Законопроект «О волонтерской деятельности». Как не обернуть благо во вред? Рассуждают эксперты

Добровольные начала

С начала года Министерство юстиции разрабатывает проект закона «О волонтерской деятельности». В ближайшее время планируется начало его общественного обсуждения. Разработчики признаются: к написанию законопроекта подходили очень аккуратно и взвешенно. Ведь волонтерство — это взаимоотношения, основанные на душевных порывах, их сложно вписать в юридические рамки. Но ситуация показывает, что это необходимо. Хотя бы для того, чтобы поставить точку в том, кто такой волонтер и чем он занимается, и избежать ситуаций, когда под желанием помочь людям скрываются совершенно иные, порой вредные и опасные инициативы. О том, каким должен быть этот закон, чтобы учесть все нюансы тонкого дела, мы поговорили с экспертами: заместителем начальника управления правового регулирования социальной деятельности государства Министерства юстиции Екатериной Рынейской, генеральным секретарем Белорусского Общества Красного Креста Ольгой Мычко и вторым секретарем Минского городского комитета БРСМ Романом Бондаруком. 

Екатерина Рынейская. Ольга Мычко. Роман Бондарчук.

О предложениях 

О. Мычко: Позиция государства и общества относительно того, кто такие волонтеры, должна быть закреплена юридически. Проект этого закона мы ожидаем уже давно. Очевидно, что проект закона заточен на молодежь и людей молодого возраста. Но у нас есть волонтеры младше 14 лет, а самому старшему и вовсе 96 лет. Поэтому, мне кажется, резко сузить и формализовать отношения общества и добровольца, наверное, не есть хорошо. Кроме того, все общественные организации имеют свои уставы. И некоторые компоненты уставной деятельности, к примеру Красного Креста, выпадают из проекта закона. Например, мы руководствуемся принципами нейтральности и не можем участвовать в политических событиях. Но можем работать на любых массовых мероприятиях. На мой взгляд, в законе нужно немного раздвинуть рамки относительно того, что есть благо и общественно полезные действия. 

Е. Рынейская: Одними из ключевых инициаторов подготовки законопроекта стали Генеральная прокуратура и Белорусская республиканская коллегия адвокатов. Вопрос о правовом регулировании волонтерства также рассматривался и в ходе заседания Совета по вопросам правовой и судебной деятельности при Президенте. Работа над ним ведется с начала 2020 года. Сегодня очевидна необходимость разработки подобного законопроекта. В условиях поступательного, но при этом достаточно интенсивного развития этого социального феномена у нас в стране универсальный и однозначный статус волонтеров законодательно не закреплен. Притом что волонтеры осуществляют деятельность в самых разнообразных сферах жизнедеятельности человека. Нацеленность волонтерской деятельности на решение серьезных, общественно значимых вопросов предопределяет важность ее правового регулирования. Это ключевой тезис, который лег в основу подготовки законопроекта. В процессе работы над законопроектом были получены предложения более чем от полусотни заинтересованных организаций. Эта тема также широко обсуждалась в СМИ. Хочу отметить, что активная работа по разработке норм продолжается. После завершения необходимых процедур согласования законопроект будет вынесен на широкое публичное обсуждение. Мы планируем это сделать в самое ближайшее время. Можно будет увидеть, что к каждой позиции законопроекта приведено обоснование в контексте тех предложений, которые выдвинули сами общественные объединения, занимающиеся волонтерством. 

Р. Бондарук: Мы с ребятами также обсуждали проект закона. Считаем, что когда волонтер будет знать, что в законе прописаны его конкретные права и обязанности, за что он отвечает и что входит в его компетенцию, это будет очень здорово. У нас очень много волонтеров, которым еще нет 18 лет. Но они, к примеру, хотят оказать помощь пожилым людям и нарубить им дров. Но мы знаем, что этим должны заниматься только совершеннолетние. Однако конкретного закона, где бы это было прописано, нет. Как и нет документа, который бы говорил о том, кто несет ответственность за травму, которую получит волонтер, и т.д. 

Е. Рынейская: Мы планируем, что закон охватит волонтерские инициативы, которые сегодня существуют. Волонтерскую деятельность смогут осуществлять лица в индивидуальном порядке, через НКО, также в составе группы людей.
Центральная новация законопроекта — закрепление правового статуса волонтера. Целесообразно определить его права и обязанности. 
Разрабатывая эти положения, мы исходили из того, что правовой статус такого человека не должен быть чрезмерно обременительным. При этом не исключаем поступления новых предложений по этому вопросу во время публичного обсуждения проекта закона. Министерство юстиции максимально открыто для любых предложений. Все желающие могут представлять свои пожелания. Мы надееемся, что разрабатываемый правовой инструмент позволит признать волонтерство на официальном уровне и поспособствует увеличению количества подобных инициатив.

О. Мычко: У нас 16 тысяч волонтеров, и мы не заинтересованы в излишнем бюрократизме. Хочется верить, что его не добавится в новом законе. Большой плюс, на мой взгляд, что в документе предлагаются меры по стимулированию развития волонтерства. Студент, который помог людям, вложился в это, может иметь преференции при распределении. 

У нас перед глазами опыт наших партнеров из национального общества Германии, где волонтерство регулируется на уровне федерального закона. Там также существует отдельный закон для молодых волонтеров. Студенты 1—2-х курсов в обязательном порядке должны заниматься такой деятельностью. И это хорошо, потому что прививается не дурное, а общественно полезное. 

Е. Рынейская: Мы исходим из того, что нельзя нивелировать смысл и цель волонтерской деятельности. Все же в ее основе лежит альтруистическое поведение человека. Таким оно и должно оставаться. Безусловно, вопрос о преференциях и неких привилегиях мы детально прорабатываем, но одновременно нам хотелось бы соблюсти баланс интересов между самой сущностью деятельности и поощрением волонтеров. 

Волонтеры за работой во время II Европейских игр.

О международном опыте 

О. Мычко: На мой взгляд, мы не сможем полностью перенять ничей опыт. У каждой страны свои традиции, менталитет. И все же ближе нам россияне. В 1995 году они приняли закон об общественно полезной деятельности и добровольчестве. С тех пор его постоянно дополняют. Но специфика в том, что в России намного больше фондов и общественных движений, поэтому эта тема всегда вызывает большие дискуссии. Что примечательно, в российском законе прописано, что волонтеры могут иметь бонусы: продвижение в учебе, в карьере внутри общественного движения. Подобный опыт мы планируем внедрить и в нашей организации, когда мы практически с нуля (с позиции «волонтер») подготавливаем ответственных и квалифицированных сотрудников. 

Е. Рынейская: В процессе работы над законопроектом мы тщательно изучили законодательство Молдовы, Азербайджана, Казахстана, Польши, Украины, Узбекистана, России и других государств. Опыт нашей страны в этом вопросе не является уникальным. Ряд стран уже пошли по этому пути и приняли те или иные правовые акты. По итогам изучения практики применения соответствующего законодательства мы видим, что принятый закон не всегда может быть эффективным. Министерство юстиции детально анализировало последствия реализации подобных актов. Все лучшие практики нашли отражение в нашем законопроекте, разумеется, с учетом наших отечественных реалий. Когда законопроект будет вынесен на публичное обсуждение, можно будет увидеть, что его подготовка велась в контексте зарубежного опыта — что предложено и как оно работало. 

О добре и зле 

Р. Бондарук: Я занимаюсь благотворительностью с 2013 года. Сейчас координирую работу волонтеров БРСМ в Минске. Мы с ребятами реализуем огромное количество добрых проектов, начиная от помощи семьям, в которых дети идут в школу, и заканчивая восстановлением святынь Беларуси. За это время я понял, что волонтер — это человек, у которого горит душа. Он готов оказать помощь в любой момент, просто потому, что хочет быть полезным. Когда общаешься с ними, сам заряжаешься их светлой и позитивной энергетикой. Но если он предложил кому-то свою помощь (например, помыть полы, окна), а тот человек отказался, то нужно с этим смириться. Мы так настраиваем своих ребят. 

О. Мычко: У нас это называется «причинить добро». Чтобы такие ситуации не происходили, у нас разработан Кодекс волонтера Красного Креста. Если ты себя позиционируешь как волонтер Красного Креста, пожалуйста, соответствуй ему и помни, что если тебя не просят, не нужно настырно идти и «причинять добро». 

Работа или волонтерство? 

Е. Рынейская: Анализируя предложения, поступившие от граждан, мы обратили внимание на тему разграничения трудовых отношений и волонтерской деятельности. Многие отмечали, что границы в этом вопросе очень размыты. В проекте закона мы постараемся максимально точно дать определения терминам «волонтер» и «волонтерская деятельность». Это предупредит такие пересечения. Кстати, также хочу отметить, что по проекту закона волонтерскую деятельность предполагается не регулировать законодательством о труде и занятости населения. Для этого будет необходимо откорректировать в том числе Трудовой кодекс, чтобы избежать трансформации добровольной помощи в неоплачиваемый труд. Мы также планируем предусмотреть в законе, что волонтеры не являются занятыми по смыслу Закона «О занятости населения». Граждане, зарегистрированные в качестве безработных и осуществляющие волонтерскую деятельность, не будут сниматься с учета. Пока такое предложение тоже рассматривается. 

Р. Бондарук: Тему поощрений мы также обсуждали с ребятами. В принципе, в какой-то степени определенные типы поощрений у нас есть и сейчас. Например, 23 сентября у нас пройдет награждение волонтеров, которые помогали пожилым в тяжелой эпидемиологической ситуации. Но было бы здорово, если бы ребятам-волонтерам, которые учатся в вузе или колледже, предоставляли определенные льготы. Например, при поступлении. Те, кто учится на платном, были бы рады скидке на обучение, большинство иногородних не отказались бы от места в общежитии. Я знаю, что в соседних странах волонтерам также оплачивают медицинскую страховку, проезд до места, где будет оказана волонтерская деятельность. Но мы с ребятами ратуем за те три, которые указаны выше. 

О. Мычко: Волонтер работает безвозмездно и добровольно. Он может — он помогает. Я не могу волонтера заставить работать, как троллейбус, с девяти утра до шести вечера. У каждого своя жизнь. Их деятельность основана исключительно на личной ответственности и совести. И это самый действенный механизм. Но если я могу компенсировать волонтеру бензин, который он потратил, пока добирался до места, или оплатить разговоры по мобильному телефону, когда он оказывал психологическую помощь, то почему я не могу это сделать? Это станет мотивацией для них. 

Р. Бондарук: Кстати, еще о мотивациях. У каждого нашего волонтера есть специальная книга-брошюра, куда вписывается, когда, где и кому он помог. Пока этот документ не имеет особой силы. Но в теории он смог бы стать дополнением к характеристике, которую запрашивают на работу или, к примеру, при поступлении в вуз и т.д. Почему нет? Ведь большинство работодателей знает: если человек волонтер, то, скорее всего, он будет ответственно подходить к исполнению своих обязанностей. 

Об ожиданиях 

Р. Бондарук: Сегодня люди гордятся тем, что занимаются благотворительностью. А ситуация с COVID-19 еще сильнее подняла престиж этого занятия в глазах общества. Да и волонтерам она помогла понять, кто из них по-настоящему готов служить людям, невзирая на опасность. Мы относили лекарства, рецепты пожилым людям. В общей сложности помощь оказывали 940 человек. И мы разнесли при этом около 15 тысяч рецептов только в Минске. 

О. Мычко: Для нас основное в волонтерской деятельности — ее гуманитарный аспект. Не что ты делаешь, а кому ты помогаешь. Мы помогаем людям, которые находятся в бедственном положении, когда у них уже нет ресурсов. Иногда можно слышать вопросы: а почему Красный Крест мне не помогает? Я всегда отвечаю: потому что не дай бог, чтобы вы нуждались в помощи Красного Креста.

Р. Бондарук: Уверен, что с принятием закона каждый волонтер будет еще больше гордиться тем, что он доброволец. Волонтер — человек, который оказывает помощь от души, тратит на это свое личное время. Тем не менее каждый должен понимать, что несет определенную ответственность за то, что делает. Если это будет закреплено на законодательном уровне, это еще больше закрепит ответственность волонтеров перед государством. К тому же нельзя забывать, что закон станет для некоторых активистов своеобразным стимулом к продолжению деятельности. А если у нас будет больше волонтеров, это значит, будет сделано больше добрых дел. 

Ирина БЕЛАЯ. 

Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при наличии гиперссылки.
Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Фото: Александр КУЛЕВСКИЙ , Виталий ПИВОВАРЧИК , Сергей МИЦЕВИЧ , Алексей МАТЮШ