«Дома у них перекошенные двери и полчища тараканов»

«Женщины, которые ищут здесь помощь и поддержку, должны знать, что они в полной безопасности»,— говорит Елена Пушкарева, руководитель Могилевского социального кризисного центра, который работает в рамках общественной организации «Белорусский фонд SOS — Детская деревня». За два года работы центр помог более чем двумстам жительницам области, попавшим в трудную жизненную ситуацию. А недавно благодаря австрийским меценатам и местным властям появилась возможность дать им еще и временное пристанище. Первые «новоселы» позвонили сюда сами.

Адрес этой квартиры из шести комнат держится в секрете.Так же,как и имена их обитателей...

«Женщины, которые ищут здесь помощь и поддержку, должны знать, что они в полной безопасности»,— говорит Елена Пушкарева, руководитель Могилевского социального кризисного центра, который работает в рамках общественной организации «Белорусский фонд SOS — Детская деревня». За два года работы центр помог более чем двумстам жительницам области, попавшим в трудную жизненную ситуацию. А недавно благодаря австрийским меценатам и местным властям появилась возможность дать им еще и временное пристанище. Первые «новоселы» позвонили сюда сами.

ОЛЬГА

Не успела открыться дверь, как двое малышей тут же бросились к маме и уставились на гостей немигающими глазенками. Худенькая женщина, обняв мальчишек, попыталась улыбнуться. И тут же опять стала сосредоточенно-отрешенной. — Все изменилось после того, как не стало мамы. Если раньше Дмитрий ее хоть как-то побаивался, то потом сразу пришел в мой дом «хозяином». Требовал, чтобы не просто готовила-стирала, но и подавала, принимала его гостей-собутыльников. Потом привел в нашу двухкомнатную маломерку свою мать. Все жили на мою зарплату, — голос Ольги, звучавший на одной ноте, вдруг зазвенел, и психолог Татьяна Овсянникова на всякий случай достала приготовленный заранее флакончик с валерьянкой. — Сначала родился Мишка, через год — Сережа. Детей он тоже бил, а я не могла их защитить….

За две недели мама с детьми толком так и не освоились в уютной комнате с новенькой мебелью. «Дома, в одном из поселков Могилевского района, у них совсем другой «интерьер»: перекошенные двери, потрескавшаяся от старости газплита, склады грязной одежды — да все просто описать невозможно! Но больше всего впечатлили тараканы, размножившиеся там в неимоверном количестве. Мы первым делом вызвали санслужбу, белье забрали в стирку, детей помыли по-настоящему!», — вспоминает Татьяна Овсянникова.

Старший Мишка в свои три года еще не разговаривает, а младший в первые дни никак не мог насытиться сахаром-рафинадом, стараясь припрятать диковинное лакомство в карман. На такую «роскошь» денег у матери не оставалось.

— Теперь с ребятами занимается дефектолог и утверждает, что они «пошли». Ведь задержка развития приобретенная, и от нее можно избавиться! — утверждает Елена Пушкарева.

А с Ольгой постоянно общаются психологи. И женщина, по их мнению, понемногу начала «оттаивать». Процесс этот долгий, потому и время пребывания в кризисном центре рассчитано не на один месяц. Но потом все равно придется возвращаться к обычной жизни. Сотрудники центра обещают помогать и в дальнейшем. Но главный страх Ольги — не в материальных трудностях. Она без конца задает себе один и тот же вопрос: что делать, если «он» опять придет? И пока не находит ответа.

МАРИНА

У 34-летней сельчанки из-под Марьиной Горки — своя история.

— Замуж я вышла по любви, — рассказала мама четверых детей. — Но прожили мы только четыре года: муж попал под машину, и я осталась вдовой. Со временем рана затянулась, познакомилась с Андреем. Жили хорошо, хозяйство держали. Выпивал, не без этого, но в меру. Однако не зря говорят: «Беда не ходит одна». Как-то раз пожаловался на боли в груди, но мы значения не придали: какие болезни в сорок лет? А потом врачи поставили диагноз: инфаркт. Но было уже поздно…

Отчаявшаяся женщина, поведали сотрудники центра, стала искать утешение в алкоголе. Дальше — больше: получила последние предупреждения от служб опеки. И только тогда решилась обратиться за помощью.

— Случались моменты — ее просто крутило и ломало, — поделилась Татьяна Овсянникова. — Но мы всегда были рядом.

Старшие дочки Марины —12-летняя Саша и 10-летняя Василина — рано стали взрослыми. За младшим братишкой посмотреть, торт испечь, дома убрать — без проблем. «Саша научилась даже туфли клеем «Момент» заклеивать: а что делать, если обуви только одна пара, а подошва отошла? В нашей гуманитарке оказались лишь маленькие сандалики-ботинки, и помочь на тот момент ничем не могли. В итоге девчонки несколько дней ходили на улицу по очереди», — призналась Татьяна Овсянникова.

Что интересно, отмечает психолог: несмотря на жизненные зигзаги, дружнее семью трудно найти. Дети друг за друга горой. И все вместе — за маму. Правда, иногда старшие сестры вслух рассуждают, гадая: сможет ли мама справиться со своей зависимостью? Одна сказала, что верит в нее. А вторая засомневалась.

Сейчас они уже пакуют чемоданы: Марине предложили работу в хозяйстве, младшему пообещали место в детском садике. Ну а дочки пойдут в школу. Жизнь продолжается.

— Они у меня умницы, — подытожила женщина. — Саша в баскетбол играет, Василина мягкие игрушки научилась шить, а 7-летняя Карина рисует очень здорово. И учатся все почти на «отлично»!

ЮЛИЯ

Поговорить мы вышли в холл: в комнате в кроватках сладко посапывали шестимесячный Никита и двухлетний Артем.

— Адрес центра мне подсказала подруга. Ведь я практически оказалась на улице: прописана в Быховском районе, а жила с гражданским мужем в Могилеве, — встреть эту девушку в другом месте, ни на что не догадался бы, что у нее проблемы. Подтянутая, веселая, жизнерадостная — скорее подумаешь, что за поддержкой обращаются к ней!

…А «за кадром» — настоящая жизненная трагедия. Муж изводил своей бесконечной ревностью, а там дело дошло и до рукоприкладства. Потом и вовсе мог закрыть двери на несколько дней и уйти «в неизвестность», оставив семью без хлеба.

— Что буду делать дальше, пока не знаю, — говорит Юлия. — Но главное — я вместе со своими детьми, и это дает мне силы.

— К сожалению, домашнее насилие сегодня не редкость. Но говорить об этом открыто многие по-прежнему стесняются. Отчего страдают не только взрослые, но и дети, — отмечает Елена Пушкарева. — Бывает, что за помощью обращаются и вполне респектабельные женщины, которые тоже боятся или не могут изменить свою ситуацию. Однако многие из наших «подопечных» все же смогли решить свои проблемы и при этом сохранить семьи. Хочу сказать всем, кто страдает от домашней тирании: не бойтесь говорить о своих бедах и бороться за право быть свободной личностью. Расхожая поговорка «бьет — значит, любит» — всего лишь миф, — подытожила Елена Пушкарева.

Светлана МАРКОВА, «БН»

НА СНИМКЕ: а что там, впереди?

Фото автора

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?