Минск
+6 oC
USD: 2.19
EUR: 2.38

Как глоток кислорода: чем поможет барокамера

Почти космос! Вот первое впечатление от зала для баротерапии отделения гипербарической оксигенации и гипобарической адаптации Минской областной клинической больницы. И, как выясняется, не обманчивое: все имеющиеся тут барокамеры сделаны российским космическим НПЦ имени М.В.Хруничева, и такие же используются при подготовке космонавтов, поэтому изображение орбитальной станции и украшает «борт» каждого медицинского аппарата. С его помощью лечат отравления угарным газом, переломы, осложнения сахарного диабета и многое другое. О возможностях метода, который, по его мнению, используется у нас недостаточно широко, заведующий отделением, главный специалист по баротерапии Минздрава Авксентий СТЕПАНЮК готов говорить часами.


В основе гипербарической оксигенации (ГБО), то есть баротерапии, — чистая физика. Авксентий Степанюк предлагает вспомнить закон Генри: растворимость газа в жидкости прямо пропорциональна давлению этого газа над уровнем жидкости. В переводе на терапевтические рельсы это значит: чем выше давление кислорода снаружи, тем больше его растворится в крови. В барокамере, куда помещают пациента, как раз и создаются такие условия: повышается давление и нагнетается кислород.

— Есть масса заболеваний, при которых нарушено снабжение клеток кислородом. И проведение ГБО — лучший способ устранить такие проблемы, которые, кстати, медикаментозно решить не всегда возможно. Например, при заболеваниях, ведущих к сужению просвета сосудов, когда продвижение эритроцитов по ним затруднено или вообще невозможно и движется только жидкая часть крови — плазма. Ее мы и обогащаем кислородом, поскольку в обычных условиях растворенного в ней кислорода крайне мало. Этот феномен ГБО и обусловливает эффективность метода.


Например, один из шведских ученых показал, что применение гипербарической оксигенации при диабетической стопе, когда имеет место крайняя степень повреждения сосудов, значительно снижает процент ампутаций. У нас, к сожалению, в комплексном лечении осложнений сахарного диабета ГБО применяется не так широко, как хотелось бы. Зато она включена в протоколы лечения акушерско–гинекологической патологии, заболеваний нервной системы. Скажем, ликвидировать внутриутробную гипоксию плода медикаментозными методами сложно и небезопасно для плода. Зато вполне эффективно и безопасно методом ГБО. Кроме того, он однозначно показан при отравлении угарным газом и гнилостной инфекции.

— Это далеко не все случаи, где данный метод лечения мог бы быть с успехом применен. Ввиду недостаточного количества публикаций в специальной литературе до недавнего времени даже медицинская общественность не была хорошо осведомлена о его возможностях, — Авксентий Степанюк не раз убеждался на практике, что баротерапия прекрасно работает и при других диагнозах.


Многие пациенты, посещающие это отделение, — с заболеваниями печени. Когда из–за перенесенных гепатитов, алкогольной или наркотической интоксикации клетки начинают погибать, страдает и детоксицирующая функция печени, а значит, идет самоотравление организма. Улучшая кислородный баланс, баротерапия помогает справляться с проблемой. Оценив эффект от одного курса, такие пациенты приходят повторно. Благо у гастроэнтерологов Минской областной больницы этот метод пользуется популярностью.

Следующая когорта постоянных клиентов — с плохо срастающимися переломами костей, а также воспалительными заболеваниями костной ткани — хроническими остеомиелитами.


— Костная ткань кислородом снабжается очень плохо, сосудов в ней мало, и когда возникает какой–то гнойный очаг, лечится он сложно. И антибиотик туда доставить трудно, и условия для патогенной флоры благоприятны. Поэтому остеомиелиты являются международным, общепризнанным показанием для ГБО. Что касается переломов, то любой из них сопровождается повреждением сосудов и нарушением питания тканей в зоне срастания кости. Чем больше мы доставим туда кислорода, тем лучше будет идти образование костной мозоли, — поясняет Авксентий Артемович.

Новый тип его пациентов — дамы после косметологических операций. Любое повреждение тканей, разрез сопряжены с пресечением большого количества мелких сосудов и соответственно нарушением кровообращения. Чтобы рубцы потом были более незаметными, для питания клеток, которые там будут образовываться, нужно дать достаточное количество кислорода. Поэтому в первые дни после пластики косметологи начали рекомендовать курс ГБО. Он улучшает течение послеоперационного процесса и после пересадки кожного лоскута — при больших косметологических операциях, у ожоговых больных.


— В последнее время к нам стали обращаться и дайверы. При погружении более 20 метров в условиях избыточного давления в процессе дыхания в тканях растворяется огромное количество азота. Чтобы он мог выделиться, подъем должен быть медленным, с остановками. Иначе газовые пузырьки остаются и создают проблему — возникает декомпрессионная болезнь: боли в суставах, мышцах. Грамотные подводники сразу бегут туда, где есть барокамеры. Ведь единственный способ исправить ситуацию — создать давление, на которое человек погружался, и медленно его поднимать, дав азоту раствориться и выделиться из организма.

А на днях была защищена кандидатская диссертация по применению ГБО у детей первых дней жизни, перенесших гипоксическое состояние в перинатальном периоде, — работа велась в РНПЦ «Мать и дитя».

Капсула двойного действия

Удивительно, но с помощью баротерапии можно и... подняться в горы. Авксентий Степанюк показывает единственный в стране комплекс двойного
действия, предназначенный как для проведения сеансов ГБО, так и для гипобарической адаптации. В капсуле, превосходящей размерами обычную барокамеру, создаются условия, как в среднегорье, на высоте до 3 тысяч метров. Разреженный воздух и пониженное давление облегчают состояние пациентов с ишемической болезнью сердца, бронхиальной астмой, обструктивным бронхитом, ХОБЛ. В такой камере можно также готовить спортсменов, скажем биатлонистов, к стартам на высоте. Но главные надежды сейчас связаны с реабилитацией детей с повреждениями центральной нервной системы.

— С прошлого года у нас идет совместный проект с кафедрой детской неврологии БелМАПО. Лечение прошли около 30 детей от 6 месяцев до 7 — 8 лет — с ДЦП, задержкой речевого и общего развития. После курса из 20 сеансов есть положительные сдвиги — нормализуется сон, становится больше словарный запас, появляются первые фразы, — удивляет Авксентий Степанюк. И проводить гипокситерапию малышам легко: так как камера большая, дети в ней могут находиться с родителем.

ВОПРОС РЕБРОМ

А это не опасно?

Самая большая проблема, которая может возникнуть, — дискомфорт от замкнутого пространства. Но она решается большим количеством иллюминаторов. Давление в камере, куда нагнетается кислород, подбирается индивидуально и может составлять даже 3 избыточные атмосферы. Во время стандартного 40 — 50–минутного сеанса пациент постоянно находится под наблюдением врача или медсестры. Есть и переговорное устройство. Особенно на первых сеансах медики стараются как можно больше общаться с пациентом, выясняя его самочувствие.

КСТАТИ

В Беларуси работают 50 отделений баротерапии, они есть во всех областных больницах. Больше всего (10) в Брестской области.

vasilishina@sb.by
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Денис МАЛЫШИЦ
Загрузка...