История должна нас объединять

В прошедшую пятницу редакция газеты провела «круглый стол» «Куропаты — мемориал памяти и скорби»
В прошедшую пятницу редакция газеты провела «круглый стол» «Куропаты — мемориал памяти и скорби». Несмотря на то что событиям, которые произошли в этом лесном урочище недалеко от Минска, более 75 лет, тема политических репрессий, которые происходили на нашей территории в 20 — 50–е годы XX века, по–прежнему волнует общественность. Абсолютное большинство наших современников с негодованием относятся к самому факту незаконных политических репрессий, когда вследствие радикальных политических доктрин в жертву приносились люди, которых затем признавали невиновными и реабилитировали. В том, что эти времена и нравы не должны повториться, в обществе существует определенный консенсус.


Но идет время, сменяются поколения. И некоторые вопросы начинают обсуждаться тенденциозно, с учетом сиюминутных воззрений и политических интересов. Надо прямо признать, что руководство нынешней суверенной Беларуси неоднократно возвращалось к этой теме. Во–первых, Генпрокуратуре, КГБ ставились задачи еще и еще раз вернуться к проблеме, выяснить все белые пятна, добиться того, чтобы ни один из невинно пострадавших людей не остался бы нереабилитированным, чтобы в соответствии с законодательством незаконно репрессированные люди, их родственники получили соответствующую материальную компенсацию. При этом, естественно, учитывалось, что процесс этот далеко не однозначный. Хотя бы потому, что многие из тех, кто в сороковые годы был осужден на территории БССР и в других местах за службу нацистам, активное участие в расправах над мирными советскими гражданами, коллаборационисты всех мастей реабилитации не подлежат. Даже из этого факта можно сделать вывод, сколь сложна и многогранна эта проблема.

После того как общественности стало известно о массовых захоронениях в Куропатах, мнения на этот счет полярно разделились. Некоторые люди с упорством, как говорится, достойным лучшего применения, стали старательно отыскивать «факты», которые должны были убедить всех, что органы НКВД не имеют никакого отношения к массовому кладбищу, что это, мол, дело рук нацистов, а раз так, то чего, дескать, и беспокоиться?.. Общественности, ученым, экспертам пришлось вести большую работу, целью которой было установление истины.

Истина же заключалась в том, что лесное урочище Куропаты является местом захоронения жертв незаконных и аморальных политических репрессий. Однако дальнейшая логика событий показала, что определенное равнодушие местной власти к проблеме Куропат, нежелание развернуть позитивную работу по увековечиванию памяти невинных жертв привели к тому, что определенный вакуум заполнили различные политические силы, фактически «приватизировав» Куропаты. Критики заслуживает и студенческая корпорация, которая самоустранилась. Достаточно сказать, что за последнюю четверть века минские студенты ни разу не вышли на субботник, толоку по благоустройству, приведению кладбища в порядок. Спасибо энтузиастам, которые не ленились это делать, которые установили памятные кресты по периметру урочища и по мере сил поддерживали благоустройство.

Нельзя не отметить, что, к сожалению, тема Куропат стала и площадкой, которую некоторые хотят сделать ярмаркой тщеславия. Звучат призывы чуть ли не эксгумировать все останки, проводить некие генные исследования... Некоторые деятели, в том числе и духовные особы, вдруг заговорили о необходимости какого–то «всенародного покаяния». Хочется сказать этим господам, чтобы они успокоились и не использовали скорбную тему как подставку для того, чтобы увеличить собственный рост. Во–первых, нужно понимать, что нынешняя Беларусь, ее руководство, органы государственной безопасности не имеют ничего общего с теми эксцессами, которые происходили 75 лет назад. Да и никто из нас, уважаемые читатели, не имеет никакого личного отношения к тем политическим процессам и репрессиям. Так с какой стати, а главное — перед кем мы будем каяться и кто тщится стать экзаменатором этого процесса? Не лучше ли принять личное участие в мероприятиях, которые рекомендует государству и обществу «круглый стол» в редакции газеты «СБ». Вкратце они таковы. Нужно сделать все зависящее от каждого, чтобы как можно решительнее убирать из нашей духовной и общественной жизни все, что в состоянии разъединить белорусов, вести к конфронтациям, стало быть, ослаблять наш общий дом, нашу страну. В память о невинно убиенных и похороненных в разных уголках Беларуси в те годы участники «круглого стола» предлагают создать в Куропатах Всебелорусский мемориал памяти и скорби. При помощи государства, всех белорусов, независимо от их конфессиональных и политических пристрастий, нам нужно создать на месте захоронения памятный знак, облагородить территорию, сообща поддерживать на ней такой порядок, чтобы каждый желающий мог прийти и воздать должное памяти наших предков. В этом процессе главное место должно принадлежать государственным органам и общественности, политическим и молодежным организациям, партиям. Туда должны приходить ребята из БРСМ и «молодофронтовцы», все, кто любит Беларусь и желает ей добра. Куропаты должны стать настоящим общенациональным мемориалом. Вот о чем говорили участники «круглого стола».

В дискуссии на «круглом столе» участвовали первый заместитель председателя КГБ генерал–майор Игорь СЕРГЕЕНКО, уполномоченный по делам религий и национальностей Леонид ГУЛЯКО, член-корреспондент Национальной академии наук, доктор исторических наук Александр КОВАЛЕНЯ, декан факультета международных отношений БГУ доктор исторических наук Виктор Шадурский, доцент кафедры факультета международных отношений БГУ, кандидат исторических наук Игорь КУЗНЕЦОВ и кандидат исторических наук Владимир АДАМУШКО. Вел дискуссию главный редактор «СБ».

И.Сергеенко.
Л.Гуляко.
А.Коваленя.
В.Шадурский. 
И.Кузнецов.
В.Адамушко.
П.Якубович.
П.Якубович: 2017 год богат на юбилейные, исторические даты. Это и столетие Февральской и Октябрьской революций, а также 80–летие политических репрессий 1937 года, пика большого террора, явления совершенно незаконного и аморального по своей сути. Мы собрались, чтобы обсудить некоторые исторические уроки прошлого, высказать мнение по Куропатам как символа жертв тоталитарных репрессий, проанализировать статус и место Куропат в истории белорусского народа.

Все мы прекрасно знаем, что незаконные политические репрессии, произошедшие в СССР в 1920 — 1950–х годах, признаны, установлены, решительно осуждены обществом и безусловно не должны повториться.

Это — главный лейтмотив нашего разговора.

Хотелось бы знать ваше мнение по этому большому и во многих случаях недостаточно осмысленному еще кругу политических, философских и общественных вопросов.

И.Кузнецов: Вот еще одна дата. 80 лет тому назад именно в эти дни в Москве начал работу февральско–мартовский пленум ЦК ВКП(б) под председательством Сталина, который фактически провозгласил курс на «большой террор». Что стало его порождением — субъективные или объективные факторы? Был ли этот процесс спонтанным в силу того, что руководство партийных органов на местах неправильно понимало свои задачи? Могли ли руководители республиканских, областных органов инициативно начать массовые операции по арестам и расстрелам или они получили недвусмысленную команду из Москвы?

Есть множество версий по этому поводу.

Да, действительно, Октябрьская революция свершилась под светлыми идеалами и лозунгами справедливости. Но столкновение разных политических и классовых групп, гражданская война и непримиримость идеологических установок привели к беспощадной борьбе, в том числе и среди руководителей партии большевиков. Во многих случаях ставка делалась на силу. Это и создание Всероссийской чрезвычайной комиссии в декабре 1917 года, и чистка «военспецов» в 1930 году, и «шахтинское дело», процесс «Промпартии», и массовая коллективизация 1929 — 1932 годов, когда сотни тысяч крестьян, в том числе проживавших в БССР, оказались в лесах Коми, сибирских болотах, у полярного круга.

Подчеркну: старт «массовых операций» конкретно был дан на упомянутом пленуме. В столицы республик, краевые и областные центры 30 июля 1937 года пришел приказ № 00447 за подписью наркомвнудел СССР Ежова об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов. По сути, это был первый репрессивный приказ, детально предписывавший, кого арестовывать, кого и как допрашивать, как «оформлять» уголовные дела, как формировать «тройки», был установлен порядок этапирования, расстрелов, были спущены «лимиты» на расстрелы.

