Скульптор Пантелеев: белорусская скульптура вступила в эпоху поиска

Гранит времени

О нынешней эпохе, потенциале белорусской скульптуры и «вечных» материалах

На днях геральдический покровитель Гродно обрел реальные черты — в областном центре была установлена скульптура, изображающая святого Губерта с оленем. Автором композиции стал Владимир Пантелеев. Корреспондент «НГ» встретилась с известным художником, чтобы побеседовать о былых временах и закулисье современного отечественного искусства.


Невероятно, но факт: путь нынешнего именитого мастера к профессиональному творчеству чуть было не закончился провалом. Попытка поступить в легендарную Глебовку (сейчас это художественный колледж имени А. К. Глебова) не увенчалась успехом. Что обидно — испытания по профильным дисциплинам были сданы великолепно. Срезался во время экзамена по русскому языку. В качестве альтернативного варианта Владимир попробовал свои силы в Бобруйске — и был зачислен на специальность «резьба по дереву» в учебное заведение, которое мы сегодня знаем как Бобруйский художественный колледж. 

Несмотря на то что там готовили мастеров-исполнителей с минимумом творческой подготовки, это учебное заведение дало Владимиру основное направление в развитии. Если до учебы он просто рисовал, как и все вчерашние школьники, то после получения диплома всерьез увлекся объемными работами, появилась тяга к пластике. Обучение продолжил уже в Минске в академии искусств. Пошел по пути наименьшего сопротивления и выбрал не самую популярную специальность «дизайн интерьера», но судьба упорно подталкивала его к скульптуре.

— Первый курс — единственный, когда мы, студенты-дизайнеры, должны были проходить пластику. Дисциплина непрофильная, проходная. Многие мои однокурсники к ней относились не очень серьезно. Однажды поступило задание лепить человеческую голову. Мы это делали на базе мастерских кафедры скульптуры. Помню, занятия уже закончились, и я в свободное время работал над чем-то. В этот момент зашел заведующий кафедрой Анатолий Аникейчик. Разговорились. Преподаватель попросил принести другие работы — и инициировал мой перевод. Так я стал профессиональным скульптором. Моя дипломная работа — памятник Миколе Гусовскому, который сейчас стоит во внутреннем дворике БГУ.

В Гродно Владимир Пантелеев попал по распределению. Приехал сюда в перестроечные времена, когда обществу было не до творческих изысков. Говорит: приходилось выживать. Но профессии не изменил. Даже не пробовал заниматься торговлей, которая была так популярна у приграничного населения того времени. Отмечает, что, наверное, виноват ход мыслей, когда в голове постоянно рождаются художественные образы и идет процесс поиска. Другие идеи просто не приживаются. Старался чаще принимать участие в зарубежных выставках. И везде его интересовала тема городского интерьера. Главный вывод, который тогда сделал: творческий объект не должен диссонировать с уютом старого европейского городка. Особенно гармонично смотрятся простые, непафосные работы, которые не нарушают камерности многовековой архитектуры. Порой совершенно небольшая композиция притягивала внимание больше, нежели грандиозное изваяние. 

— Было время, когда у людей появилась жадность к творческим новинкам, — вспоминает начало 2000-х Владимир Пантелеев. — На волне этого интереса стали создаваться художественные галереи, проводиться выставки, которых немало и сейчас. Но я стал замечать: на них ходят в основном мои коллеги и небольшая прослойка интеллигенции, которую со временем начинаешь узнавать в лицо. Что касается интереса к скульптуре, то он сохранился. Есть и частные заказчики. Не каждый же год я делаю новую композицию для города.

Впрочем, бывали годы, когда в Гродно и районных центрах области появлялись не одна, а несколько его работ. Будучи опытным мастером, Владимир Пантелеев скептически относится к поднявшей голову моде устанавливать на знаковых местах творческие объекты из пластика или дерева. По его мнению, эти материалы удешевляют лицо города и слишком быстро теряют первоначальную привлекательность. Предпочтение должно отдаваться «вечным» материалам: граниту либо бронзе. То, что они обходятся намного дороже, чем остальные, — это еще один плюс. Решение о появлении такого нового объекта однозначно будет более обдуманным и обоснованным.

Кстати, к собственным работам художник относится с максимальной степенью критичности. Считает, что идеал еще не создан. А ведь работы этого автора нередко становятся центральной достопримечательностью городов, как, например, фигура волка в Волковыске или появившийся недавно в Гродно святой Губерт с оленем. Кстати, последняя композиция получила свое воплощение в виде городской скульптуры совершенно неожиданно.

— Ко мне в мастерскую пришел председатель Гродненского гор­исполкома Мечислав Гой. Он спросил, могу ли я предложить что-нибудь интересное. А я ничего подходящего предложить не могу, в чем и признался. Но в момент нашего разговора на столе лежал компьютерный эскизик работы «Святой Губерт». Он заинтересовал председателя — и мне было предложено поучаствовать в конкурсе на создание скульптуры к очередному городскому празднику. В результате выбор жюри пал именно на «Святого Губерта». Наверное, потому что именно этого городу не хватало: визуализации части его славной истории. Я считаю, что потенциал областного центра в этом плане еще далеко не исчерпан. Здесь родились и жили многие замечательные люди, чью память стоило бы увековечить. Взять, к примеру, коренного гродненца Лейбу Найдуса — еврейского поэта и переводчика на идиш. В самом центре Гродно есть улица Найдуса, но нет памятной доски, поэтому многие горожане понятия не имеют, чьим именем она названа, что хорошего сделал этот человек, почему мы сейчас гордимся тем, что он жил здесь. Сегодня я работаю над проектом такой доски. В еврейской культуре изображения лиц не приветствуются, поэтому доска будет в форме крыльев ангела. Вопрос о ее установке уже решен, дело за главным — надо найти финансирование.

Владимир Пантелеев уверен: годы не властны над настоящим художником. Как и в юности, руки не успевают делать то, что рождается в голове. Одновременно мастер наблюдает, как ему на смену заступает новое поколение очень талантливых молодых скульпторов. Памятник Гедимину в Лиде, мемориальный комплекс памяти сожженных деревень в Борках и многие другие — все они вышли из мастерских молодых художников и свидетельствуют о мощнейшем творческом потенциале. По мнению Владимира Ивановича, сейчас мы наблюдаем смену эпох в белорусской скульптуре. Ушла в прошлое эпоха Азгура. Началась новая — эпоха поиска. Это крайне сложный период для художника, когда кажется, что все возможное в искусстве уже сделано до тебя. И только от конкретного человека, конкретного скульптора зависит, будет ли сказано что-то новое. Потенциал есть. Может, кому-то из нынешних молодых удастся открыть новую эпоху отечественной скульптуры. 


ДОСЬЕ «НГ»

На гербе Гродно изображен олень с золотым крестом между рогами, перескакивающий через серебряный плетень. Если верить древней легенде, это удивительное животное когда-то в реальности явилось епископу Льежскому Губерту для того, чтобы вывести его из чащи, где тот заплутал во время охоты. Позже епископ был возведен в ранг святых, а олень-спаситель начиная с середины XVI века красуется на главном символе древнего белорусского города, напоминая о чудесной легенде и славном охотничьем прошлом наших предков. 

charovskaya@sb.by

Фото автора
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter