00 баррикадироваться в квартирах. Откажемся от больших покупок. Переймем затрапезный стиль американских миллионеров в одежде. Пьяных начнем обходить за километр, а за справедливость никогда не вступаться. Ты действительно думаешь, что эта тактика пугливого кролика снизит аппетит удава? И повысит индекс счастья? А главное, что это называется жизнь?

Последнее время психологи так много, долго и нудно говорят про синдром жертвы, по поводу и без, что это уже начинает надоедать. И во всем–то во всем он, мерзавец, замешан! От семейного насилия до успеваемости в школе. Не пытаемся ли мы в очередной раз подогнать многообразие жизни под одну формулу? Я, например, совсем не уверена, что все можно объяснить «по Фрейду». И своим детям никогда не читала лекций о том, какими не надо быть. Нет, лучше им рассказать, какими быть надо. И как устроен мир. Противоречивый и изменчивый, в котором, однако, каждый может состояться. И, к великому сожалению, абсолютно все потерять. Из–за страшного стечения обстоятельств.

Людмила ГАБАСОВА

gabasova@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
3.35
Загрузка...
Новости и статьи