На Дисненском рубеже

Под Полоцком «воскрес» сгоревший танкист и вышла к своим целая «потерянная» дивизия

Дивизия, «потерянная» в июне 41-го в Прибалтике, прорвалась к своим и помогла задержать наступление немцев под Полоцком


ПОДРОБНОСТИ многих событий Великой Отечественной войны раскрываются только сегодня. Поисковики продолжают работать в архивах, опрашивают старожилов, чтобы ни одно героическое имя не было забыто. Новыми сведениями об обороне Полоцка, а также освобождении соседней Дисны с корреспондентом «СГ» поделился военный комиссар Миорского районного военкомата Сергей ЖАБЕНОК. 

Отважный комдив Кузнецов


На месте кровопролитных боев между Полоцком и
Мост через Западную Двину, который
сожгли немцы.


Миорами сейчас создают мемориальный комплекс с боевой техникой. Именно там дала отпор наступающему врагу «забытая» 126-я стрелковая дивизия под командованием генерал-майора Михаила Кузнецова. Долгое время о нем самом было известно очень мало, даже дата смерти в большинстве источников указана неточно – 6 августа 1941 года. На самом деле он погиб еще в июле во время обороны Полоцка. Военный комиссар Миорского районного военкомата нашел в архивах подробности о его героической смерти. Оказалось, военачальник решил личным примером поднять боевой дух солдат. В штабе его отговаривали: «Ваше место здесь». Однако Михаил Андреевич был тверд: «Бывает в сражении такой момент, когда командир должен сам вести в атаку своих подчиненных». Он сел на коня и бросился в атаку. Очередью из автомата был сражен, скакун вынес его тело с поля боя. Михаила Кузнецова посмертно наградили за мужество и отвагу, проявленные в боях, только в 1965 году. 

А что же дивизия? Накануне войны, 18 июня 1941 года, она дислоцировалась в литовском Шяуляе, затем была переброшена в Каунас и заняла оборону в 30 километрах от границы. После вероломного нападения Германии, по сведениям Сергея Жабенка, дивизию на некоторое время в неразберихе даже сочли полностью уничтоженной или попавшей в плен. Это и неудивительно, ведь, как свидетельствуют сохранившиеся воспоминания бойцов, прибалты, которые служили в этом воинском формировании, нередко стреляли в спины отступающим советским солдатам. Тем не менее дивизии удалось прорваться к Полоцку. К началу июля 1941 года ее бойцы укрепились в районе Дисны к западу от города, имея в составе более 2350 штыков. 

Немцы вначале планировали пробиться к ней с Ветринского или Лепельского направления, но неожиданно для себя наткнулись на оборонительные укрепления – часть знаменитой «Линии Сталина». Тогда решили обойти их и расширить плацдарм в районе Дисны. В начале июля 1941-го 126-я стрелковая дивизия как раз и приняла на себя удар на так называемом Дисненском рубеже. После тяжелых кровопролитных боев 2 июля 1941 года советским солдатам пришлось переправиться на другой берег Западной Двины и отступить ближе к городу. При его обороне они проявили беспримерное мужество вместе с 174-й стрелковой дивизией под командованием комбрига Алексея Зыгина. Немецкие генералы позже в своих воспоминаниях писали, что под Полоцком и командиры, и рядовые бойцы Красной Армии продемонстрировали совершенно иные качества: умелое сочетание обороны с контратаками, и даже вынудили агрессоров обороняться. Полоцк устоял, даже когда был взят Витебск. Последние наши бойцы покинули его только 16 июля, после трехнедельной обороны. 

Паром через Западную Двину на месте сожженного моста


Танковые бои за Миоры


Они вернулись ровно через три года. Конечно, это были другие воинские формирования. Территорию Миорского района освобождали войска 1-го Прибалтийского фронта, а именно подразделения 6-й гвардейской армии. Кровопролитные бои за Дисну начались 30 июня 1944 года и закончились 4 июля. Среди других в них полегло, по уточненным в этом году данным, 60 бойцов 159-й танковой бригады. Среди местных жителей долго бытовал миф, что танки бросили на это направление без поддержки пехоты. Дело в том, что советские силы получили задачу наступать на населенный пункт Шараги, а их в районе два, поэтому якобы танки с пехотой направились к разным деревням. Но документы и свидетельства старожилов эту версию не подтвердили. На самом деле освобождать Дисну помогали также бойцы 29-й и 154-й стрелковых дивизий, но вот сдаваться противник не спешил – бои были тяжелыми. 

Из боевых донесений командира 351-го танкового батальона майора Старикова:

 
Мост через реку Дисна в военное и в наше время.

«30.06.44. Батальон первым форсировал р. Дисна и ворвался в город Дисна в 10.15. Первыми форсировали реку командиры взводов мл. лейтенант Бурлаков, мл. лейтенант Бирюков, гвардии лейтенант Рогалев (2.07 сгорел в танке), командир танка гвардии лейтенант Хаустов (5.07 сгорел в танке в д. Зжичаны), несколько позже — командир роты лейтенант Чернов, командир взвода лейтенант Филатов (погиб 03.07), командир взвода лейтенант Лобовкин.

В результате боя при взятии г. Дисна батальоном уничтожено пушек 75 мм — 2, минометная батарея 122 мм, дзотов и блиндажей — 14, домов-дотов — 17, станковых пулеметов — 19, ручных — 17, автомашин грузовых — 1, легковых — 1. Подавлено гусеницами и уничтожено до 160 солдат и офицеров. Имею потери: убитых — 1 человек, раненых — 7».

Во время освобождения Дисны 17 танков сгорело безвозвратно, а всего больше 25 боевых машин подбили за несколько кровавых дней.

В этих танковых боях был интересный эпизод, который до сих пор не дает покоя военному комиссару Миорского районного военкомата. По воспоминаниям местного жителя Геннадия Михайловича Федорца 1923 года рождения, один из бойцов во время боя выбрался из горящего танка и потерял сознание. Он так сильно обгорел, что немцы, подбирая раненых, приняли его за своего и перевезли в санчасть на другой берег Западной Двины. Очнувшись, танкист понял, что случайно оказался во вражеском лагере. На его счастье, вскоре этот лазарет был захвачен советскими войсками. «Братцы, я свой!» — только и мог сказать он, увидев наших солдат. После войны, как рассказывали старожилы, этот человек приезжал в Дисну и нашел свое имя на стеле, установленной на братской могиле. Ведь, по донесениям, он сгорел в танке! Но выяснить имя везучего бойца спустя годы кажется почти невозможным. Впрочем, не совсем: к примеру, местным поисковикам удалось установить 188 имен воинов, погибших в районе деревни Слобода Миорского района. Среди них и Касабай Каткенов, рядовой 3-го стрелкового батальона 975-го стрелкового полка 270-й стрелковой дивизии. Это родной дедушка первого секретаря посольства Казахстана в Беларуси Болата Каткенова. 9 мая этого года делегация дипломатов приезжала в Леонполь, им вручили список с фамилиями 21 казахстанца, которые погибли при освобождении района. До этого представители казахской стороны знали только о трех из них. Словом, многие тайны и истории войны до сих пор ждут своего исследователя.

yasko@sb.by

Фото из интернет-источников
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?