Дом как поле брани

Пять отговорок мешают жертвам домашнего насилия восстановить справедливость

Звонок в редакцию для 35–летней Галины из Витебской области был крайней мерой: «Искать защиты от бывшего мужа–тирана в милиции оказалось не только бессмысленно, но даже опасно! На мои неоднократные заявления и заключения экспертизы о побоях в РОВД попросту не реагируют. Зато они проинформировали отдел образования, где уже ставится вопрос об отобрании у меня дочерей — если, мол, не нормализую обстановку в семье. А я что, волшебница?» Через пару дней Галина, впрочем, передумала: «Ой, не нужно ни ехать к нам, ни писать! Вадим ведь прочитает — и тогда убьет! А кто детей вырастит? Лучше буду терпеть...» Увы, ситуация, когда решившаяся попросить о помощи жертва семейного тирана потом об этом горько сожалеет, настолько распространена, что уже становится угрожающей тенденцией, считает Инна Салейникович, консультант–психолог общенациональной «горячей линии» для пострадавших от домашнего насилия. За ее работой корреспонденты «СБ» понаблюдали всего несколько часов, но убедились: при всем многообразии правовых механизмов защиты принцип «кто сильнее, тот и прав» по–прежнему главенствует на фронте семейных конфликтов.


Вообще, основная задача консультанта — вывести абонента из зоны внутреннего отчаяния. К слову, звонки на единый номер (8–801) 100–8–801 совершенно конфиденциальны. Консультанты не используют ни громкую связь, ни какие–либо записывающие устройства. На листке бумаги Инна лишь помечает по ходу беседы имя позвонившего (человек волен представиться как угодно), возраст, регион и еще кое–какие важные, на ее взгляд, детали истории, чтобы потом предложить наиболее приемлемый вариант решения проблемы.

— Выход есть всегда! А уж воспользоваться советами или нет — личное дело каждого. Мы никогда не навязываем свое мнение, не агитируем и ни к чему не призываем. Разве что настоятельно напоминаем о том, что абсолютно у каждого человека есть право на любовь, уважение, жизнь без страха и безопасный дом для него и его детей. Именно это должно быть отправной точкой.

Однако существует несколько «но», которые становятся причиной нерешительности или абсолютного бездействия жертвы.

Первое: «НО я же сама виновата!» Именно к такому выводу приходят очень многие. И логика проста: мол, сама же выбрала в спутники жизни садиста, сама, глупая, вовремя не рассмотрела и так далее. Поэтому унижение и боль расцениваются уже как вполне заслуженное наказание, дескать, нужно терпеть, хотя бы ради детей. На это весьма распространенное самобичевание Инна замечает, что, во–первых, ни у одного насильника на лбу не написано, что он насильник. Даже напротив: в букетно–конфетный период все они просто душки. Во–вторых, дети, живущие в атмосфере насилия, рискуют и себя на него запрограммировать. Мальчики, даже сочувствовавшие в детстве матери, потом уверенно пойдут дорожкой отца, а девочки продемонстрируют неспособность к бесконфликтному построению отношений в собственной семье и выберут в итоге в спутники жизни папину копию.

Второе: «НО как написать заявление в милицию на родного человека?! А вдруг посадят? Или оштрафуют? Я же себе потом не прощу его страданий...» Незадолго до моего прихода Инна битый час разбирала повороты судьбы с 72–летней борисовчанкой, которую сын–бездельник совсем замучил: отбирает всю пенсию и тут же ее пропивает, устраивает скандалы с крушением всего, что есть в доме. Консультант предлагала усвоить бедной матери очевидное: сыну ее страдания до лампочки. Стоит ли тогда так переживать о его неудобствах в контексте ответственности перед законом? Кстати, в 14% всех историй, поведанных абонентами «горячей линии», в роли обидчиков фигурируют сыновья, в 5% — дочери.

Третье: «НО он же не всегда такой!» Тут вариации от «несколько дней бывает тихо» до «стоял на коленях, умолял простить, дарил подарки, а потом вдруг снова...». Никаких «вдруг», это — система, объясняет Инна, делая акцент на том, что в условиях безнаказанности периоды спокойствия будут становиться все короче, а в конце концов насильнику и вовсе может снести крышу, и тогда случится непоправимое. Лелея светлые воспоминания, жертва верит, что ее мучитель рано или поздно станет хорошим, ведь уже не раз демонстрировал такую способность. Но как этого добиться? Вот и звонят, надеясь, что опытный консультант «горячей линии» выдаст таблетку для счастья. Некоторые даже рассказывают, как пытались меняться сами, но почему–то не помогло...

