Минск
+3 oC
USD: 2.11
EUR: 2.34

Когда мания преследования становится массовой

Монстр в кармане

Pokemon GO не сходит с новостных лент. Охота на карманных монстров уже стала причиной нескольких смертей. Политики и чиновники в некоторых странах требуют запретить игру, называя ее шпионской и небезопасной. Зато маркетологи времени даром не теряют — ловить покемонов зазывают кафе, музеи и даже банки. Столь бурной реакции игра отчасти обязана технологии дополненной реальности — для ловли мультяшных зверьков придется выйти на улицу. Как изменится мир после Pokemon GO?



На линии игрового фронта


Открываю приложение на смартфоне: передо мной виртуальная карта местности. Почти сразу телефон начинает вибрировать — рядом три покемона. Первый монстр — пробный, чтобы войти во вкус. Нажимаю на одну из зверюшек: она появляется на экране в полный рост. Теперь моя задача удачно бросить в нее мячик — покебол. Примерно с пятой попытки это удается. 

Отшагав вечером по Минску четыре километра, ловлю 15 зверьков! Впрочем, вскоре азарт начал угасать. Нахожу в соцсетях Вадима — парень снимает на YouТube видео об игре. Договариваюсь о встрече возле оперного театра. Место выбрано не случайно: здесь сразу три “люра” — специальные установки, привлекающие покемонов. 

Подхожу к месту встречи. На ступеньках и лавках несколько десятков игроков. Со стороны стоянки слышится крик: “Ребята, Экзеггут!” Несколько человек встают и со смартфонами в руках спешат к покемону. Вскоре появляется Вадим вместе с другом Александром. Вадиму 29 лет, он учится и занимается предпринимательством, покемоны для него не более чем хобби. То же можно сказать и о 27-летнем Александре — играет только в свободное от работы время и, как правило, в компании. Вадим рассказывает:

— Играю около месяца. Мне нравится — это не сидеть дома, уставившись в экран. К тому же прогулки полезны — знаю человека, который за время “поисковых работ” прошел более 400 километров. Плюс много общения и новых знакомств.

— У меня за несколько недель появилось новых друзей больше, чем за последние 10 лет, — смеется Александр.

Идем в сторону парка, вместе с нами еще пару человек. Смартфоны наготове. Наконец на экране появляется желтый монстр — пару покеболов и готово. Разговоры не прекращаются, правда, уловить их суть мне не удается: “ревайвы”, “эволв”, “стардаст”, “лапрас”, “валоры”, “читеры”...

— Тебе, наверное, ничего не понятно? — проявляет участие Вадим. 

Вспоминаю, что хотела узнать, как выбрать команду. Объяснять вызывается Александр — он как раз ведет в соцсетях группу самой многочисленной фракции красных:

— Всего их три: помимо красных, еще синие и желтые. У каждой свои преимущества. Но я команду выбрал интуитивно — понравился цвет и название — “валор”, то есть отвага. 

Время летит незаметно. И дело не в игре: в какой-то момент ловлю себя на мысли, что мы больше разговариваем, чем играем. Аккумулятор у меня разрядился через 40 минут после прихода к оперному. Но это я заметила не сразу.

Поймать их всех


Pokemon Go официально была запущена 6 июля в трех странах. За первые пять дней  у нее было 7,5 миллиона загрузок, а уже в начале августа — более 100 миллионов. И это без учета пиратской версии. Так или иначе, цифры говорят сами за себя. Социолог Сергей Грибановский объясняет:

— Игра — это нормальная и естественная форма активности человека, один из способов его развития. Что касается Pokemon Go, она практически безразлична к социальным статусам, поэтому привлекает и школьников, и студентов, и даже серьезных ученых. 

Однако не все воспринимают игру как безобидное хобби. Роберто Васкес из Торонто за три с половиной недели похудел на 11 килограммов, собирая коллекцию из 142 “мультяшек”: “Чем ближе я подбирался к заветному числу, тем сильнее было мое желание закончить поиски”. В конце июля заблудился, увлекшись игрой, подросток из Гомеля. Его телефон разрядился. 

К счастью, все обошлось: мальчик дошел до остановочного пункта Плесы и попросил позвонить у сотрудника железной дороги. Важно вовремя остановиться, говорит Сергей Грибановский:


— Любая зависимость влечет за собой социальные, личностно-психологические и физиологические последствия. Спектр негативных проявлений крайне широк и включает в себя потерю рабочего места, депрессию, нарушения сна, режима питания и многое другое. 

Правда, это касается не только Pokemon Go. Хотя у японского приложения существенное отличие все же есть: дополненная реальность и использование GPS. 

Термин “дополненная реальность” существует с начала 1990-х. Технология используется в медицине, военном деле, туризме. Но сейчас о ней заговорили с удвоенной силой. 

Инженер Центра дизайна и мультимедиа ФТМИ Университета ИТМО Денис Столяров в интервью изданию Metro рассказал: 

— Новая игра про покемонов, по сути, создает новые сообщества — если в каком-то месте появился новый монстр, его увидят все игроки поблизости, так люди знакомятся, договариваются играть дальше вместе. Если в 1990-х ученые на мировом уровне обсуждали опасность вероятного ухода человечества в виртуальную реальность, то сейчас мы видим обратный процесс — виртуальные персонажи дополняют реалии.

В погоне за редкими кадрами


Как раз в этом самом переходе из виртуального в реальное и кроются проблемы. Pokemon Go уже признана одной из наиболее смертоносных игр за последнее время. Пресс-секретарь ГУВД Мингорисполкома Александр Ластовский скачал приложение, чтобы понять, чем оно грозит обычным пользователям. Список вышел весьма обширным, рассказывает он:

— Во-первых, травмоопасность — ударился, споткнулся и упал, во-вторых, соблюдение правил дорожного движения — иногда есть соблазн выйти на дорогу, чтобы “дотянуться” до нужной точки. Еще один аспект — водители, которые играют во время движения, а также пассажиры, которые давят на человека за рулем просьбами остановиться или замедлить движение. 

Каждый из этих случаев можно проиллюстрировать примером. В Калифорнии двое мужчин, ловя виртуальных монстров, упали с обрыва в 25-метровую пропасть. Они выжили, но получили множество травм. Девушка из Пенсильвании выбежала на заполненную автомобилями трассу в погоне за убегающим покемоном. В итоге попала под колеса. В американском Балтиморе “ловец” врезался на автомобиле в припаркованную патрульную машину, а в Австралии — в здание одной из школ. 

В Миссури задержали четырех подозреваемых в серии вооруженных ограблений. Предполагается, что они размещали “люры”, приманивающие покемонов, а те, в свою очередь, “приводили” игроков. Жертвами грабителей стали 11 подростков. 

За расстановку основных элементов игры — покемонов, покестопов, тренировочных баз — отвечают разработчики. Некоторые элементы по задумке должны располагаться возле достопримечательностей и в местах наибольшего скопления людей. В результате площадками для поиска “игрушек” уже стали храм Спаса-на-Крови в Санкт-Петербурге, музей жертв Холокоста в Освенциме,  памятник жертвам терактов 11 сентября в 

Нью-Йорке, бывший концентрационный лагерь в Аушвице. Администрации ряда мемориальных комплексов направили письма разработчику с просьбой убрать их с виртуальной карты. Сами покемоны порой водятся там, куда доступ обычным гражданам запрещен: на военных базах, атомных электростанциях, производственных объектах, а в Боснии и Герцеговине даже на минных полях. Александр Ластовский говорит:

— Когда ловля покемонов переходит в церкви, храмы, возникают вопросы, насколько это этично с моральной точки зрения. Что касается военизированных объектов, у нас игроки, которые попытаются попасть на их территорию, будут задержаны и могут иметь проблемы.

Реальные доходы от дополненной реальности


Впрочем, если на одних объектах размещению покестопов и покемонов не рады, то на другие, наоборот, не знают, как заманить. 

Маркетологи не обошли игру вниманием. У нас, например, два банка разрешили ловить у себя покемонов, один из них даже разместил список отделений, возле которых водятся редкие зверюшки. Крупный интернет-провайдер за покемона, пойманного в районе офиса компании, дарил фирменную флешку. Гродненский торговый центр  обещал ловцам бесплатный Wi-Fi. Интернет-маркетолог Евгений Иванкевич считает, что в такой рекламе нет ничего плохого:

покемон6-сделатьпуть (Копировать) (2).jpg  покемон5-сделатьпуть (Копировать).jpg    

— Подобные приложения открывают огромные перспективы для бизнеса. Думаю, в будущем мы сможем увидеть даже такой формат, где разработчики будут предоставлять предпринимателям в качестве услуги возможность отметить свое кафе или магазин на виртуальной карте и использовать различные инструменты для привлечения игроков.

Но есть и другие примеры. В Японии на АЭС “Фукусима-1” и “Фукусима-2” властям пришлось усилить охрану из-за наплыва необычных охотников. В Калифорнии за игру во время вождения автомобиля начали выписывать штрафы, а в Бангкоке для отлова таких водителей создали специальный полицейский отряд. Губернатор американского штата Нью-Йорк Энди Куомо поручил запретить играть в Pokemon Go и другие игры с дополненной реальностью тем, кто отбыл наказание за преступления сексуального характера.

У нас о запретах пока речи не идет. Однако министр внутренних дел Игорь Шуневич попросил игроков не забывать об опасностях, ведь отвлекаясь на виртуальный мир, есть риск не заметить угрозы в реальном: “Поэтому тут я могу дать совет молодежи: быть более внимательными в общественных местах и не забывать о личной безопасности”. 

Технология на службе


Сегодня Pokemon Go официально запущена примерно в 40 странах. Впрочем, благодаря пиратским версиям ловят монстров практически везде. Но далеко не все страны этому рады. В начале августа запрет на игру ввели в Иране, аргументируя это вопросами безопасности. Прежде чем принимать такое решение, местные специалисты некоторое время изучали игру, ее влияние на игроков и содержание программного кода. Государственный комитет по вопросам шариата Малайзии также выступил против игры: по мнению духовных властей страны, охота на покемонов наносит вред психике человека. В Израиле запретили использование приложения Pokemon Go на военных базах. Аргумент — это может привести к утечке секретной информации. В России оценкой возможных последствий игр с дополненной реальностью занялся Роспотребнадзор. Озвучивалась также необходимость тщательно изучить информацию, к которой приложение получает доступ.

Впрочем, если верить экспертам из сферы ИТ, Pokemon Go — лишь первая ласточка нового тренда. Подобные технологии получат продолжение в других разработках. К чему нужно быть готовым? Об этом я побеседовала с сотрудником Института философии Национальной академии наук Алексеем Дзермантом.

— Приложение запрашивает доступ к камере, контактам и так далее. Есть мнение, что все это сделано для слежки. Не слишком ли много значения придается связи информационных технологий с политикой?

— Любая информационная технология имеет двойное назначение. Сейчас мы говорим об игре, но изначально сами айфоны, айпады, Android-устройства — это уже системы слежения. Всегда, помимо входящего трафика, есть исходящий — и точно назвать конечный пункт назначения передаваемой информации пока никто не берется. Однако это не повод для паники: мы живем в век информационной открытости, и это следует принять как данность. Другой вопрос, что с этим делать. Как, кто и в каких целях использует полученные сведения, а также когда этот самый момент использования наступает?

— Уже известно такое явление, как революции через социальные сети. Как достигается этот эффект? 

— Соцсеть — это инструмент, который позволяет находить людей и организовывать их в какие-то виртуальные сообщества. Достаточно создать тематический паблик, группу. А далее возможна постепенная ее накачка политическими смыслами. Может происходить “вброс” тем, которые после подхватываются блогерами, а эти люди, в свою очередь, имеют авторитет в соцсетях. У них есть пул тех, кто делает репосты. Таким образом соцсети позволяют транслировать политические смыслы.

— Pokemon Go тоже имеет социальный подтекст — заставляет людей выйти на улицу, общаться с другими игроками. Может ли сам механизм игры использоваться впоследствии в политических целях?

— Безусловно. Я не говорю конкретно о Pokemon Go, я имею в виду сам механизм. Человека нужно вывести на улицу, там он находит таких же, как он, увлеченных игрой, поиском. Но ведь возможно, условно говоря, заменить покемона на что-либо другое. Начинаться может все, к примеру, с экологических протестов или протестов в отношении урбанизма. Сейчас все нейтрально, но если есть технология, достаточно ее обкатать, после чего применить ее в политических целях не составляет большого труда. 

— То, что современные информационные технологии могут использоваться как инструмент влияния на массы, не поддается однозначной оценке “плохо” или “хорошо”: есть и позитивные примеры, когда в тех же соцсетях люди кооперируются, чтобы оказать кому-то помощь, как это было после урагана. 

— Мы не имеем ресурса к информационному суверенитету, чтобы создавать полностью свой виртуальный мир, как, например, в Китае, где запрещены соцсети, созданные за пределами страны. Поэтому необходимо данный механизм понять и научиться им пользоваться.  Действительно, одна и та же технология может быть направлена как на деструкцию, так и на противодействие ей, на созидание. Нам нужно иметь возможность использовать технологию на хорошие цели. Для этого эксперты должны анализировать процессы, происходящие в виртуальном пространстве. Нужны и практики — свои соцсети и сообщества.