П.Якубович: Уточню: приказу НКВД все–таки предшествовала директива Политбюро ЦК за подписью Сталин — Молотов, давшая Ежову политическое основание издать свой детальный приказ. Очень важно понимать, что все эти спецоперации, спецсуды, «тройки», экзекуции — не самодеятельность неких зарвавшихся руководителей органов НКВД. Им были доведены точные и недвусмысленные указания, партдирективы, следствием которых и стали последующие «боевые» приказы о проведении единообразных, не допускающих различных толкований смысла и хода репрессий на территории всего СССР.

И.Кузнецов: Известны польская, немецкая, латышская операции. То есть репрессии проводились и по национальному признаку.

П.Якубович: Коллега, возражу вам. Репрессии проводились все–таки не по национальному признаку, а по классовому, исходя из понимания «классовой борьбы» тех лет. Не будем запутывать читателя. Польша и Латвия к 1937 году считались в политическом руководстве СССР наиболее вероятными врагами. Против уроженцев этих стран, бывших когда–то подданными Российской империи, и был направлен удар. Операция по приказу № 00486 в БССР (борьба с полумифической польской Военной организацией) тоже проводилась совсем не по этническому принципу. Ее жертвами стали польские перебежчики, активные деятели КПЗБ из числа белорусов, крестьяне приграничных районов. Подозреваемые в антисоветской деятельности, поляки, белорусы, евреи — это все жертвы параноидальных подозрений Сталина и его окружения во вселенском заговоре «врагов народа». Давайте говорить о политических репрессиях, потому что во главу угла в тридцатые и последующие годы ставилась не борьба с каким бы то ни было народом, а догматические идейные принципы, ну и, конечно, борьба за власть внутри партии. Разумеется, для погибших это уже не важно, но историческая правда должна соблюдаться.

И.Кузнецов: Анализ данных по 80 тысячам реабилитированных (из более чем 250 тысяч репрессированных судебными и несудебными органами) показал: до 70 процентов составляли белорусы, около 20 процентов — поляки, остальные — евреи, русские и представители других национальностей.

П.Якубович: О чем говорят эти цифры? Понятно, что на территории Белоруссии белорусов было больше всего. Ненцы и немцы у нас массово не жили. И крайне дилетантски, а иногда подло говорить, что это, мол, «русские большевики» решили уничтожить в 1937 году белорусскую элиту. Вздор! Руководство партии и НКВД сами были людьми без национальностей, в этом смысле террор был безликим. Что с того, что Ежов родился в польско–белорусском селе, нарком Берман в Забайкалье, а первый секретарь ЦК КП(б)Б Шарангович, правивший в 1937 году в Минске, происходил из нарочанского села Кочаны? А Сталин был вообще грузин Джугашвили? На ваш взгляд, с точки зрения морали, нравственности, укрепления единства белорусского народа какой урок следует извлечь из тех трагических лет?

И.Кузнецов: К сожалению, на мой взгляд, мы этот урок не извлекли. Прошло 25 лет нашей независимости, а мы не сделали нужного шага в этом направлении. В Беларуси за эти годы не открыт ни один мемориальный знак с участием государства. А как этот период отражен в наших учебниках? Выросло поколение молодых людей, которое не застало начала 1990–х, когда была масса публикаций по этой теме, когда мы узнали о персоналиях, о местах массовых захоронений, о Куропатах. В начале 1990–х годов в Институте истории Академии наук была создана рабочая группа, которая занималась этим вопросом. А потом к 1998 году ее деятельность постепенно сошла на нет. 

П.Якубович: Ну, говорить о том, что «ничего не сделано», не совсем корректно, потому что по поручению Президента прошла волна реабилитации тех лиц, уголовные дела которых по разным причинам ранее не изучались. В 1995 — 1998 годах, знаю, было много обращений родственников репрессированных, которые знакомились с архивными делами, добивались реабилитации, материальной компенсации. Но было и равнодушие, и забвение, что касается Куропат и других мест захоронений. Это правда. Конечно, массовые репрессии — колоссальная травма для белорусского народа. С другой стороны, бесконечное раздирание ран, увлеченная погоня за сенсациями, дилетантское мифотворчество, «приватизация» истории оказывают не совсем здоровое влияние на сознание и даже психику подрастающего поколения. А по–моему, оно не должно здесь для себя делать открытий, а через учебники системно и серьезно изучать то, что произошло в 20–е — 50–е годы, последствия и масштабы трагедии. И понимать, что все это происходило на фоне поступательного развития страны, а по городам и селам БССР носились не только автозаки, но и тракторы, комбайны, строились города. Картина была очень разнообразной и далекой от всеобщей панихиды...

В.Шадурский: Политические репрессии — это трагедия и преступление одновременно. Сегодня нам порой трудно даже определить, кто там был жертвой. Репрессии напоминали собой топор, который сначала пытался рубить головы виноватым, а потом всем подряд, в том числе палачам. Они тоже есть среди жертв. Это большая трагедия для всех народов, и вряд ли мы имеем право говорить, что какая–то этническая группа пострадала больше либо меньше.

П.Якубович: Здесь тоже следует определиться в терминах. Мне слово «палач» не совсем понятно. Можно ли винить, скажем, комендантский взвод в расстреле? Он выполнял приказ, действовал в правовых рамках установленных правил. А поскольку значительная часть из этих «исполнителей» и следователей покоится в Куропатах, как–то не поднимается рука огульно назвать их «палачами». Такой же мрачный парадокс наблюдался во времена Французской революции — Робеспьер: палач или жертва, Марат, якобинцы?.. Кровавый парадокс имеется и в Куропатах, где в одной яме оказались и крестьяне, и дворяне, и царские жандармы, и комбриги Красной Армии, и бывшие белогвардейцы и начсостав НКВД.


В.Шадурский: Но мы знаем на примере конкретных судеб, как некоторые следователи в 1937 году применяли незаконные методы, пытки, как выбивались признания и показания из людей невинных абсолютно. Все это опубликовано, названы многие детали, поставлены фильмы и спектакли, написаны очень серьезные книги о причинах и следствиях террора. Поэтому нельзя сказать, что наше общество не вынесло никаких уроков из того периода. Другое дело, что уходит время, уходят свидетели, эта боль затихает и появляется много наносного.

И.Кузнецов: Да, действительно, можем ли мы предъявлять юридические претензии сотрудникам НКВД, выполнявшим приказ старших командиров? В Куропатах, например? По какому принципу мы теперь будем делить останки погибших в Куропатах? Одна из наших политических партий не устает повторять, что в Куропатах и других захоронениях «лежат только белорусы». Убитые кем? «Российским НКВД!» Во–первых, не было никакого «российского НКВД». А потом — в Куропатах захоронены представители многих национальностей. Однако появляется шумная и уверенная в себе группа, заявляющая, что нас интересуют только белорусы. Потом появятся те, кого интересуют, например, только поляки или только евреи... Научно ли это, гуманно, не раскалывает ли это наш народ?

В.Шадурский: Согласен с вами. Здесь очень опасно разделение жертв по конфессиям, этническому происхождению, политическим воззрениям и так далее. Очень недолго вернуться к сталинской идеологии: «бывшие люди», «лишенцы», «враги», «социально вредные» и так далее....

П.Якубович: Я не совсем понимаю механизм и цель такого разбора — разве что апеллировать к апостолу с его «ключами» — пусть расскажет, кто как себя вел в то безумное время? Главное все–таки в том, что общество должно наконец осознать, что, в частности, Куропаты — не полигон для эксгумаций и проведения медэкспертиз. Это — место массового захоронения, упокоения. Там, на мой взгляд, должен быть огромный, кричащий плакат: «Здесь похоронены люди». Не носители тех или иных политических взглядов, не фигуранты «ошибок» во время антитроцкистского партголосования 1927 года, не дутые «японские шпионы», а просто — люди. Как мы их разделим, на какие полочки положим их кости? Никак! Вот что мы обязаны, так это послать обществу месседж: давайте снимем головные уборы и тихо в душе помолимся! За всех, кто покоится под этими искусственно высаженными над ямами соснами. Очистимся и сделаем каждый на своем месте все, чтобы такое больше не повторилось. А кто был прав, кто виноват... Имена их — бог весть...

А.Коваленя: Мне кажется, мы несколько упрощенно подходим к этим трагическим событиям нашей истории. Давайте не забывать, что в 1917–м произошел слом прежней модели развития, появилась новая социально–экономическая система. У новой власти были противники, и, естественно, она должна была защищать себя. Я сейчас не говорю о том, правильно или неправильно она тогда это делала. Произошедшая революция защищала свои интересы. Я как историк не помню ни одного партийного решения об осуществлении репрессий против того или иного народа. Борьбу вели против саботажников, противников советской власти. Но на местах, как это часто бывает, понимали эти решения и претворяли их в жизнь каждый по–своему. Поэтому надо смотреть в корень: а были ли социально–экономические предпосылки для того страшного явления, которое имело место в 1920 — 1930–е годы?

В.Адамушко: Согласен. Но мы не должны концентрировать свое внимание только на 1937 годе. Сегодня в Беларуси имеется более 10 тысяч архивно–следственных дел на лиц, осужденных в 1917 — 1929 годах. Это были явные политические чистки, направленные, конечно же, не против белорусов как этнической группы. Да, большевики взяли власть и всячески ее защищали. И ситуация в Белоруссии отражала общую политическую картину в СССР того времени. В 1931 — 1933 годах к уголовной ответственности по политическим мотивам привлекли людей никак не меньше, чем в 1937–м. В марте 1930 года с территории БССР было выселено в отдаленные районы более 36 тысяч крестьянских семей. А в каждой семье на тот период было как минимум шесть человек. Вот и подсчитайте. Конечно, это масштабная трагедия для всего белорусского народа.

Как человек, изучавший по первоисточникам эту тему с 1990 года, хочу не согласиться с Игорем Николаевичем (Кузнецовым) по поводу изучения этого вопроса в Беларуси. Собираясь на этот «круглый стол», я провел мониторинг в Национальном архиве и посмотрел, кто работал по этой теме. Кроме покойного профессора Платонова, вашего покорного слуги и еще двух–трех человек, там никто в последние годы не был. А материалы в этом архиве, поверьте, не менее интересные, чем в архивах спецслужб. Идите, изучайте. Но прежде чем критиковать эти источники, с ними надо познакомиться.

П.Якубович: Коллеги, мы не занимаемся ни восхвалением, ни очернением компартии тех лет и никому не предъявляем счет. Ни Молотову, ни Пономаренко, ни Цанаве. Безусловно, революция должна была защищаться, у нее были враги, во Франции ждали команды целые дивизии из белогвардейцев, имелись агентурные сети разных государств и много чего другого. Но никуда не деться от того факта, что в 1937 году внесудебные органы (всевозможные «двойки», «тройки», особые совещания, спецсуды, трибуналы) необоснованно привлекли к ответственности огромное количество людей. В том числе минского писателя Кляшторного, витебского крестьянина Волохоновича, могилевского священника о. Ивана — десятки тысяч людей и отнюдь не «врагов»!

Добавлю, что все эти люди — все без исключения! — были впоследствии реабилитированы. 

И.Сергеенко: Проблема политических репрессий, их причины, суть и последствия — это тема не одной исторической конференции. Я хотел бы привести одну из юридических трактовок термина «политическая репрессия». Это «необоснованное привлечение к уголовной ответственности за государственные, контрреволюционные преступления, а также ссылка, высылка, направление на спецпоселения граждан судебными или несудебными органами по политическим, социальным, национальным, религиозным и иным мотивам». Я не сводил бы все именно к 1937 году. Это был пик репрессий. Но обращаю внимание, что впоследствии ЦК КПСС принимал решение о реабилитации жертв политических репрессий 1920 — 1980–х годов. Начало репрессий приходится именно на 1920–е годы. Здесь можно говорить и о внутрипартийной борьбе, и борьбе за власть, и о подготовке к будущей и неминуемой войне. Это и троцкистский блок, и правый уклон, «Шахтинское дело» и дело «Промпартии», и раскулачивание. Проблема, как видится, совершенно не трактуется однозначно и упрощенно.

Современная наука говорит: идеологической основой политических репрессий был тезис Сталина, что по мере строительства социализма классовая борьба обостряется. Хотел бы привести некоторые цифры касательно архивов Комитета госбезопасности. Понятно, что в годы Великой Отечественной войны часть архивов была уничтожена, но эта часть совершенно незначительная. Поэтому сегодня, опираясь на фактические цифры, я могу сказать: по уголовным делам — судебным и несудебным способами — было репрессировано 235,5 тысячи человек. Это за весь период — с 1920–х по 1950–е годы. Это дела, находящиеся в Центральном архиве КГБ и архивах областных управлений, касающиеся и лишенных свободы, и расстрелянных. Из них 176 тысяч были реабилитированы. Что касается работы в наших архивах — все обращения историков, вузов, специализированных научных институтов мы рассматриваем и вопрос этот решаем. Другое дело, что, когда рассмотришь тысячи таких дел, — ничего, кроме боли и трагедии, почерпнуть из них не удается. Даже вдумчивый историк ничего, кроме Ф.И.О., кратчайшего формального допроса, решения «тройки» и факта последующей реабилитации, — ничего из этой тонкой папочки (некоторые я взял сюда и демонстрирую) нового не узнает. К сожалению.

П.Якубович: Игорь Петрович, а как вы относитесь к модному ныне тезису о том, что пик Большого террора — это следствие желания русских или евреев (которых действительно немало было тогда в органах) «помахать в БССР гильотиной». Мы уже говорили об этом, но все–таки были ли эти репрессии направлены исключительно против белорусов? Ведь это утверждение было очень популярным в оккупированной Белоруссии, тогда гитлеровцы специально настраивали один народ на другой. У Кубэ даже были целые структуры для этого, там служило немало коллаборационистов. Зачем же сейчас кое–кто будит демонов?

И.Сергеенко: Исходя из тех материалов, с которыми я знаком, тезис, о котором вы говорите, отвергаю! Никакого подхода по национальному признаку в репрессиях тех лет не было. И белорусы, и русские, и украинцы, и евреи, и поляки — словом, представители всех национальностей, проживавшие на территории Белорусской ССР, — все они по тем или иным основаниям подвергались необоснованным репрессиям. Исходить нужно из этого!

В.Адамушко: В начале 1930–х годов в нашей республике против представителей белорусской интеллигенции было начато дело так называемого «Саюза вызвалення Беларусi». Совершенно аналогичное дело, но именуемое «Спiлка визволення України», существовало в Украине. Такие же дела были в Грузии, республиках Средней Азии, в Азербайджане... Сталин одновременно по одной схеме наносил удары по советской интеллигенции. Что в Минске, что в Москве, что в Тбилиси.

В.Шадурский: Конечно, можно говорить, что многие тайны в истории еще сохраняются. Но мне кажется, что касательно репрессий мы уже сказали практически все. Можно говорить о мотивациях властей, о наличии части реальных врагов, о ситуации, когда закон становится жертвой «политической целесообразности». Но мы видим и то, что зачастую поиск реальных противников власти подменялся «назначением» врагов. Вот у нас были последовательно репрессированы три ректора БГУ, многие директора институтов Академии наук... Они–то какой вред пытались нанести стране?!

Л.Гуляко: Давайте эту теоретическую дискуссию приблизим к сегодняшнему дню. И к теме нашего «круглого стола». Безусловно, Куропаты — это место вне зависимости от того, кто там расстрелян и по каким мотивам, заслуживает увековечивания. Заслуживает признания. Другое дело, что в обществе есть небольшая группа, даже не срез общества, а именно группа, которая хотела бы эту тему «приватизировать». И сделать Куропаты «своим местом», в том числе и для противостояния власти. Тем не менее власть абсолютно ровно относится ко всем. Сужу по собственной профессиональной деятельности: более 10 лет я работаю с национальными меньшинствами (представители 141 национальности проживают в Республике Беларусь), и ни от кого из них за все это время не слышал темы Куропат. Это я к тому, чтобы мы своими разговорами не нарушили невзначай это равновесие. Все это очень тонкие темы...

П.Якубович: Ваша мысль, Леонид Павлович, понятна. Но, к сожалению, есть много дат, когда на Куропаты идут люди — раньше больше, теперь меньше, но все же идут — с нескрываемыми политическими целями, с соответствующей атрибутикой и т.д. И если мы будем закрывать на это глаза, то в решении данной проблемы мы не продвинемся. Куропаты так и останутся местом политических ристалищ. Разве это хорошо?

А.Коваленя: Наши разговоры о том времени порой создают впечатление, что наша страна в 1920 — 1930 — 1940–е годы только и занималась репрессиями, борьбой с кем–то и так далее. А кто писал доносы — например, на тех трех ректоров БГУ? В чем причина, что на одних ректоров доносы писали, а на других — нет? Да и вообще, только ли репрессии были в тот период? А международная ситуация какой была в тот период? Да и страна строилась, развивалась. Рождались дети, возводились новые заводы...

В.Шадурский: Безусловно, были и достижения. Но и закрывать глаза на безобразия мы не можем. Да и не всегда к ним приводили именно доносы — находившиеся под следствием подвергались нечеловеческим пыткам и порой оговаривали других. Ясно одно: репрессии ослабили страну. Они оказались вредными и для экономики, и для армии.

В.Адамушко: Опять мы отклоняемся от темы. Хочу поддержать Леонида Павловича: Куропаты должны стать местом, где гражданин, семью которого отметил рубец репрессий, мог бы поклониться там предкам, жертвенной памяти. Люди были бы рады такой возможности, а мы пока, к сожалению, не обеспечили их ею.

П.Якубович: Да, никакая самая благая цель не оправдывает даже одной невинной жертвы. Тем более когда речь идет о многих людях. Но историю, в том числе и период репрессий, надо изучать и будущим поколениям. Тем печальнее, что историки, со слов господина Адамушко, даже в архивы перестали ходить.

А.Коваленя: Не согласен. Если есть социальный заказ, имеется общественная востребованность той или иной проблемы — она поднимается.

П.Якубович: Я не разделяю тезис, что если тема «непроходная», то пусть лежит и тлеет. Любая общественно не обсужденная тема, чего бы она ни касалась, сродни спрятанной под ковер мине с часовым механизмом. Это не решение проблемы: она бахнет самым неожиданным образом, в ненужное время и в ненужном месте. Проблемы нельзя прятать под ковер. Поделюсь личной обидой. 7 лет назад в редакции «СБ» был проведен «круглый стол», на котором вопросы о Куропатах уже звучали, и достаточно резко. К дискуссии были приглашены историки, представители духовенства, уважаемая Майя Тодоровна Кляшторная (научный руководитель мемориальной зоны «Куропаты». — Ред.), дочь репрессированных родителей. На нем было много высказано, прозвучали интересные предложения, в т.ч. и к местной власти. Но все это как в воду утекло. Мы тогда обращались к Минскому облисполкому — надо благоустроить, облагородить Куропаты, взять их под охрану и т.д. Власть, к сожалению, не особо прислушалась. Не обратили внимания на «круглый стол» в «СБ» и те, кто регулярно ходит в Куропатах под политическими лозунгами. Не просто не обратили — даже оскорбились. Это, дескать, «наша тема», мы ее «выстрадали», как это «СБ» смеет ее вообще поднимать? Как будто бы Куропаты — не кладбище, а их личное поместье. К счастью, есть возможность обсудить это на другом уровне и с другими весьма уважаемыми экспертами. Наша задача — дать сильный месседж общественности, что все прошлые или нынешние исторические шероховатости, недоразумения должны стесываться. Мы должны все больше и больше чувствовать ответственность за Беларусь, ощущать себя членами одной большой, но дружной семьи. И еще раз скажу о сигнале обществу, что никакие события, имеющие некий двусмысленный, амбивалентный характер, не должны трактоваться в угоду нашим сиюминутным политическим предпочтениям и объективному осмыслению истории. Главное другое: белорусский народ един, страна у нас одна на всех и мы должны ради ныне живущих не допустить того плохого, что было. И говорить об этом следует вслух и безо всякой боязни!

А потому давайте перейдем к следующему вопросу. Мы — независимая страна, в юридическом смысле не являемся официальным преемником Советского Союза. Тем не менее нечто благое, универсальное, хорошее и гуманное из СССР мы перенимаем и развиваем. Но некоторые моменты нашей общей когда–то истории решительно отметаем. Политические репрессии прежде всего в ряду таких неприемлемых для современной Беларуси эксцессов. Ни сегодняшнее руководство Республики Беларусь, ни ее граждане, ни нынешние органы государственной безопасности решительно не имеют никакого отношения к произволу и трагедиям тех лет. Когда мы это поймем, то закончатся неконструктивные порой споры вокруг того, кто прав из убитых, а кто не прав? И тогда будет обеспечен общественный консенсус. А для этого в стране должно быть увековечено особое памятное, мистическое место. Не то, где кто–то получит возможность погорланить, побегать и установить отдельно взятый крест (для себя), а — место всенародной скорби и благородной памяти. Сделать его памятным мемориалом или выбрать иной формат — думаю, большая доброжелательная общественная дискуссия выкристаллизует оптимальное решение этого вопроса. Но пока, разумеется, дело не в названии и даже не в форме. Дело в принципе. Прошу высказываться.

А.Коваленя: Хочу поддержать эту мысль. Думаю, все согласны с тем, что Куропаты — это национальная трагедия. Но нам пытаются навязать другую мысль: Куропаты — это символ белорусского народа. Куропаты таким символом никогда быть не могут! Кладбище не может быть символом народа. Если мы пойдем по этому пути, это приведет нас к разделению общества. Поэтому мне кажется правильной идея сделать из Куропат объединяющий символ — поставить там знак или каплицу, которые бы в художественной форме показывали всю трагедию, пережитую белорусским народом в 1930 — 1940–е годы. Для этого возможности у государства и общества есть. Думаю, мы должны объединить усилия наших политических партий, которые могут стоять на разных платформах, но согласны сделать из Куропат символ трагедии, которую нельзя допустить впредь. Куропаты должны стать назиданием будущим поколениям. Может быть, стоит объявить конкурс, особенно среди творческой молодежи, на выработку такого символа национального согласия и скорби. Чтобы каждый смог прийти в Куропаты и зажечь там свечу. А может, даже прощения попросить перед памятью тех, кто отдал свои жизни в те времена.

И.Кузнецов: В увековечивании памяти погибших в Куропатах мы отстаем ровно на 28 лет. 18 января 2017 года именно столько лет исполнилось с момента принятия постановления Совета Министров БССР об увековечении памяти жертв политических репрессий в лесном массиве Куропаты. 

П.Якубович: Для этого мы и собрались — послать власти и обществу четкий сигнал. Давайте выведем Куропаты из чьего–то конфессионального или политического интереса! Давайте ликвидируем институт самозваных «директоров кладбищ»! И сделаем для всех местом поклонения и скорби.

А.Коваленя: Знаковым местом, которое не разделяло бы общество, а консолидировало его!

В.Адамушко: Подчас у нас и в других вопросах есть подобные пробелы. Вот мы и собрались, чтобы сделать то, что три десятилетия назад не было исполнено. И, может быть, для окончательной разрядки противоречий вокруг этой темы в самом деле стоит на каком–либо уровне попросить у невинных жертв прощения за произошедшее. Мы не виноваты в том, но мы потомки тех, кто это сделал. А Куропаты вполне могут стать символом политических репрессий и местом для покаяния за них. Нам такое место нужно!

П.Якубович: Вот Александр Александрович (Коваленя) сказал очень концентрированно, для чего это нужно. Маленькая ремарка. К сожалению, мы как–то сильно приотстали от многих постсоветских стран. В Казахстане есть огромный комплекс, в России, в Украине есть. В Кыргызстане, Литве, Латвии. И даже из этих соображений нам не следует больше выслушивать разговоры о том, что «надо, мол, еще подождать».

В.Шадурский: Наша память должна быть обращена в будущее. Мы понимаем: для того чтобы наша страна укреплялась, развивалась, у нас есть богатая история, которой мы имеем полное право гордиться. Но мы видим, что обращение к истории порой является каким–то разделяющим фактором. И это, конечно, надо преодолеть. Безусловно, требует обсуждения статус этого памятного знака. Возможно, он будет связан с Национальным историческим музеем. Молодежь, студенчество, БГУ, например, могут взять шефство над этим местом, помочь обустроить. Хорошо, если памятник будет строиться отчасти на народные деньги.

П.Якубович: Я хотел бы Леониду Павловичу Гуляко задать вопрос. Леонид Павлович, как вы считаете, может ли какая–либо конфессия, политическая группа «приватизировать» Куропаты? Могут ли быть такие вот «душеприказчики» у Куропат?

Л.Гуляко: Вы знаете, конечно, можно провести такую линию, создать такое мнение. Но этим мы больше породим негатива. Я хочу продолжить мысль, которая уже прозвучала у Виктора Геннадьевича Шадурского. Думаю, было бы правильно в контексте нашей дискуссии все же выйти на Министерство образования, может, с помощью Академии наук, чтобы в исторических учебниках эта тема нашла разумное преломление. Ведь нет сегодня в учебниках подачи этой темы так, чтобы молодой человек мог прочитать и определиться для себя.

П.Якубович: Коллеги, вы знаете отношение политического руководства страны к учебникам в целом. Есть большое неудовлетворение. Безусловно, и тема репрессий должна раскрываться не какими–то дежурными фразами и соответствовать какой–то конъюнктуре. Я изучал разные учебники за последние 20 лет. Там нередко все зависит от какой–то конъюнктуры. 

И.Кузнецов: Позвольте одну реплику по поводу учебников. Процитирую по памяти из учебника 2014 года, допущенного тогдашним Министерством образования. Цитата: «Ряд исследователей приводит завышенные цифры репрессий, и делается это с одной целью: для дискредитации мировой системы социализма». Учебник 2014 года! 25 лет нет уже «мировой системы социализма», а мы все ее мусолим для школьников...

П.Якубович: Президент постоянно говорит, что некоторые университетские преподаватели выходят на лекции с желтыми от старости конспектами. Вот вы говорите о том, что в новых учебниках написано о какой–то «системе социализма». Это потому, что их писали те люди, о которых говорит Президент.

И.Сергеенко: Уважаемые коллеги, я разделяю прозвучавшее здесь мнение, что история не должна разъединять, а должна объединять. Сегодня ни у кого не вызывает сомнения то, что в Куропатах лежат люди, которые были безвинно, незаконно расстреляны в 1930 — 1940–е годы. То, что мы обсуждаем это сегодня и выходим на конкретные предложения, говорит о следующем: с этой темы необходимо снять искусственную политизированность, которая никогда ни к чему хорошему не приводила. Сегодня о Куропатах можно говорить как о большом кладбище национального масштаба, где покоятся такие же люди, которые погибали и в Бобруйске, Борисове, Витебске, Гомеле, Могилеве, Мозыре, Орше, Полоцке, Слуцке, Червене. В изученных делах указывается 11 таких мест. Создавая памятный знак, мы отдадим дань памяти всем погибшим, независимо от того, где это произошло.

П.Якубович: Я хочу подчеркнуть два момента. Игорь Николаевич (Кузнецов) прав, что молодежь нужно готовить к правильному, комплексному пониманию таких жестких процессов прошлого, однозначного трактования которым нет. Посмотрите, что сделала в Москве организация «Мемориал». Опубликовала список всех сотрудников НКВД за определенный период. Не готовая к размышлениям, но ретивая российская публика быстро оживилась: вот, мол, дан список «палачей», ату их! И тут же у нас: когда в Беларуси будут опубликованы такие списки? Мы тоже хотим знать имена, фамилии внуков и правнуков! Спрашивается, а зачем? Для «святой мести»? Но чем перед вами, господа, провинились чьи–то правнуки?

С невежеством нужно бороться. А еще больше нужно бороться с воинствующим невежеством. Ведь «Мемориалом» был опубликован обычный списочный состав органов госбезопасности на тот период. Там были загранразведчики, там были военные медики, оперативные работники, сотрудники ЗАГСов, паспортных служб, пограничники и пожарная охрана, и кого там только не было. Поэтому с подходами воинствующего невежества, мол, давайте опубликуем, обнародуем списки «палачей», чтобы морально линчевать их правнуков, не есть хорошая идея. Не будем забывать также, что немалое количество людей невинно пострадало от миллионов доносов, которые писали на них «активисты» тех лет — милейшие соседи, тихие сослуживцы, «сознательные» родственники. И в городах, и в селах. Так что приготовьтесь, сегодняшние «активисты», увидеть в извлеченных архивах «сигналы» ваших бабушек и дедушек, которые порой не знали, что творили, когда искренне сообщали куда следует о соседе, что тот любит рассказывать политические анекдоты.

И.Кузнецов: Есть конкретное предложение для Игоря Петровича Сергеенко. Почему бы нам не создать из историков, из специалистов Комитета государственной безопасности рабочую группу для изучения этих процессов? 

П.Якубович: Вернусь к тому, что сказал Владимир Иванович (Адамушко). Я не совсем согласен с прозвучавшим словом «покаяние». Уже не то время. Но за что и перед кем каяться мне, вам, миллионам белорусов? Нельзя трагедию превращать в театральную постановку! Это нужно делать серьезно и без эмоциональных излишеств. Я хотел бы услышать мнение каждого участника: что конкретно необходимо сделать, чтобы место Куропаты стало действительно памятным комплексом, Пантеоном, мемориалом всебелорусской скорби и памяти?

А.Коваленя: Прежде всего, должно быть общественное признание, что в Куропатах произошла огромная трагедия. Необходимо донести до всего общества суть той боли и трагедии, которая имела место быть в 1930–е годы. Это позволит сблизить разнополярные оценки, которые имеются сегодня. Одновременно надо поставить вопрос о сооружении памятного знака, объявить конкурс на его проект, желательно с участием нашей творческой молодежи, простых людей, а не только именитых скульпторов и архитекторов.

Л.Гуляко: Конечно, речь надо вести о создании памятного знака. Может, стоит выдвинуть инициативу о совместном участии государства и общественности? Пусть люди внесут хотя бы один процент стоимости, но это будет действительно народный проект.

И.Кузнецов: 22 февраля в Минске открылась выставка по Куропатам. Там уже представлены макеты. То есть начало общественного конкурса, по сути, уже есть. Надо поднять его на уровень государственный. Давайте создадим комиссию из представителей власти, ученых и определимся, какие вопросы надо решить. 

В.Адамушко: Очень поддерживаю то, о чем сказал Леонид Павлович. Это должен быть государственно–общественный проект. А координацию поручить Мингорисполкому. Все–таки это его территория. Если этим не будет заниматься государственная структура, дело не пойдет.

В.Шадурский: Это, конечно, должен быть народный памятник, построенный и на государственные, и на народные средства. Разумеется, мы не должны делать упор на какие–то религиозные конфессии, на определенные этносы. Это должен быть общечеловеческий, гуманистический мемориал. И здесь я разделил бы два момента. Первое — сам мемориал. Второе — продолжение изучения судеб людей. Эту работу надо отдать профессиональным историкам.

И.Сергеенко: Этот памятный знак должен быть объединяющим, а не отражающим интересы определенной нации, конфессии или политической группы. В перспективе это может быть и филиалом нашего Национального исторического музея. Шефство может взять и Белгосуниверситет. А в дальнейшем, конечно, надо продолжить исследовательские работы. Здесь отмечу, что Комитетом государственной безопасности по собственной инициативе проведен большой комплекс работ по изучению всех архивных материалов. И тех, которые хранятся у нас, и тех, что в Национальном архиве. Дополнительно изучено рассматривавшееся в 1988 году органами прокуратуры БССР уголовное дело.

