Беларусь Сегодня

Минск
+17 oC
USD: 2.08
EUR: 2.32

Что значит быть белорусским интеллектуалом

Интеллектуальный компромисс

Цвет белорусской мысли, как пишут, недавно собрался в литовском посольстве на возобновленные нобелевским лауреатом Светланой Алексиевич «заседания интеллектуального клуба». Но если раньше нашим приглашенным и отобранным «интеллектуалам» приезжали поведать чегой-то корифеи из‑за рубежа, то в этот раз обошлись своими силами. Наверное, доросли. «Мартинович против Бахаревича» — гласила бы афиша, если бы висела на заборе. «Как примирить две Беларуси, возможен ли компромисс?» — была бы там крупно написана тема. 

pic3.dwnews.net

Ну, по поводу самих интеллектуальных бойцов едко высказалась учительница из (чуть не написал Россон) Смолевич Анна Северинец, сестра небезызвестного Павла. Кто захочет — найдет и оценит, она фактически закрыла тему. Лишь два момента выделю, чтобы вам сразу не листать интернет. «Если бы у нас было право голоса не только в литовском посольстве, — привычно завел писатель Бахаревич, — а и на государственном телевидении…» — ежу понятно, мир был бы другим? Ан нет! Буквально не переводя дыхания, писатель продолжил: «Меня пять раз туда приглашали. Каждый раз я отказывался — и приглашать перестали». А свободы, она же воля, как никакой пять разов не было, так и нетути… 

Думаете, это конец анекдота? Тоже нет. «На этих словах в зале впервые прозвучали аплодисменты», — ведет стенограмму для будущего наш либерально‑интеллектуальный портал. Как, скажи, давая оценку умственным способностям двух сотен взявшихся за руки «интеллектуалов». 

И еще пример «принципиальности и верности своим идеям» от дуэлянтов‑писателей. «Не прощать этому режиму — очень важно», — твердил один. «Мощь державы — в ее репрессивном аппарате, системах управления, вертикали и т.д.», — подхватывал другой. Но есть тут, как говорится, нюанс. Пьесы свои, ничего не забыв, можно в государственные театры продавать? В Минской международной книжной выставке‑ярмарке, не прощая, допустимо участвовать? Даже при всем том «презрении, которое показывает тебе государство‑организатор»? Интеллектуальный ответ: можно. Все можно. Знаете почему? «Нужно думать и про будущее: что будет после нас». А также, полагаю, про настоящее: чем оплатить коммуналку, на что сделать ремонт в квартире, прикупить ли новый костюм или куда мы поедем летом. Но об этом — низком и презренном — художники ведь не говорят… публично. 

Короче, читайте Анну Северинец, она про «умников из Россон» многое знает. А я все‑таки хотел бы не о художниках — об организаторах поговорить. Которые, применю самое интеллектуальное из подходящих для ситуации слов, натурально облажались. 

Тон вечеру задала «хозяйка», гордость наша — Светлана Алексиевич. «Нам всем очень важно сохранить себя, — поставила перед собравшимися задачу нобелевский лауреат. — Нужно наработать хотя бы тонкий слой в обществе, который бы сопротивлялся, — конкретизировала она цели.  — Ведь будут новые времена, диктаторы не вечны…» То есть быть читаемой и издаваемой — уже маловато, нобелевская премия — пройденный этап. Теперь давайте проговорим (и интеллектуально возглавим) «Сопротивление» — наверное, даже так, с большой буквы. Вот и эта наша знаменитость больше не хочет быть «столбовою дворянкой»… 

Но чтобы самому стать царем горы, нужно скинуть оттуда прежнего? Легко. «Я вспомнила свой разговор с Позняком, — поделилась Алексиевич, — который лет 15 назад говорил, что в эту страну не нужно ни одной таблетки, ничего, пусть дети больны. Тогда диктатура рухнет». «Спадар Зянон» отозвался немедленно: «Я с Алексиевич никогда в жизни не разговаривал. Это ложь». Допускаю, что бывший комфронта так давно не был на родине, что не только не слыхал про «нашу нобелевку», но и не подозревает, что любые ее слова теперь тут многими цитируются и печатаются без купюр и без осмысления — как откровения. Быть в числе этих «многих» и значит «быть белорусским интеллектуалом». Ну, так они считают в ваше долгое отсутствие, «спадар Зянон». 