* * *

Нельзя сказать, что интернет делает всех похожими, управляемыми и прогнозируемыми. Мы во многом разные, потому что у нас разные взгляды на события, опыт, мечты и планы. Однако новые технологии, новые средства связи, безусловно, меняют жизнь. Но каждый человек сам решает, что делать, что считать допустимым и на что тратить свое время. И это даже вопрос не столько о зависимости от чего-то, а скорее о наполненности нашей жизни и о наших целях.

Мнение

Кирилл Волков, кандидат технических наук, доцент кафедры сетей и устройств телекоммуникаций БГУИР: 

— Дополненная реальность — очень перспективное направление. Человеку достаточно навести свой смартфон на специальную наклейку с маркером (например, с QR-кодом) — и у него на экране появится расширенная информация об объекте. Это может использоваться в образовании: допустим, студент подошел к стенду, за несколько секунд считал размещенный на нем QR-код и получил на гаджет расписание занятий, причем на любом языке. Оптические маркеры также применимы для навигации в помещениях, в том числе и совместно с имеющимися в смартфоне компасом и акселерометрами, что особенно удобно, например, людям с ослабленным зрением: можно голосом сказать “молоко”, а дальше просто держать мобильник камерой вперед и идти по его командам. Еще одно направление — туризм и музейное дело: вместо аудиогидов можно использовать мобильник. Так, кроме выбора языка, появляется возможность осматривать экспозицию в произвольном порядке. Для навигации в городе особенно эффектно выглядят  3D-проекции — стрелочки или парящие иконки. Также в военном деле — системы проекции на лобовое стекло и на нашлемные дисплеи, в телемедицине  для удаленных операций: передача стереоизображения в шлем виртуальной реальности хирургу и обратная связь — при движении руками двигаются манипуляторы. В играх технология приобретает несколько иной смысл, ее задача — заставить игрока выйти из дома. До Pokemon Go такие игры не пользовались успехом. Популярность покемонов, думаю, прежде всего связана с раскрученностью самого бренда — некогда выходил одноименный мультсериал, у которого было много поклонников.

Успех в денежном выражении


Ежедневно в Pokemon Go играет около 30 млн человек. На фоне колоссального успеха игры акции компании Nintendo, акционера Niantic и The Pokemon Company International, взлетели с 17,63 доллара до 37 долларов за полторы недели. Правда, сейчас их стоимость колеблется на уровне 22—24 долларов. Прибыль разработчики получают прежде всего за счет покупок различных бонусов в игре: в конце июля дневной доход от игры на устройствах под управлением iOS и Android достиг 10 млн долларов. За месяц с момента запуска Pokemon Go заработала 200 млн долларов. Для сравнения: по подсчетам экспертов компании Deloitte, объем всего мирового рынка мобильных игр в нынешнем году составит 35 млрд долларов, а средний доход на одну игру — до 40 тысяч долларов в год.

Опрос


А вы ищете покемонов?


Анна Гуськова, фристайлистка сборной Беларуси:

— Я не играла в эту игру и не собираюсь. Как по мне, это полная глупость. Хотя, в общем, Pokemon Go может быть полезна. Например, людям с избыточным весом, которые смогут избавиться от него, проходя по несколько километров в погоне за очередным Пикачу.  

Валерий Сериков, инженер:

— Игру скачал где-то через неделю после запуска. Сыграл массовый ажиотаж, да и вспомнил детство: смотрел одноименный мультфильм. Кстати, тогда мы тоже играли в “покемонов”, только с помощью фишек. Сейчас, это, конечно, совершенно новый уровень. Правда, вначале не сильно увлекает, но потом, когда выбираешь команду, тренируешь своих монстров и знакомишься с другими игроками, начинаешь входить в азарт. Но не думаю, что интерес к игре продержится долго.

Илья Митько, лидер группы “Леприконсы”:

— Pokemon Go прошла мимо меня и моей семьи. Старший сын просил было установить ему на телефон, но я объяснил, что официально она в нашей стране не запущена. Я не против мобильных игр, но конкретно эта меня не привлекает и я не совсем понимаю, с чем связана массовая истерия вокруг нее.

gavrusheva@sb.by
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...