Четвертое: «НО я же без него не выживу!» И сценариев зависимости великое множество — от чувственно–физических до материальных, включая элементарную привычку, поясняет Инна. Многие начинают апеллировать к длинному списку забот и расходов, вспоминая, как важна для дочери школа танцев, а для сына — дорогой репетитор по физике, забывая, что здоровая детская психика и спокойная атмосфера в доме вовсе бесценны. В очень многих случаях остро встает «квартирный вопрос»... Буквально при мне позвонила жительница областного центра и рассказала, как вчера в очередном приступе гнева муж перекинул ее за парапет балкона 9–го этажа и, держа за ноги, раскачивал в воздухе: «Думала, если выживу и не сойду с ума, пойду в милицию. А вот сегодня просто не представляю себе жизни без него!» Такие абоненты не ждут совета или помощи, как правило, им нужно просто кому–то выговориться — без последствий и критики в свой адрес. И это тоже важно. Хотя главное зло в таких случаях — именно неспособность жертвы отделить себя от агрессора, вспомнить, что до встречи с ним она тоже как–то жила и радовалась каждому новому дню.

Пятое: «НО ведь все бессмысленно, и будет только хуже!» Такие люди, как правило, уже пытались бороться, но категорически разочаровались. Одни, как позвонившая в «СБ» Галина, наткнулись на полное бездействие людей, которые в этой ситуации должны помогать, и извращенную интерпретацию законодательных норм, отчего тучи над головой только сгустились. Поэтому очень удивляются, когда у консультанта «горячей линии» находится четкий и разнообразный ассортимент решений проблемы. Другие считают себя проигравшими по умолчанию, дескать, авторитет и связи агрессора в их городе (селе, районе, области) настолько велики, что все бессмысленно...

Фото Павла ЧУЙКО.

Инна не скрывает: порой из рассказа жертвы очевидно, что  в ее поведении тоже достаточно ошибок, так называемых провокаций:

— Но это ни в коем случае не оправдывает факты насилия в ее адрес! Не нравится — всегда можно уйти, полностью прекратить отношения и встречи.

...Около 15.00 на «горячую линию» позвонила 36–летняя брестчанка. Ее ситуация — классика жанра: совместно нажитую квартиру муж превратил в зону боевых действий, а вчера даже таскал за волосы на глазах у маленьких дочек. Звонившая призналась, что вышла из декретного отпуска еще два года назад, однако, учитывая доходы мужа, решила стать домохозяйкой. Сама она из деревни, но в родительский дом сбежать не может — там такой же буйный папа издевается над мамой. Больше идти некуда... Разговор длился более 40 минут. Инна объяснила, что такие действия мужа — это преступление, которое должно быть наказано... Что хорошей опорой может стать работа — она придает женщине уверенности и внушает к ней больше уважения. А потом дала адрес и телефон кризисной комнаты — хоть и временного, но надежного убежища, где рядом с детьми при помощи разных специалистов можно спокойно поразмыслить над тем, как строить жизнь дальше. Без насилия и слез.

Кстати

Каждый второй агрессор подвержен алкогольной зависимости.

В 94% случаев от насилия страдают женщины, а в 40% — и несовершеннолетние дети.

Социальный портрет жертвы домашнего насилия: женщина 27 — 40 лет (34%) или за 50 (35%), замужем (54%), имеет одного или двоих несовершеннолетних детей (72%). Специалисты отмечают, что в последнее время участились звонки из многодетных семей.

Цифры «СБ»

Всего с августа 2012 года на общенациональную «горячую линию» для пострадавших от домашнего насилия поступило более 9.300 звонков. В том числе 1.560 — в 2016–м. Каждый третий звонок — из Минска.

Будьте в курсе

Если вы проживаете на одной территории с домашним деспотом...

1. Решите, кому из соседей можете доверять. И попросите звонить в милицию, если услышат крики из вашей квартиры.

2. Храните некоторую сумму денег, копию ключей и документов, аптечку и одежду дома у человека, которому доверяете.

3. Заранее спланируйте, где сможете остановиться в случае вынужденного побега.

4. Держите под рукой номер ближайшего приюта (кризисной комнаты), предварительно уточнив время его работы и сроки заселения.

eversman@sb.by

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Версия для печати
Сергей, 53, Могилев
Молодцы редакция. Уже который год поднимает эту тему и который год ни власти, ни правоохранители ничего реального по этому поводу не делают. Буксует закон.  
Заполните форму или Авторизуйтесь
 
*
 
 
 
*
 
Написать сообщение …Загрузить файлы?