А.Коваленя: А пока будет идти общественное обсуждение, пожалуй, стоит уже этой весной объявить субботник и просто очень по–человечески навести в Куропатах порядок. Пусть придут разные молодежные организации, политические партии и вместе сделают это.

П.Якубович: Уважаемые коллеги, мы начинаем серьезное дело. Это первый шаг. Но «пережимать» в этом вопросе не следует. Все должно быть взвешенно и продуманно. С вашего позволения, я систематизирую прозвучавшие предложения. Мы организуем широкое информирование общественности. Далее, мне кажется, нужно объявить благотворительную акцию по сбору средств. Следующий шаг — подключить как можно больше желающих к разработке проекта памятного знака. Решение должно быть нестандартным, современным. Показывающим, что мы из XXI века склоняем головы перед памятью жертв, перед невинно убиенными. Поэтому должны быть максимально широкий конкурс, публичное обсуждение идей, чтобы как можно больше людей высказало свое мнение. Работы много: от школьных сочинений на тему трагедии до глубоких научных конференций, появления новых книг, кинофильмов. А в вопросе благоустройства необходимо подключиться и власти, и госорганам. Если мы будем полагаться только на какого–нибудь политически ангажированного мыслителя, мы ничего не добьемся. И мы, все СМИ страны, должны донести до общества, до молодежи главную мысль: как бы ни было сложно, нужно отбросить все лишнее и уже весной под эгидой горисполкома или другой организации, с участием и БРСМ, и «молодофронтовцев», и других молодежных организаций, все желающие должны появиться в Куропатах с инструментом и прибрать кладбище, как это заведено христианскими и вообще людскими обычаями. И, конечно, это место в перспективе должно стать туристическим объектом. С содержательными экскурсиями, квалифицированными гидами. Здесь можно будет проводить торжественные ритуалы. Не топтать ногами истлевшие кости, что сейчас делают некоторые организации, считая это «личной территорией», а проводить действительно глубокие, общественно важные ритуалы. Например, на Деды, Радоницу. Там могут проводиться совместные молебны духовенства за государство, белорусский народ.

Я как редактор буду обращаться на высокий политический уровень, в руководство Администрации Президента, чтобы идеи, высказанные за нашим «круглым столом», были поддержаны и власть взяла их под свою опеку. И открытие этого памятного знака должно пройти на высоком государственном уровне. Параллельно, конечно, надо создать и комфортные условия для историков, чтобы они могли продолжать свою работу.

Очень важно, чтобы эти инициативы не стали лишь темой газетной публикации, после которой о ней можно забыть.

Всем спасибо!


Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Автор фото: Артур ПРУПАС
Версия для печати
alex, 68, EC
..... у меня дедушка Роман Михайлович. обычный бобруйский крестьянин лежит  с 14 октября 1938 года где-то в Курапатах и душа его не упокоена. Что хотел в 2008 году когда посетил ваш КГБ - разрешите ознакомиться с делом.деда . прошло уже 70 лет..реабилитирован секретов никаких не должно быть . Не положено! Еще живы потомки тех кто приводил приговоры ...  Вы что осуждаете действия советской власти??? Ваш дед был расстрелян по законам того времени. Законы изменились его и реабилитировали... я смотрел в глаза молодому подполковнику.. в них сверкала нескрываемая  ненависть и чувство собственной силы и вседозволенности  ...  Было страшно ... я ушел и плакал уезжая с родины предков  уже навсегда.... Поставьте наконец-то три часовенки наших традиционных беларусских вероиспведаний.. православной, католической и иудейской  чтобы родственники могли прийти и поклониться своим родным и не надо делить их... Господь сам поймет кто свой , а кто и от Князя мира сего. Умоляю.. вас родные мои  чтобы хоть при моей жизни ! Нужна будет помощь- даже не сомневайтесь.
Низкий поклон тебе Павел Изотович.. нижайший !!!!
Сафонов Анатолий
О какой "независимости" при такой глобализации идет речь? Сейчас стоит вопрос не о независимости, а вопрос интеграции......
Предыдущему- ошибаешься
Официальных заявлений нет, но исподволь наши российские власти все более отталкивают от нас Белоруссию, а подконтрольные власти и олигархату СМИ все более представляют президента Белоруссии как чуть ли не иждивенца ....
alex, 68, EC
..... у меня дедушка Роман Михайлович. обычный бобруйский крестьянин лежит  с 14 октября 1938 года где-то в Курапатах и душа его не упокоена. Что хотел в 2008 году когда посетил ваш КГБ - разрешите ознакомиться с делом.деда . прошло уже 70 лет..реабилитирован секретов никаких не должно быть . Не положено! Еще живы потомки тех кто приводил приговоры ...  Вы что осуждаете действия советской власти??? Ваш дед был расстрелян по законам того времени. Законы изменились его и реабилитировали... я смотрел в глаза молодому подполковнику.. в них сверкала нескрываемая  ненависть и чувство собственной силы и вседозволенности  ...  Было страшно ... я ушел и плакал уезжая с родины предков  уже навсегда.... Поставьте наконец-то три часовенки наших традиционных беларусских вероиспведаний.. православной, католической и иудейской  чтобы родственники могли прийти и поклониться своим родным и не надо делить их... Господь сам поймет кто свой , а кто и от Князя мира сего. Умоляю.. вас родные мои  чтобы хоть при моей жизни ! Нужна будет помощь- даже не сомневайтесь.
Низкий поклон тебе Павел Изотович.. нижайший !!!!
ирина, 40, беларусь
я не понимаю, почему сначала горстка убивает, а затем всем миром скидываемся на памятники??????? я не против обозначения памяти, но нужно в первую очередь думать о живущих сейчас. мы все обозлены друг на друга, давайте скинемся на интеграцию!
Александр, 62, Беларусь
Согласен с участниками обсуждения. Нельзя приватизировать отдельными политиками эту тему. Это наша общая история. В каждой семье присутствуют как жертвы, так и ''палачи" в разной степени. Пусть это будет общий объединительный памятник нашей не простой истории.  
Вертикаль
Не стоит искать национальную идею среди мёртвых, поищите её лучше среди живых и помогите живому ростку пробиться через железобетон непонимания.
Виктор АТ
Не может быть объективной оценки исторических событий. Любое мнение о годах прошедших, тем более прошедших тогда, когда нас не было «в проекте», всегда предвзято и очень субъективно. История это Учитель, но у каждого он свой. Свои у каждого и «учебники».
В тысячный раз убеждаюсь, что «история - политизированный взгляд в прошлое», часто не совсем честный.
alex, 68, EC
...... и еще ! Несмотря на все академические и научные заслуги участников круглого стола скажу прямо: будете и дльше заниматься историческим анализом в принятых вами рамках  по научному коммунизму -не придете ни к каким выводам при всех исторических параллелях. Как простой "учитель словесности" замечу ,что к подобным явлениям ... немыслимым ... ничем ни обяснимым  кровавым бесчеловечным .. приводит только два явления в нашей мировой и современной ивстории это- ВСЕДОЗВОЛЕННОСТЬ НА БАЗЕ АБСОЛЮТНОЙ ВЛАСТИ ! Вот померкуйте кали ласка и над этим !
История и ОБЪЕДИНЯЕТ ..
П.Якубович прав-дети за родителей не отвечают-СЕЙЧАС! А тогда-ОТВЕЧАЛИ! ...И списки инквизиторов  будут...слишком длинные! Давайте без них! А вот: Улицы городов и Минска в том числе, носят имена...организаторов и руководителей КУРОПАТСКИХ (и многих других!) "ЧИСТОК"...Что предлагаете делать? С венком на Раданицу ехать в Куропаты по улице...Так? "Туристический объект"...-КОЩУНСТВО!
А вот приличный памятник в Куропатах  со списком мест массовых расстрелов на территории Беларуси-обязательно нужен! Как и памятники в тех местах массовых расстрелов. А вот как ЭТО преподнести детям и внукам...вопрос...И здесь П. Якубович прав: "Но «пережимать» в этом вопросе не следует. Все должно быть взвешенно и продуманно. "
А то: " Хотели-как лучше, а получилось...как всегда"!?
иван кричев
Только не вздумайте переиминовывать улицы и города,это будет полным кощунством.И конечно нельзя обвинять
Россию.В те времена мы все жили в одной стране и все это остается в истории.
point1953, соответствующии, Минск
"Общественности, ученым, экспертам пришлось вести большую работу, целью  которой было установление истины: - лесное урочище Куропаты является  местом захоронения жертв незаконных(?) и аморальных(?) политических  репрессий;- 80–летие политических репрессий 1937 года, пик большого  террора, явление совершенно незаконное(?) и аморальное(?)по своей сути; -  Куропаты  символ жертв тоталитарных репрессий; - это все жертвы  параноидальных(!!!) подозрений(!!!) Сталина и его окружения во  вселенском(!!!) заговоре «врагов народа»;
- всё это опубликовано,  названы многие детали, поставлены фильмы и спектакли, написаны очень  серьезные книги о причинах и следствиях террора" (фильм Михалкова как  доказательтво?).
"Необходимо послать обществу месседж:" Я хотел бы  привести одну из юридических трактовок термина «политическая репрессия».  Это «необоснованное привлечение к уголовной ответственности ...за  преступления, а также ссылка, высылка, направление на спецпоселения  граждан судебными или не судебными органами по ... и иным мотивам». Что  же в этом "послании" нам "юрист" сообщает: "необоснованное привлечение -  это политическая(!!!) репрессия". Необоснованное привлечение- предмет  судебного разбирательства на основании УК.
Взимание штрафа контролёром (не судебным органом ) политическая репрессия?  
 "... когда рассмотришь тысячи таких дел, — ничего, кроме боли и  трагедии, почерпнуть из них не удается. ... ничего, кроме Ф.И.О.,  кратчайшего формального(что это, юридическое определение?) допроса,  решения «тройки» и факта последующей реабилитации, — ничего из этой  тонкой папочки нового не узнаешь." То есть, ничего не знаем, но сердце  болит и стонет.
"Тем печальнее, что историки, со слов ... в архивы НЕ ХОДЯТ"(!!!).
И  поэтому: "Сегодня ни у кого(?) не вызывает сомнения то, что в Куропатах  лежат люди, которые были безвинно, незаконно расстреляны в 1930 —  1940–е годы."
На окраине Минска - кладбище. И ничего больше...
я вас умоляю
Прочтите внимательно словосочетание-...незаконные политические репрессии........... Кто-то ещё чего-то не понял,пусть уж лучше стоят безымянные кресты,чем историческая ошибка станет памятником неизвестно кому---палачам или их жертвам!
Александр,53,Бобруйск
alex, ваше предложение принимается без тени сомнения,так как оно никого не обидит и не даст повода для политических ристалищ,что нам и не нужно,и я готов в этом поучаствовать своей малой толикой.
Геннадий, 57, Российская Федерация
"Затеяв спор настоящего с прошлым, мы обнаружим, что потеряли будущее"(У. Черчилль)