Те журналисты, что не пожалели денег на международный звонок, бросились обратно к писательнице‑документалистке — как же так? «Это был не диалог, а просто у него была такая позиция, — как детям растолковала Алексиевич, — которую мне рассказали западные журналисты». Перечитайте еще раз — я это сделал трижды, потому как поверить не мог. 

Теперь боюсь даже самому себе задать вопрос: а другие диалоги, чужую якобы прямую речь, людские жизненные позиции — все то, из чего, по сути, и состоят книги нобелевского лауреата, — она откуда взяла? Может, ей тоже многое «западные журналисты (красные человечки, ночные голоса) рассказали»? Нет, не хочу верить, пусть ее об этом «независимые» спросят…

Но это была вторая «лажа» еще не начавшегося «пира духа». Первая же заключалась в самом названии: в допущении, что есть «две Беларуси». Одну составляют те две сотни (если взять по стране — думаю, наскребем пару тысяч, которые «в литовское посольство ходят не за визами — за смыслом» (однако не забудьте про разрешенные компромиссы!). «Люди баррикадной культуры», «Творцы текстов и художественных образов», «Белорусы, которые в тюрьмах как дома» — это они. И другая Беларусь — это мы с вами, «живущие в ситуации отсутствия вкуса». И вот писатель, как это он умеет, одновременно и констатирует, и задает вопрос: «Я не знаю ни одного фрагмента нашей (белорусской) реальности, который бы не был двойным». 

Кафку писатель прочел всего, а диалектику явно не потянул. Ибо в реальности (а не в писательской голове) нет ни чисто-белого, ни черного, ни однозначного. Все взаимозависимо, все перетекает из одной сущности в другую, все содержит в себе элемент своего же отрицания. Думаю, «интеллектуальному клубу» всем составом стоит посетить семестр (кажется, второго курса), где основы элементарных понятий правильного мышления и мировосприятия даются. Иначе придется жить с одним только Кафкой в голове. 

Поэтому, боюсь, придется разочаровать гурманов со вкусом и эстетов с интеллектом: это все одна Беларусь, другой ни у вас, ни у нас нет. Просто в этой единой уже Беларуси (без ваших высокомысленных потуг типа «а цi здолее? а як з гамагеннасцю? цi, можа, мы — сталкеры? беларуская траўма — што з ёй рабiць?») одни книжки пишут, другие мешки таскают, вот и все. Это если коротко. Длиннее получится обиднее, особенно если мы вновь вспомним «про Россоны». И бросайте уже думать о себе в типологии «Васисуалий Лоханкин и трагедия (бело)русского либерализма». 

Последний вопрос — к литовским соседям‑дипломатам. Может, следующую дискуссию в вашем гостеприимном зале проведем на тему «Смогут ли две Литвы найти компромисс»? Рассмотрим вопросы «Как сберечь себя и организовать в Литве сопротивление»? Поделимся мнениями «Почему литовская реальность все больше похожа на кафкианскую»? Понятно, что белорусское посольство в Вильнюсе организаторам такой эскапады откажет, «бо розум не страцiла», но вы же... вы же люди, оказывается, широких взглядов, истые приверженцы демократии. Давайте проведем, много людей придет, уверен. Простых людей, далеко не «интеллектуалов», но ведь демократия — она и для них, и в первую очередь для них, верно? 

Коротко — итог интеллектуальных усилий целого вечера. «Абсурда в нашей стране становится все больше и больше», — считает Мартинович. «Мы пишем книги, если начнем заниматься чем‑то другим — и нам от этого будет плохо, и читателям», — поддерживает Бахаревич. Читаемые мои писатели, если я скажу, что «абсурда больше» именно потому, что вы занимаетесь «чем‑то другим», я сильно вас удивлю этой простой логической конструкцией?

mukovoz@sb.by 
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
2.71
Загрузка...
Новости и статьи