Медицинский ответ на криминальный вопрос

Тайна профессии. Судебно-медицинский эксперт

Есть в нашей стране медики, которые не всегда на виду. Они не спасают жизни. Но порой спасают человеческие души и помогают справедливости восторжествовать. Речь о судебно–медицинских экспертах.

Река Сож, полнолуние, катер, суровые лица оперативников и тело несчастного утопленника — тот первый выезд на дежурстве судебно–медицинский эксперт Игорь Верлыго не забудет никогда, хотя прошло уже 30 лет. И за эти годы пришлось повидать всякого. Сегодня Игорь Эрнестович — заместитель начальника отдела общих экспертиз № 2 управления судебно–медицинских экспертиз управления ГКСЭ по Минску.

Государственный медицинский судебный эксперт Игорь Верлыго не смотрит современные детективы. Говорит, от реальной жизни они далеки
фото Владимира Шлапака

Работа судебно–медицинского эксперта только в фильмах выглядит увлекательной: посмотрел на тело — и уже знаешь ответ. В реальной жизни иногда приходится работать долго и упорно: вскрытие зачастую требует серьезной подготовки, а осмотр живых потерпевших — навыков коммуникации. Ведь люди, которые приходят на экспертизу, чаще всего находятся в стрессовом состоянии: одни потому, что их к экспертам отправили по принуждению, другие потому, что горят желанием наказать обидчика либо просто не знают юридических аспектов оценки повреждений.

Так когда же умер дедушка?

«Наша задача — расставить точки над «i» в тех вопросах, на которые люди обычно не отвечают либо отвечают неправду. Иногда они делают это не специально, потому что не помнят, что на самом деле было. А иногда не признаются, потому что испытывают стыд или страх», — Игорь Эрнестович не раз убеждался в этом в своей практике. Тело не может соврать, уверен эксперт. Но может загадать загадку. «И тут уже вопрос, кто кого переиграет: объект или исследователь. Сможет ли исследователь разгадать загадку объекта». У Верлыго в этой игре пока только победы.

Однажды для изучения к судебным медикам поступило тело престарелого мужчины. В постановлении было указано, что дедушка умер в поезде Кисловодск — Минск в районе станции Пуховичи. Расстояние от которой до столицы скоростной поезд проезжает за 50 — 60 минут. Однако при осмотре стало понятно, что пенсионер умер намного раньше — зеленые кожные покровы, тело буквально раздуто. Почему и как это могло произойти? Когда дочь покойного поняла, что ей ничего не будет за содеянное, она рассказала, как все было. На самом деле ее папа умер в Кисловодске, куда отправился на воды вместе с дочкой. Однако доставка тела на родину показалась слишком дорогой для семьи. Поэтому дочь решила выкупить отдельное купе для родственника и перевезти его на родину. В общем, никакого криминала. Лишь странная человеческая расчетливость.

Дело о голубом свитере

Если мертвое тело вряд ли сможет соврать, то люди, которые сами обращаются за экспертизой, нередко пытаются обмануть специалистов. «Некоторые пытаются сымитировать кровоподтеки, но мы сразу это определяем. Как правило, человек делает это, находясь на эмоциях, сгоряча, получается не очень правдоподобно», — Верлыго рассказывает, что в ход идут женские тени, старые синие копирки — способы экспертам хорошо известные. А вот доказать удушение можно далеко не всегда. Дело в том, что на шее практически не остается кровоподтеков. Но эксперты всегда обращают внимание и на другие факторы, например, на кожу лица. Впрочем, и тут возможны разные варианты. В практике Верлыго был случай, когда ребенка доставили с подозрением на попытку удавления руками. Но оказалось, что в припадке злости на папу, который отшлепал его ремнем, малыш начал кричать так, что лопнули сосуды на лице. Именно это стало причиной повреждений, а не удушение, как утверждалось сначала. Покажи экспертиза другой результат, против папы могли бы возбудить уголовное дело.


Судебно–медицинская экспертиза может помочь раскрыть уголовное дело. Маленькая деталь, вовремя замеченная специалистом, не раз становилась кульминацией расследования. Вот пример. В одном из деревенских домов в Хойникском районе случился пожар, в котором погибли две сестры. Обеим бабушкам уже было около 100 лет. «При первом осмотре нам бросилось в глаза отсутствие внешних признаков того, что эти люди подверглись воздействию угарного газа. Кожные покровы были не розовые, как это обычно бывает, а фиолетовые. Значит, что–то здесь не так. При обследовании одежды мы обнаружили нити голубого мохера. Однако одежды из мохера у бабушек не было — они носили то, что сами смогли сшить, о пряже из шерсти ангорских коз там и речи не шло», — эта информация сразу поступила оперативникам. Местные с ходу указали на дом, один из жильцов которого ходил по селу в похожем свитере. Преступник сразу сознался: он убил бабушек, а чтобы скрыть злодеяние, поджег хату. Еще до результатов вскрытия преступление было раскрыто. И таких историй за карьеру Верлыго были сотни.

В его кабинет то и дело заглядывают молодые сотрудники — без консультации опытного специалиста далеко не всегда можно сделать правильный вывод. Кроме практического опыта, мудрый наставник передает молодому поколению главный принцип судмедэксперта: никогда нельзя забывать о том, что за мертвыми всегда стоят человеческие судьбы.

isaenok@sb.by


Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Загрузка...