Посмотрел. На мой взгляд:
а)  Кажется тенденциозным.
б) "коллеги" со своими "откровениями" опоздали имхо лет на 25... да и сами, похоже, навсегда застряли в 80-х "разоблачительных"...
Тут другой вопрос: почему именно сейчас?.. Связано ли это только с юбилейной датой, или тут что-то еще?..
Кстати, оголтелая десталинизация времен горбачевской перестройки имела для СССР фатальные последствия.
Смею полагать, что Белоруссию намеренно раскачивают.

Что же касаемо сталинизма вообще и 37-го года в частности, материала в Рунете предостаточно всякого разного.
Со своей стороны рекомендую для начала
а) книгу Гровера Ферра "61 неправда Никиты Хрущева".
б) а на ютубе найти "Вассерман о Сталине без цензуры" - можно узнать пикантные подробности.
Как-то так.

PS.
Не хочу быть понятым неправильно.
Давно никого не агитирую ни за, ни против. Только даю информацию. Каждый самостоятельно приходит к пониманию ситуации тех времен, исходя из выявленных причинно-следственных связей: например как связан цивилизационный рывок 30-х с общим итогом войны СССР против континентальной Европы в 40-х, и есть ли такая связь вообще или всё это выдумки советской пропаганды. И т.д..

point1953, рассудительный, Минск
Будьте так любезны, дайте юридическое определение понятию: "ЗАКОННЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ РЕПРЕССИИ".
Тогда мы, может быть, догадаемся, что это такое: "незаконные вооружённые формирования"?
"НЗПР" (незак...пол...репр...) - пустое словосочетание, придуманное в либеральной среде.
"Репрессии" - основа любого государства.Без принуждения не существует ни одно государство.
"НЗВФ" (незак...воор...форм...) - банда.
"НЗПР" - отсутствие закона, отсутствие права - нет государства.Вы считаете, что внутренняя
и внешняя политика Союза определялась "параноидальным бредом и манией преследования" у одного
из его руководителей? Деятельность руководителей, законодательство, судебную практику надо
рассматривать с позиции того времени на основе новых знаний.Но вы же сами сказали, что
"историки в архивы не ходят".Ваши "аргументы и факты" - словоблудие девяностых годов.
Прокуратура не один раз рассматривала обсуждаемый вопрос.Пусть выскажется.Только без виляний.
А то был такой прокурор Трнвский.
Читатель, 61, БССР
Предыдущему- ошибаешься, А разве не так?
Читатель, 61, БССР
иван кричев, Конечно, нельзя. От тогдашнего режима пострадали все: и Белоруссия и Россия, и другие.
Коровьев
По поводу "сталинских репрессий" . Эти "историки" не раскрывают причины репрессий , кого репрессировали и за что . Просто им сказали , что Сталин виноват , вот они это и пересказывают.
Лявон-Геннадию и другим
   Геннадий -
"Затеяв спор настоящего с прошлым, мы обнаружим, что потеряли будущее"(У. Черчилль)
Какой , Геннадий, "спор с прошлым" ?! Сколько существует человечество, столько времени и творит оно массовые убийства под разными предлогами! Разве не так? Если на территории Беларуси в НАСТОЯЩЕЕ время нет массовых убийств, то...где гарантия, что НЕ ДАЙ БОГ...!? Нет потенциально готовых к ЭТОМУ? "Да ты шо...!". И историки уже человечеству не помогут от этого избавиться! Тут нужны исследования ДНК людей, с последующим поиском возможности устранить ОШИБКУ ВСЕВЫШНЕГО! А если ЭТО не ошибка?...
В Куропатах -построить часовню, в ней-на четырех языках нашей земли беларуской - молитвы "за упокой".Список мест массовых расстрелов тех времен. Какое-то время всё это нужно для создания атмосферы ОБЪЕДИНЕНИЯ, не одним же ДНЕМ ПОБЕДЫ объединяться... Да еще и заменив символ ПОБЕДЫ -ленту с медали "ЗА ПОБЕДУ НАД ГЕРМАНИЕЙ" на...? Как Вы думаете?

 
Фагот
Правильно кто-то из великих выразился : история--это не наука , это плохая литература.
Потомок невинно убиенных, Минск
Александр, в моей семье палачей нет. Палачи до сих пор не раскаялись. Преступления палачей до сих пор не осуждены официально на государственном уровне. Сначала должен быть суд над преступлениями красного фашизма, такой, как над коричневым фашизмом. Должны быть открыты архивы КГБ и перечислены все преступления ЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ.
Я не предам своих расстрелянных дедов и не прощу их убийц, пока они не будут названы и осуждены официально. Пусть и посмертно. Прощение возможно только после наказания за преступление. А убийство сотен тысяч людей это преступление.
Кот
Честно скажу, противоречивые чувства. И со многим я бы поспорил. Но вот субботник в Куропатах — это правильно, это нужно сделать. Заодно и увидим, кто придет, а кто нет.
Семен Семенович
Хочу сказать, что лучше один общий мемориал, чем много безымянных крестов, к тому же «частных». Потому что собираются у них одни и те же люди, другим не подойти. Поэтому я за то, чтобы сброситься толокой, всем миром. Давайте уже публикуйте счет, куда и как послать трудовую копейку.
Белорус из Нью–Йорка
С одной стороны, общий мемориал — это хорошо. С другой — не все там были жертвами. А вообще, пишу вот зачем: будет ли валютный счет, чтобы я из–за границы мог перечислить деньги на мемориал? Общий! Без вот этого «палачи и жертвы».
Атеист
При внимательном анализе высказываний участников «круглого стола» можно заметить, что позиции у них разные. И многие темы были только обозначены. Поэтому хотелось бы продолжения. Пока не будет консенсуса, «общий памятник» будет вызывать споры. А вот насчет выйти всем и расчистить территорию — это мысль хорошая. И чтобы четыре конфессии (католики, православные, иудеи и мусульмане) прочитали после работы молебны.
Согласен с автором
Не надо нам идти по пути латышей с их «Музеем советской оккупации». Противно смотреть: ах, нас оккупировали, обобрали, истребили. А те красные латышские стрелки — они где были? Годнасць трэба мець! Поэтому все слова, что кто–то там «белорусов истреблял», — это вредные слова. Сами себя истребляли в те годы, если уж на то пошло. Поэтому памятник, считаю, нужно ставить не жертвам, а годам. Событиям страшных лет.
Михаил, г. Лида
Разговор правильный, компетентный и своевременный. Хотелось бы, чтобы с Куропатами все разрешилось цивилизованно...
Belorus
Место, которое кто–то стремится сделать местом противостояния, должно стать местом единения нации. Оно сегодня нужно для всех нас...
Семья Петровых
На Куропатах много лет зарабатывали политические дивиденды. И предложенный газетой взвешенный подход кое–кому не понравится. Но идея правильная — надо ее реализовать!
Студенты группы № 5
Согласен и поддерживаю предложение — надо навести порядок и вокруг Куропат, и в самих Куропатах. Заодно разобраться, кто «дает добро» на любое строительство, в законности строительства на этом месте. Если что там и строить, то, как и предлагает Якубович, — мемориал памяти и скорби. Причем всем народом!
V.S.T.
Как бы кому ни нравилась правда, но в Куропатах лежат жертвы сталинских репрессий. Белорусы, русские, евреи и люди других национальностей. Их просто убили, лишили потомков памяти о них. Надо вернуть эту память!
Нестар з–пад Навагрудка
Курапаты — толькi адно месца з адзiнаццацi па ўсёй Беларусi, дзе забiвалi нявiнных. I мемарыял тут неабходны, каб было дзе пакланiцца ўсiм. Трэба стварыць нейкi аргкамiтэт, якi б займаўся будзённай працай па стварэнню мемарыяла.
Тикоцкий, минчанин
Надо поставить мемориал за народные деньги, с минимальным участием государства. Тогда и значимость его будет для всех очевидной.
Столяров Максим, г. Минск
Как показало обсуждение, к такому шагу созрело и общество, и государство. Нужны реальные действия. Прежде всего в Куропатах надо провести субботник, и поскорее. Уверен, придут многие.
Pirat morgan
Надо прекратить эту шумиху на костях. Землю и лес превратить в мемориальный комплекс общей памяти о погибших. И поставить точку!
8–09–632...
Обсудили тему на круглом столе достаточно объективно и без нагнетания эмоциональной истерии. И выводы разумные — пора наконец это место признать мемориалом. Навести там порядок. Построить памятный знак.
Сергиенко, г. Минск
Вообще, неожиданно было прочесть этот материал. Знал о Куропатах давно, проезжал мимо. Но о необходимости создания там мемориала не думал. Действительно, такое место надо привести в порядок, чтобы было куда прийти поклониться памяти невинно убиенных...
Колян
В любом случае расстреливали наших людей, а потому место святое и там нужен мемориал.
Мореман
«Круглый стол» — пример того, как всегда нужно чтить историю и делать правильные выводы, а не замалчивать трагедию нации! Тогда у белорусов будет шанс на светлое будущее!
Светлана, 27 лет
Отличный материал, расставивший точки над «i»! Вывод — нужно от слов перейти к делу: провести субботник, объявить сбор средств и конкурс на памятный знак. Думаю, народ откликнется. Я и деньги сдам, и на субботник приду.
Иван Петрович, Минск
Согласен с участниками дискуссии, которые сказали, что Куропаты — это наша общая рана. И ее надо не раздирать и углублять, а заживлять. Как? Извлечением уроков. Серьезно изучать и понимать причины. И не делать кальки из прошлого на современность.
Василий Полуянович
Изучать — да. Но не надо делить жертв по национальному признаку, не надо извлекать из общей могилы «своих» белорусов, поляков, евреев. Это было бы самым худшим глумлением над их памятью.
Студент БГУ
Да что там спорить — лучше напечатайте счет, на который можно выслать деньги для возведения памятника. Хочу, чтобы в общем мемориале памяти была и моя частичка.
Читатель СБ
Поддерживаю. Всебелорусский мемориал памяти и скорби в Куропатах — это то, что могут и должны сделать граждане, которые любят свою страну и уважают ее историю. Это было на нашей земле, происходило с нашими людьми и хранить память об их страданиях мы обязаны. Должно быть место, где каждый желающий может почтить память жертв незаконных репрессий.
Энтузиаст
А я готов сам подключиться к тому, чтобы сделать из Куропат святое для каждого место. Помочь деньгами — это одно. Но можно сделать и что–то конкретное — давайте вместе обсудим проект или макет, давайте соберемся на субботник, ведь многое можно сделать своими руками.
Сердюк И.И.
Общественную инициативу поддерживаю. Но считаю, и госорганам надо дать конкретные поручения. Все–таки дело серьезное, тут потребуется и общественное обсуждение памятника, и комиссия для отбора лучших вариантов, да в конце концов, и установить каплицу или памятный знак надо с участием местных властей.
Потомок репрессированных
Нужен исторический суд над палачами. По примеру Нюрнбергского трибунала.
Виталтй, 39, Минск
Пока на официальном уровне не будет звучать однозначное осуждение этих преступлений, пока у нас в каждом городе улицы будут носить имена палачей, садистов и убийц, пока преступны.............. коммунистический режим и его символы не будут законодательно запрещены, ничего не изменится. Немцы прошли этот трудный, но необходимый путь. У нас пока кишка тонка, все хочется думать, что "наши" убийцы были чем-то лучше фашистских
Лявон
 В данном случае не МЕМОРИАЛ нужен , а ЧАСОВНЯ! Мемориал- архитектурное сооружение, комплекс сооружений для увековечения памяти о ком либо или о чем либо. Помнить о своих смертных грехах конечно надо, но ставить в их честь МЕМОРИАЛЫ...по-моему кощунство! Тем более, что таких мест даже на территории Беларуси- ШМАТ!  А вот помянуть усопшик в часовне, построенной в Куропатах,  символически оъединяющей эти места, где можно   помолиться за то, что бы ..не дай Бог... -это то, что соответствует в данном случае . Как думаете ?    
Виталию и иже с ним
Виталий! "... пока преступны.............. коммунистический режим и его символы не будут законодательно запрещены"...-пока не изучите подробнее материалы того времени-не делайте "МОДНЫХ" выводов! Ознакомтесь для начала: (ПРОГУГЛИТЕ!):
Документ №7

 Доклад комиссии ЦК КПСС президиуму ЦК КПСС по установлению причин массовых репрессий против членов и кандидатов в члены ЦК ВКП(б), избранных на ХVII съезде партии
 
09.02.1956
 
Правда о Катыни, Москва
В так называемых "Куропатах" захоронены жертвы массовых расстрелов периода немецкой оккупации 1941-44 гг., в абсолютном своём большинстве - этнические евреи с оккупированных территорий БССР, Польши и некоторых других европейских стран.  Трупы "жертв сталинских репрессий" (особо опасных преступников, расстрелянных в Минске по приговорам судов общей юрисдикции, военных  трибуналов и чрезвычайных судов СССР) захоранивались в 1937-41 гг. на спецкладбище Минского УНКВД, расположенном севернее автодороги на Заславль в 1,2-1,5 км к северо-востоку от "Куропат". Сейчас это территория одной из воинских частей КГБ РБ.
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?
Новости
Все новости